Но задача эта оказалась по силам лишь последующим поколениям черноризцев. Он видит, как те снова поднялись на вершины башен. Хором нараспев они произносят заклинание, на составление которого ушли десятилетия. Когда в воздухе замерло эхо их голосов, поверхность планеты дрогнула и в черном небе внезапно зажглись мириады ярких звезд. Келеван был возвращен чародеями туда, где он находился до нападения космического Врага.
- Вещи и понятия порой оказываются иными, чем нам представляется на первый взгляд, - снова произнес знакомый голос.
Император повелел всем членам Ассамблеи прибыть в Священный Город. Они перенеслись в Кентосани с помощью заклинаний. Их пригласили во внутренние покои дворца - случай неслыханный за все время существования Империи.
Император спросил собравшихся у трона мудрецов, согласны ли они посвятить все свои силы служению Империи и защите ее от любых врагов, кои дерзнут посягать на ее безопасность. Мудрецы ответили утвердительно. Сойдя с трона. Император поклонился им в пояс. Присутствовавшие при этой встрече вельможи разинули рты от изумления. Подобного не бывало со дня основания Цурануани!
Свет Небес, Сороковой Император Цурануани Тукамачо, прямой потомок Судкаханчозы, даровавшегоАссамблеемагов величественный дворец на острове, выпрямился и воздел руки вверх. Он торжественно провозгласил, что отныне все волшебники Империи станут именоваться Всемогущими. Они вольны в своих действиях, особы их неприкосновенны, они никому не подвластны и не подотчетны. Отдавать им какие-либо распоряжения не смеет даже сам Стратег. Слово их - закон для всех и каждого. Они могут требовать для себя всего, чего только пожелают.
Тьма снова сгущается... Голос Императора стихает вдалеке...
Проходит время...
Три седовласых чародея докладывают Стратегу, что им удалось создать и распахнуть новые звездные врата, ведущие в другие миры. Враг, обитающий в необозримых просторах Вселенной, не ведает об этом космическом коридоре. Планета, куда отныне открыт доступ магам и воинам Цурануани, весьма богата металлами. В подтверждение своих слов один из Всемогущих передает Стратегу несколько металлических предметов.
Незримо присутствуя при этом разговоре, он не может сдержать усмешки: руки знатнейшего из вельмож могущественного государства трясутся от жадности, глаза вылезают из орбит при виде ржавого нагрудного щита, сломанного меча и горстки гнутых гвоздей. Другой волшебник протягивает ему цветок, сорванный на чужой планете. Здесь, на Келеване, такие в диковинку. Стратег принюхивается и с наслаждением жмурится. Аромат мидкемийской розы пришелся ему по нраву.
Эту сцену вновь скрывает темная завеса времени.
Он по-прежнему стоит на вершине каменной иглы. Кругом свирепствует шторм. Он понимает, что не покидал этой крошечной площадки, пока душа его совершала это долгое путешествие во времени и пространстве. Силы его истощены, но сознание вновь обрело былую ясность. Он выдержал конечное испытание, коему подвергли его цуранийские маги, чтобы он мог по праву занять место в их рядах. Утраченные детали былого полностью восстановились в его памяти, но одновременно с этим пришло понимание, что возврат к прошлому невозможен. Теперь в нем, искусном волшебнике, владеющем тайнами бытия и умеющем управлять сверхъестественными силами, мало что осталось и от прежнего Пага, ученика придворного мастера чародея Кулгана, и от смиренного послушника в белом балахоне.
Всемогущий раскинул руки и оттолкнулся от каменной площадки, на которой простоял много часов подряд. Через мгновение он очутился на вершине круглой башни. Повинуясь его мысленному приказу, дверь, ведущая на лестницу, отворилась и, когда он прошел, захлопнулась за ним. У порога его ждал Шимони.
Два мастера обменялись долгими взглядами и стали спускаться вниз. Над горами Амболины по-прежнему неистовствовал шторм.
Удар гонга возвестил о прибытии гостя. Хочокена встал с подушек и, тяжело ступая, двинулся навстречу Миламберу.
- Добро пожаловать! - с улыбкой проговорил он. - Я рад, что ты принял мое приглашение.
- Для меня большая честь посетить вас, - ответил молодой черноризец, кланяясь хозяину. Он оглядел просторную комнату.
Роскошь ее убранства, как и внешность самого Хочокены, резко контрастировали с той аскетической отрешенностью, что отличала большинство Всемогущих и безраздельно царила в огромном здании Ассамблеи. Стены помещения были задрапированы дорогими тканями, шкафы и полки украшали драгоценные металлические изделия, пол покрывали пушистые ковры с изысканным рисунком.
Хозяин пухлым пальцем указал гостю на одну из атласных подушек, разложенных вокруг низкого столика. При этом его внушительных размеров живот слегка качнулся под складками темной рясы. Никогда еще Миламберу не случалось видеть такого тучного чародея. Череп Хочокены был совершенно лыс. Лицо его сияло довольством и добродушием человека, знавшего толк во всех земных радостях. Темные узкие глаза под набрякшими веками излучали жизнерадостную мудрость.
- Ты во многом являешься для меня загадкой, - начал он без всяких предисловий и протянул гостю чашу с дымившейся чочей.
Миламбер наклонил голову:
- Раб, ставший Всемогущим, - это и впрямь неслыханно.
Хочокена пренебрежительно махнул рукой.
- Разве дело в этом? Случай и в самом деле редкий, но вовсе не единичный. Однажды некий воин, простой солдат, которого его господин приказал повесить за серьезную провинность, вырвался из рук стражей и взлетел над виселицей. Магический дар проявился у него в минуту крайнего напряжения души, а до этого ни он, ни кто-либо из знавших его даже не подозревали, что он наделен сверхъестественными способностями. Человек этот, как и ты, немедленно поступил в распоряжение Ассамблеи и через несколько лет занял место в наших рядах. Но твой случай совсем особый. От всех прочих тебя отличает твое происхождение. Ведь ты, не прими этого в обиду, всего лишь варвар!
Миламбер сдержанно улыбнулся. Он понимал, что его принадлежность к другому миру не могла не беспокоить Хочокену, одного из влиятельнейших членов Ассамблеи. Ведь всеми признанный магический дар, которым он обладал, уравнивал его с теми избранными Империи, что именовались Всемогущими и пользовались неограниченными правами. Таковых среди двухсотмиллионного населения Цурануани насчитывалось всего около двух тысяч.
- А кроме того, - продолжал Хочокена, не дождавшись ответа от своего гостя, - в отрочестве ты был учеником у мастера, который владел лишь основами Низшей магии.
Миламбер не сумел скрыть своего удивления.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
