— Не пугайся, Винс, и не обращай внимания на этого шантажиста, — улыбнулся Крис. — С деньгами у тебя тоже, надеюсь, проблем не будет. Кстати, своей серией статей я на тебе неплохо заработал, мой мальчик. Так что держи конверт со своей долей. Пригодится на свадьбу. Я верю в твои способности влиять на женщин. Думаю, что ты, наконец-то, нашел ту, с кем готов провести вместе остаток жизни. Когда поймаешь свою синюю птицу — держись за нее обеими руками.
Эпилог
К сожалению, в небольшой, переполненный преподавателями и бывшими студентами зал заседаний ее не пустили. Так что наблюдать, как взлетают в воздух четырехугольные академические шапочки после трогательной, полной грусти и патетики речи лучшего выпускника ей не довелось. Но ничего страшного. Ибо на трибуне ораторствовал не Винсент, хотя и был довольно близок к этому. Однако все же экзаменационных баллов не хватило. Так и остался со скромным титулом одного из лучших выпускников года, а не самого лучшего.
Винсент вышел из зала одним из первых, чтобы принять поздравления многочисленных родственников и друзей, собравшихся на лужайке перед старинным зданием университета. В развевающейся черной мантии с красной подкладкой и академической шапочке, с трудом державшейся на вьющихся волосах, он выглядел весьма внушительно, больше напоминая молодого профессора или даже декана факультета.
Впрочем, и без мантии он выглядел не хуже.
Представилась редкая возможность увидеть его в элегантном, сшитом на заказ темно-синем двубортном костюме, шелковой белой рубашке и черной бабочке, в сияющих черных туфлях. Вполне стильный, современный нью-йоркский адвокат, слегка похожий на преуспевающего мафиози новой формации.
Правда, сам Винсент еще окончательно не решил, чем ему предстоит заняться. С одной стороны, были весьма лестные и перспективные предложения от двух крупных адвокатских контор в родном городе. С другой стороны, хотелось попробовать себя в самостоятельном плавании. Стать владельцем собственной конторы. И не обязательно в Нью-Йорке. Лучше начинать свое дело в менее конкурентной зоне. Хотя Дон Чезаре и пообещал клятвенно, что предоставит достаточно клиентов на первое время. При том условии, естественно, что начинающий мэтр займется в первую очередь бракоразводными процессами.
Кэтрин скромно стояла во втором ряду встречающих, после братьев Винсента и их жен, рядом с Крисом и Чезаре. С некоторых пор она испытывала к ним особые чувства, чем-то напоминающие родственные. В своем летнем костюме из легкого белого шелка, в белых лодочках на высоких, тонких шпильках и белых ажурных колготках, с прической, уложенной в салоне Элизабет Арден, она выглядела как невеста. Для полноты образа не хватало только огромного букета из белых роз в руках. Впрочем, букет уже был заготовлен. Красиво упакованный, лежал на заднем сиденье новенького «шевроле», тоже белого цвета, принадлежащего выпускнику. Очень символично. Белый рыцарь на белом коне.
После поздравлений на лужайке всем им предстояло отправиться в ресторан «У Лоренцо» для продолжения намечаемых грандиозных торжеств. С маленьким дополнением к предварительно намеченной программе мероприятий. Винсенту предстояло расширить торжество, объявив об их помолвке.
По опыту общения с кланом Абруцци она уже заранее предчувствовала, во что это выльется. Будет много вина и спагетти. А еще больше будет цветистых речей и скабрезных итальянских шуток, пожеланий и песен на тему о будущем потомстве и о том, как способствовать его появлению на свет. К счастью, ограниченный словарный запас спасал ее нежные ушки от понимания всех тонкостей и нюансов итальянской речи. Хотя, как она подозревала, у клана Маклелланов тоже нашлось бы, чем достойно ответить на эту тему, из неисчерпаемого и самобытного фольклора шотландских гор. Но участие в таком соревновании — это уже чисто мужская работа. Не для леди.
А ей предстояло публично ответить этому человеку на его предложение и сделать свой последующий выбор. Продолжить работу в банке, здесь, в Нью-Йорке, пойти учиться в Гарвард, в школу бизнеса, или стать полноправным компаньоном семейной адвокатской конторы. Например, ее финансовым директором. Правда, с названием конторы они никак не могли определиться. «Абруцци и Маклеллан» или «Маклеллан и Абруцци» звучало неплохо, конечно, но Винсент настаивал на том, что одной фамилии на вывеске и фирменных бланках будет достаточно. Например, «Кэтрин и Винсент Абруцци».
Впрочем, был и другой вариант. В свете которого вопрос об учебе в Гарварде на некоторое время отпадал. О ней сама Кэтрин узнала только вчера. После посещения врача. Впрочем, опытный эскулап не сказал ничего нового. Просто подтвердил окончательно то, что она и сама давно уже чувствовала и предполагала. Она отложила эту новость для Винсента на сегодняшний вечер.
Вначале он объявит об их помолвке, как они и договаривались. А уж потом узнает, что через некоторое, отведенное природой время ему предстоит стать отцом чудесного мальчугана. Почему-то она была уверена, что это будет именно мальчик. Потом у них будут две девочки, а затем опять мальчик. Хорошая цифра, вполне устраивающая обоих будущих родителей. И поровну, по справедливости. Два мальчика и две девочки. Прекрасные плоды осуществления заклятия Абруцци. Как он и обещал, когда нашел ее в Вашингтоне, в здании суда, а потом долго и красиво объяснялся на коленях в любви, моля о прощении, о милосердии и о маленьком личном уголке в ее сердце.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
