Давно заброшенная заправка возле еле заметной дороги оказалась бесполезна.
— Баки прогнили, и всё в почву ушло, — расстроилась Костлявая. — Давно это случилось…
Внутри застеклённого помещения всё, что можно, уже сгнило и осыпалось — крыша прохудилась, а дожди добили содержимое крошечного магазинчика.
— Труха, — констатировала Аннушка, заглянув.
От заправочных колонок остались лишь ржавые остовы. Клановые разочарованно светят фонариками в пустоту вскрытых цистерн, синеглазые дети бегают вокруг, радуясь возможности размять ноги, но далеко не отходят, стараются держаться поближе к машинам.
— Я говорила, что не дотянем, — мрачно сказала Костлявая. — И что теперь делать?
— А я говорила, что всё продумано, — ответила Аннушка. — Хотя и не хотелось, но… Солдат, дай свою винтовку, пожалуйста.
— Так и думал, — вздохнул я, но винтовку отдал.
— Ничего, один перегон остался. Надеюсь, обойдёмся без стрельбы.
Она выкрутила из цевья пробку, вытряхнула акк и подала клан-лидерше.
— Знаешь, что это?
— Донка рассказывала. Там правда так дофига электричества?
— Ну, не именно электричества… Это неважно. Надо подключить вместо генератора, и доедете без проблем.
— Сейчас, напрягу техников, — она недоверчиво взвесила на ладони слишком тяжёлый для своих габаритов цилиндрик и пошла к машинам.
— Что это за место было? — спросил я у Аннушки, невольно глядя вслед клановой. Ох уж эти кожаные штаны… — То, где дирижабль.
— Волантер, — поправила она меня. — Это не одно и то же. Хочешь верь, хочешь нет, но я сама охренела. А Донка до сих пор в себя прийти не может. Это настолько похоже на…
— На что?
— Ходит миф, что, когда Мультиверсум распался, разорвав в клочки хозяйство Первой Коммуны, то где-то остался их главный мир. Тот, откуда она началась, где сосредоточены все технологии, хранятся все секреты и где якобы до сих пор живут Основатели, её создавшие. Я никогда в это не верила, но тот срез… В общем, никому об этом не рассказывай. Костлявую я предупрежу, чтобы своим тоже приказала.
— Ценное место, как я понимаю?
— Я на самом деле не думаю, что это именно оно, но даже если это просто забытый и никем до сих пор не найденный кусок их промки, то за такую информацию убьют любого. Только представь, что там может быть!
— Не представляю. Что?
— Да что угодно. Один цех с оборванными цепочками поставки и сбыта — и мы имеем Завод, где Мирена делает руки-ноги. А представь, если их несколько, и они связаны? Какие технологии можно развернуть там?
— Если они были такие могучие и продвинутые, почему же всё развалилось?
— Без понятия, солдат. Слышала, что Ушедшие, которых они выперли куда-то, смогли им подгадить. Это мифология, пусть ей учёные занимаются в Библиотеке. Но даже за намёк на то, что мы знаем, где это искать…
— А мы знаем? Лично я так нет.
— Я знаю. Донка тоже. Мы всегда найдём место, где однажды были. Два человека — это на одного больше, чем надо. И, если бы я была не я, а Донка не Донка… В общем, одна сильно пьющая, не особо умная и через то весьма болтливая старушенция больше бы никуда не поехала.
— Но ты вместо этого собираешься дать ей ихор?
— Именно, солдат. Вот такая я дура. Но знаешь что? Плевать. Это не тот кусок, который можно проглотить в одиночку. Кто бы его ни получил, сохранить в тайне это не удастся, и битва будет такая, что я лучше в сторонке постою. Ладно, вон, Костлявая машет, что акк прикрутили. Пора ехать. А ничего у неё жопа, да?
— Да я не…
— Ой, да ладно! А то я не заметила. Забей, мне пофиг, куда ты пялишься. У Ольги всё одно была лучше.
Глава 15
Дружеская услуга
В локаль с мораториумом прибыли торжественно и мощно, едва не своротив широченным траком оплетённую плющом ограду старинного дома.
— Какое странное место, — сказала Костлявая, вдарив по тормозам. — И улицы узкие.
— На твой мир не похоже?
— Вообще ничуть. Но я по нему не скучаю. Говоришь, тут безопасно?
