глаза были отрешенными и погруженными в свои думы.
— Их души словно разъело вместе с жизнями, — наконец, сказал он, обращаясь больше к тиграм, чем к двум людям, стоящим позади него.
Кас подавила дрожь от этих слов.
— Ранее… вы сказали, что это еще один мертвец, — вспомнила я. — Сколько их было до нее? Я имею в виду, только в этом дворце.
— Десять… нет, одиннадцать?
— Четырнадцать, — бесцветным голосом подсказал Эландер. — Только за последний месяц.
Король-император побледнел при этих словах.
— И предыдущий лунный цикл был не намного лучше.
— Десять погибших, — сказал Эландер. — И тишина и яркий свет так же всех их сопровождали.
Затылок Кас обожгло, когда ее посетила отвратительная мысль.
— Так вот почему вас больше беспокоит Теневая Болезнь, а не ведение войны. Потому, что эта болезнь распространяется по коридорам этого дворца, и вы боитесь, что станете следующим?
Эландер приподнял бровь на ее резкое обвинение. Но ничего не сказал в защиту своего повелителя. Он лишь уперся плечом о дверной косяк, устроился поудобнее, наблюдая, как Варен разворачивается к ней лицом.
— Конечно, я боюсь, — тон Варена был спокоен, но она чувствовала разочарование, бурлящее под поверхностью его слов. — Какой правитель не был бы обеспокоен этой ужасной болезнью? Но я боюсь не только за себя, большое спасибо, и я буду весьма признателен, если ты будешь держать такие вопиющие убийства моего персонала при себе, Касия Грейторн. Или как там тебя на самом деле зовут.
Эландер фыркнул на последнее замечание, но по-прежнему не внес никакого вклада в разговор.
— Ты не знаешь и половины того, что я и моя семья сделали для этой империи, — добавил Варен.
— Вы продолжаете это повторять. Но я не думаю, что вы многое знаете.
Она сжала кулак — тот, в котором не было ножа из солнечной комнаты. Ее ногти так сильно впились в кожу, что она была уверена, что они оставят еще больше шрамов в форме полумесяца в дополнение к тому, что был на ее челюсти.
Но Варен внезапно был отвлечен и не мог продолжать их спор; кто-то снаружи звал его.
— Подождите здесь, пожалуйста, — сказал он, нахмурившись, — мне нужно кое о чем позаботиться.
Кас сердито смотрела ему вслед, огромная часть ее хотела догнать его и открыть ему хотя бы несколько вещей, которые знала. Например, как пользоваться ножом в руке или как сломать нос одним ударом ладони.
Голос Эландера вырвал ее из флера фантазии.
— Тебе обязательно затевать спор со всеми, кого встречаешь?
— Да, — отрезала она, просто чтобы поспорить.
— Ты не должна так на него давить. Особенно после того, как убила сегодня несколько его стражей.
— Занимайся своими делами.
— Я правая рука короля-императора, его солдат самого высокого ранга и его ближайшее доверенное лицо. Так что все это в значительной степени мое дело.
Раз ты так близок с ним, хотела спросить она, почему тогда пытался увести меня подальше от него?
Но она не спросила этого, потому что боялась, что Варен достаточно близко, чтобы услышать ее. Поэтому она просто увеличила расстояние между собой и Эландером, села в кресло перед камином и стала ждать.
Мгновение спустя она спросила:
— Кстати, о твоих делах, ты разобрался с тем делом в южным садах? С пожарами и людьми, которые их устроили…
— Твои друзья скрылись с места преступления, если ты об этом спрашиваешь. Мы никого из них не арестовали.
Она с облегчением глубоко вдохнула и выдохнула.
Часть ее задавалась вопросом, действительно ли они сбежали, или он позволил им уйти — так же, как, очевидно, планировал отпустить и ее, пока их не остановил король-император.
По мере того, как тянулись минуты, в ее голове крутились вопросы. В конце концов Эландер оттолкнулся от двери и сел рядом с ней. Он плюхнулся в совершенно недостойной манере, позволив своим длинным ногам свеситься с одного из высоких подлокотников, и опустился на мягкие кожаные подушки. Она знала о нем больше, чем хотела бы; в таком интимном пространстве она не могла не подмечать каждое его движение. Каждый его вдох. Хорошо прислушавшись, она смогла бы услышать звук, похожий на биение его сердца — или, возможно, пульс его магии.
Он был неестественно громким, но не безумно. В отличие от нее, он совсем не казался смущенным. Напротив, его глаза были мирно закрыты. Она подумала, что он, возможно, решил вздремнуть.
Тогда он приоткрыл один глаз и увидел тупой хлебный нож, все еще зажатый в ее кулаке.
— Для чего он тебе?
— Ни для чего.
— Ни для чего?
— Я просто… услышала крик и подумала…
— Что это мог быть убийца или что-то в этом роде?
— Возможно.
— И что ты собиралась делать? Умаслить его до смерти?
— Я собираюсь использовать его, чтобы выколоть тебе глаза, если ты не прекратишь со мной разговаривать.
Он ухмыльнулся на это — первая настоящая, полная улыбка, которую она у него видела. Она осталась на его губах, даже когда он закрыл глаза и откинулся на спинку стула. Эта плутовская ухмылка составляла интересный контраст с его в основном спокойным, красивым лицом. Это заинтриговало ее.
Он заинтриговал ее.
Что по какой-то причине только усилило желание ударить его.
Король-император вернулся к ним раньше, чем она успела, в сопровождении симпатичной молодой женщины со светло-серебристыми волосами.
— Касия, это Аннека. Она отведет тебя в одну из гостевых комнат и поможет обустроиться, пока я буду занят некоторыми делами. Мне жаль оставлять тебя, но, надеюсь, мы сможем продолжить наш разговор позже. Может быть, этим вечером?
Она прикусила губу, но кивнула. Как бы неприятно ей ни было признавать, что Эландер прав, сегодня она, вероятно, принесла уже достаточно неприятностей. Дальнейшее раздражение короля-императора не приведет ни к чему полезному ей.
Попрощавшись с ним, она последовала за служанкой к винтоаой лестнице, которая привела их то ли на пятый, то ли на шестой этаж — Кас
