Разрыв, который был абсолютно неизбежен. И давно назревал, хотя ничуть не стал от этого менее болезненным.
Стараясь не обращать внимания на крики брата, Том пошел быстрее.
14. «МОНГОЛЬЯХ»
– Вот здесь, – показал пожилой служащий с широкими янтарными глазами. – Эта маленькая пуговица работает по принципу шатуна. Поднятая нажатием до отказа вверх, она включает защитный экран. Нажимая на кнопку так, чтобы она западала вниз, вы отключаете экран. Во время его функционирования вы ничего не будете чувствовать. Не ухудшится и зрение, ну, может быть, слегка затуманится. Во всяком случае, окружающие люди перестанут вас видеть, а если на них тоже будут щиты, то и вы не сможете видеть их. Как сидит?
Том помахал руками и ответил:
– По-моему, прекрасно.
Технический специалист прошел за спину Тома и отстегнул ремешки, державшие экран на теле. Сделанный из металла, но почти невесомый щит закрывал только грудь Тома.
Служащий положил предназначенный для Тома экран на монтажный стол рядом с таким же маскировочным щитом Председателя. Он спросил Флоникуса:
– Что еще нужно из спецснаряжения, сэр?
– Зимние принадлежности, Леккс. Для меня, доктора Уайта, Томаса и Мэри. Я полагаю, ящик-журналист невосприимчив к экстремальным температурам. Он может сопровождать нас, если ты сумеешь оснастить его защитной оболочкой.
– Я попытаюсь, сэр, – в голосе Леккса чувствовалось сомнение. Он сделал заметки световым пером и вслух перечислил:
– Пальто с капюшонами. Двойные термические брюки. Бесшумные ботинки… Все, сэр?
Флоникус кивнул.
– Наша цель – гористый район на Дальнем Востоке. Монгольях.
У Тома не было желания поправлять неверно произнесенное Председателем название. Мысли Тома были слишком заняты другим – он ломал себе голову над вопросом, зачем Мэри включилась в экспедицию. Сделать ему сюрприз? Факт ее участия он воспринял без энтузиазма. Присутствие в их группе девушки, казалось ему, добавит трудностей и опасностей, которых будет и без нее в избытке.
Находясь в расстроенных чувствах, Том вдруг понял, что он относится к Мэри примерно так же, как Кэл относится к нему.
Кэл. Вот уже два дня мысли о нем не покидали Тома. С момента краткого, но такого резкого спора он больше так и не навестил брата. Не подавал никакой весточки и Кэл.
Том тяжело переживал ссору. Но что-то внутри него настойчиво повторяло, что он сделал правильный выбор, что он должен участвовать в предстоящей миссии, чтобы доказать свою зрелость раз и навсегда.
– Оружие, сэр?
Вопрос Леккса Флоникусу вернул Тома в реальную обстановку лаборатории, где хранилось самое разное снаряжение.
– Невротриггер для меня и еще один доктору Уайту, – сказал Председатель. – И постарайся удобно разместить в пальто как можно больше магазинов со ста зарядами в каждом. Я думаю, Мэри понадобятся какие-то специфические инструменты. Но она сама скажет, какие.
Леккс заверил, что весь заказанный реквизит будет готов своевременно. Отбытие планировалось примерно через восемь часов. Одним из разделов подготовительного этапа было проведение жестких испытаний физического состояния Гордона Уайта. Необходимо было убедиться в том, что он достаточно окреп для тяжелого путешествия.
Сверкающая гладкой поверхностью машина, которую пилотировал Флоникус, несла их по транспортному пути к самой высокой башне. Том спросил у него:
– Когда ваша дочь решила идти с нами?
– Я сам принял такое решение, Томас. Нам нужен человек, который сможет вывести из строя машину смерти. Из того, что Мэри узнала в архивах, она сделала вывод – и убедила меня, – исполнить это будет совсем просто. Все стартовые площадки, запустившие радиационные носители, получили команду из одного компьютера – компьютера, считавшегося сложным в то время, но примитивного с точки зрения наших стандартов. По словам Мэри, сто сорок четыре распрограммирующих шага вызовут полную гибель всей системы, она сгорит дотла.
Том усмехнулся:
– Надеюсь, она возьмет с собой список операций.
– О, нет, – сухо ответил Флоникус. – Она все будет держать в голове, в точной последовательности, – он заметил изумление на лице Тома и улыбнулся. – Вы продолжаете считать способности Мэри необычными, не так ли?
– Слово «необычные» – слишком слабое для характеристики ее способностей, сэр.
– Но разрушение компьютера действительно подобно детской игре! Мэри сделать это не труднее, чем человеку вашей эры починить деревянное колесо. Каждое дело требует знаний. Для Мэри такой компьютер – антиквариат одной тысячи девятисотлетней давности. Вы не должны чувствовать себя приниженным – или ограниченным.
– Не должен. Но именно таким я себя чувствую.
Однако была другая причина, по которой Том не хотел, чтобы Мэри шла с ними. Он признался себе, что беспокоится о ее безопасности.
Том постепенно пришел к поразительному открытию: несмотря на всю их несхожесть, Мэри все больше и больше ему нравится. Возможно, отчасти потому, что она обладает таким огромным интеллектом. Но в большей степени из-за того, что он просто находит ее очень привлекательной.
Как только Флоникус завел корабль во входные ворота самой высокой башни, включилось автоматическое управление и направило машину к месту посадки.
Когда они шли к эскалатору, Председатель спросил Тома:
– Вы навещали своего брата сегодня? Он удивительно быстро идет на поправку.
– Рад это слышать. Я не видел его.
– Собираетесь повидаться с ним перед отбытием?
– Думаю, что да.
– Жаль, что между вами произошла размолвка.
Том попытался замять больную тему:
– Он думает, что я еще ребенок.
– Так вы решаетесь рисковать своей жизнью в Монгольяхе, чтобы доказать обратное?
Том посмотрел в необычно широкие глаза Флоникуса и ответил:
– Да.
Нахмурив брови, Председатель нарочито внимательно рассматривал зеркальные стены по бокам от медленно поднимающейся ленты эскалатора. А потом сказал:
– Учитывая отношение к вам доктора Линструма, я полагаю, что вы приняли правильное решение.
Около тридцати лысых, худых сановников сопровождали группу к месту отбытия. Том про себя решил, что эти люди, должно быть, советники Председателя. Полицейские в черных шлемах, образовав вокруг них кольцо, осуществляли охрану.
В сопровождении участвовал и Сидней Сикс, размахивавший руками в знак протеста против решения Флоникуса не брать его с собой.
– Деспотичный! Такой же деспотичный, как Линструм, если не больше – гм!
Технику Лекксу не удалось приладить к Сиднею экран так, чтобы сделать металлического журналиста невидимым.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