— Ну, как тебе сказать… Если верить специалистам, коллапс вам не грозит. Но убить нас уже разок пытались.
— Это дело житейское, — отмахнулась клановая, — постоянно кто-то пытается.
— Давайте потихоньку вперёд, и потом налево, — сказала Аннушка в рации, — там пошире будет.
Колонна тронулась, осторожно маневрируя впритирку к заборам. В поворот монструозный генератор еле вписался, но дальше улица шире, а там и город кончился. Выехали на простор, где за окраиной начинаются луга, и там встали лагерем.
— Город пока пуст, — сказала Аннушка, когда все собрались у её машины. — Один дом в центре занят корректорами, но остальные свободны.
— Мы не особо привычны жить в домах, — ответила ей Костлявая. — Вон, на трейлере жилые модули, сгрузим, поставим, подключим… Кстати, к чему? Я так понимаю, акк придётся вернуть?
— Решим как-то. Пара дней у вас есть, заряжайте машины, разворачивайте лагерь, потом разберёмся.
Эх, а я уже почти привык к этой винтовке.
— Что тут с безопасностью? Лёха говорил, нападают?
— Был инцидент, — признала Аннушка. — У нас всего один вход, но оборонять его некому… было.
— У моих ребят есть дробовики, — сказала Костлявая. — Выделю дежурных посменно, только место покажи.
— Ладно, располагайтесь пока, я вас попозже познакомлю с корректорами, чтобы вы друг друга не перестреляли по ошибке. Солдат, прыгай в кузов, поехали в город.
В уже прилично обжитом доме отмыты окна, расчищен садик, внутри нет пыли и приятно пахнет выпечкой.
— Явились-не запылились… А, нет, запылились, и ещё как! — встретила нас белобрысая Джен. — Где вас носило?
— Сеня уже просто поселился у двери, — недовольно добавила спустившаяся по лестнице Ирина. — Кровать себе поставил, спит с пистолетом в руке, никому не доверяет.
— Я привела пополнение, теперь есть кому этим заняться, — ответила Аннушка. — Душ работает?
— То да, то нет… — Джен с досадой покачала головой. — Без этой мелкой девчонки всё глючит. Сеня как-то чинит, но он на охране, так что…
— У новых ребят есть техники. Хоть и не грёмлёнг, но руки не из жопы. А Лиарна как?
— Лысой Башке полегчало, — кивнула девушка, — пока не совсем в себе, но и не наглухо поехавшая. Говорить, правда, не говорит, но глазки умненькие. А можно ту кайлитку рыжую ещё раз поюзать?
— Ничего, — кивнула Аннушка, — не всё сразу. Оклемается мало-помалу. А насчёт кайлитки… Запомни — ты сама попросила!
— Эй, что это значит? — возмутилась Джен, но Аннушка уже повела озирающуюся с любопытством Донку по лестнице.
— Сейчас найдём тебе комнату, — рассказывает она ей, — помоешься, поешь…
— Доночке бы водочки стакашечек, если можно…
— Есть кое-что получше, но сперва душ и обед. Не стоит на голодный желудок…
* * *
Снова увиделись уже вечером. Организационная суета охватила всех: клан Костлявой выгрузил свои модули, похожие на большие бытовки, соединил кабелями и подключил к акку в генераторной машине. Моему, кстати, акку, но я молчу. Им сейчас нужнее. Ребята оказались деловые. Наладили подачу воды, приготовили на всех обед, а потом лихо решили проблему безопасности, просто сварив металлическую раму и вставив в неё вторую дверь, снятую где-то в доме. Теперь на входе образовался этакий тамбур на пару человек — и войти можно, и дальше не пройдёшь, пока часовой не пропустит. Дверь крепкая, а если всё же вышибут — дальше по коридору оборудована защищённая стрелковая точка. Кустарно, из чего попало, но большими силами в коридор не войти, а малые снесёт как здрасьте. Пулемёт накоротке — страшная сила, а пулемёт у них не абы какой, а винтажный, но от того не менее смертоносный крупняк НСВ «Утёс». На мои вопросы, где клан из другого мира ухитрился раздобыть раритетное отечественное пуляло, клановые отводили глаза и говорили: «Трофей». Патронов к трофею у них немного, но для одной-двух хороших стычек хватит.
