гадость затекла мне под задницу, и стало очень неуютно. Боже, до чего я докатилась? Я Фекла Быковских, услуги которой стоят бешеных денег, валяюсь как забулдыга на чужом кафеле, к пузу прилипла керамическая сиська отколотая у нимфы и мне очень жалко себя, прямо до зубовного скрежета. Только сейчас осознала, что реву в голос, и вокруг меня носится похожая на огромную стероидную индейку Бинка,с дверной ручкой, вырванной с «мясом», в дрожащей руке.Интересно, когда она вошла?
-Не могу встать,- прохрипела я,- ноги не слушаются и зад... Наверное парализовало.
Я задергалась, но тщетно. Нижняя часть туловища просто показалась мне чугунной, правда голая пятая точка соприкосновение с полом вполне себе ощущала. Халат задрался и я сейчас выглядела не самым интеллигентным образом. Хорошо у Альки ума не хватило позвать Ктулху, иначе я сгорела бы со стыда.
- Эй. Ты это Вставай, давай,- дернула меня за руку женщина – гренадер. Я ойкнула ощутив в филее острую боль. – Меня шеф раком поставит, когда вернется, что не доглядела.
Я уставилась на Бинку с надеждой, и даже попыталась подняться, но тщетно.
- Если вернется. Он такой дурак,- не очень уверенно добавила Альбина, дернув меня на себя со всей силы. Я взвыла. Показалось, что с меня заживо сдирают шкуру. Ну, с моей определенной части тела, если конкретизировать.
- Чем это воняет?- потянула я носом, как заправская овчарка. Никогда не блистала обостренным обонянием, а тут нате возьмите. Аромат химии был очень знакомым, и довольно-таки противным. Клей. При чем самая гадская его разновидность. Интересно кому хватило ума поставить его на полку с шампунями? А если бы я... ?
Бинка тоже отмерла и уставилась на лужу противной массы застывшей на полу словно сопля великого божества. И я в центре данной инсталляции выглядела жалко и убого скорее всего.
- Жаль шефа нет, он бы тебя точно отодрал,- тупо вякнула Альбина. Я схватила с пола бутылку покрытую иероглифами и запустила в болтливую дылду. Отодрал бы он меня. Хренушки. Отдиралка коротка. Черт, я думаю не о том, о чем надо. Почему, вместо того, чтобы понять, как выбраться из идиотской ситуации в которую я угодила, я думаю о неприятном, гадском, но таком притягательном мерзавце – предателе. Трусливом скунсе, от аромата которого между ног становится мокро, а в голове звучит почему – то марсельеза. И ничего у него нет короткого. Очень даже длинное ... Черт, черт, черт.
-Принеси мою сумку, там есть жидкость для снятия лака,- прорычала я, злясь на себя, на варвара, на Бинку, на весь мир. – И не вздумай звать Ктулху, я не одета.
Бинка метнулась словно белка, в мгновение ока исчезла за горизонтом. Появилась минуту спустя, держа в ручище сумочку стоимостью в автомобиль без должного пиетета. Мало того, эта нахалка не удержала торбочку, и она свалилась рядом со мной. Мелочёвка раскатилась по полу, и в другой ситуации я бы наверное оплакивала дорогущую палетку теней и зеркальце, украшенное всемирно – известными кристаллами. Но не теперь. Сейчас мой взгляд был прикован к малюсенькой серебряной шкатулке, купленной в Марселе у известного ювелира. Федька тогда жутко ржал, что я купила коробочку для тампонов, а не другое изделие господина Фрилда. Тоже мне эстет на письке букет. Так вот, я уставилась на шкатулку, пытаясь посчитать, когда же у меня должны начаться красные дни календаря.
- Это все от нервов,- прошептала я, загибая пальцы.- Невозможно. Я же не могу ... Абсурд. А вдруг?
- Только не ори,- прошептала Альбина, окатив меня из ведра горяченной водой. Я открыла было рот, чтобы высказать свои мысли по поводу идиотизма приспешников трусливых олигархов. Но вдруг почувствовала, что свободна. Жопа отлипла от кафеля и теперь горела, как от заряда соли.
-Соляной раствор. Боря сказал, что он разъедает суперклей. Скажи он умный.
- Пипец просто,- ответила я, думая о своем.- Бин, мне надо в аптеку. Срочно.
Глава 20
Макс Буйнов
Лучше хреновый кнец, чем бесконечная хрень
(С) народная мудрость
- Господин Буйнов. Мы все таки долго ждали вас. Давайте сэкономим наше общее время, которое, как всем известно, деньги.
Я уставился взглядом амазонского носорога на прилизанного блондинчика, нервно притопывающего ножкой. Честно говоря мысли мои были очень далеки от договора, который я даже прочитать не соизволил. Мой юрист заверил, что он в порядке. Но в душе что – то свербило, и не давало покоя. Точнее не что – то, а очень «вредное» кто – то, оставленное мной в избушке на курьих ножках в поганом лесу. И Бинка, гадина, меня предала, а без нее я никогда документы не подписывал. Внутреннее чутье буквально орало – не торопись.
- Я должен позвонить юристу,- рыкнул я, понимая, что выгляжу, как мамин сынок, привыкший держаться за цветастую юбку. И этот тупой контракт был сейчас мне настолько неинтересен, что удивительно. Я ведь почти полгода вел переговоры, чтобы его заключить. Эта сделка должна была удвоить моё состояние.
- Максим Егорович, я тут вообще – то,- подал голос «жертва реактивного аппендицита». И почему я его до сих пор не уволил? И какого хрена я делаю со своей жизнью? Почему никак не признаю, что по уши втрескался в противную зануду адвокатшу? И хочу сейчас ее, а не вот это вот все. Сижу в компании занудных индюков, считающих себя великими бизнесменами, вместо того, чтобы любить воинствующую идиотку на полу чертова домика, который уже хочу выкупить. Да даже болтаясь на ветке идиотского дерева мне было лучше и интереснее чем здесь. Я схватил со стола телефон, и проигнорировав расстроенного адвоката, почти выбежал из переговорной.
Гудки казались бесконечными. Словно растянутая, выжеванная до безвкусия дешевая жвачка. Я считал их как школьник. И уже знал, что потерял самое нужное в своей жизни. Уже сбился со счету, когда услышал испуганный голос Альбинки. И эта ее интонация заставила моё сердце обвалиться в район мошонки.
- Феня исчезла,- выдохнула всегда бесшабашная Бинка с такой тоской, что все мои попытки выкинуть из головы исчадье провалились к бесу в задницу.
