Читаем без скачивания Путь Стратега 6. РеалРТС (СИ) - Луций Корнелий

острове была не такой мрачной и таинственной, как дни в Канртеге. Немного жути внушал разве что остов древнего корабля, на фоне ночного неба напоминающий скелет чудовища. Хотя почему «напоминающий»? Если я всё правильно понял про корабли-гиганты, они по сути и были монстрами. Стихийными сущностями, заключенными в оболочку судна.

По инициативе Арамии место церемонии обставили зажженными лампами, сформировав из них три круга. Огни в ночи. Должно было выглядеть пафосно, но у меня почему-то возникала ассоциация с стародавней передачей Последний Герой. Хотя ничего удивительного. Остров, ночь, море на фоне. Только вот никого выгонять с проекта мы не собираемся. Наоборот, хотим принять новенькую к себе.

Около двадцати человек вооруженной охраны дежурили за пределами круга света, создавая ощущение некой особой мистерии. Таинства принятия в секретный орден или иной масонщины. Мы с Ориной были одеты довольно торжественно. Белые наряды, сочетающие элементы имперской и восточной моды.

В центре кругов огней стояло что-то типа алтаря. Круглый столик, накрытый красной тканью, на которой лежали все нужные для церемонии вещи. Там был длинный изогнутый кинжал. Плохо приспособленный для реального боя, но зато красивый. Рядом стоял серебряный кубок, украшенный узором из крупных черных камней ромбовидной формы. Явно трофей из сокровищ Канртега. Вещь увесистая, мрачная и нарочито дорогая. Рядом находился более изящный хрустальный сосуд, наполненный зельем для договора.

Сама Арамиа стояла над алтарем в типа жреческом облачении и черной маске, полностью закрывающей лицо.

Мы с Ориной синхронно пошли навстречу друг другу. На мгновение мне захотелось улыбнуться, посмеяться над всем театральным пафосом ситуации, но, мельком заглянув в глаза девушки, я понял, что она предельно серьезна. Для нее эта клятва имеет большое значение. Что ж… Могу понять. Все же мы люди сильно разного воспитания. Я жил в мире, где слова часто не стоят и копейки даже в реальности. Чего уж говорить про Интернет. А тут, как это нам в школе вещали? Словом можно убить, словом можно спасти, словом можно полки за собой повести. И это не значит, что клятвы не нарушаются. Просто цена и риски иные.

И вот мы у алтаря. Колдунья в маске протягивает мне идеально чистый церемониальный кинжал, торжественно-надрывным голосом возвещая.

— О, господин, примите ключ, которым вы закроете замок печати этой клятвы.

Я взял кинжал, который был маловат для моей ладони. Резные украшения рукояти неприятно впивались в кожу. Ничего. Я вспомнил свою первую клятву на крови. Основание Двадцать Первого. Тогда мне было стремно резать себя, а сейчас это кажется такой ерундой. Я аккуратно и медленно провел отлично заточенным лезвием по левой ладони. Бритвенная острота клинка легко вспорола кожу. Кровь обильно выступила, заполняя линии рельефа ладони.

— Воля господина да прольется с соком его жизни, — произнесла колдунья.

Дальнейшие события церемонии мы обсудили заранее. Я своей окровавленной рукой взял Орину за левую ладонь.

— Воля господина да прольется соком жизни его слуги.

Все тем же кинжалом я быстрым движением рассек ладонь девушки. Она даже не дернулась. Впрочем, нам ли после всех злоключений бояться порезов.

— Скрепите замок, — призвала Арамиа.

Мы с Ориной сделали что-то наподобие крепкого рукопожатия. Сжали ладони друг друга, а колдунья подставила под них жертвенный кубок. Затем ее пальцы закружились и запорхали по нашим рукам. Я ощутил пульсацию внутри ладони. Давление крови внутри увеличивалось. Каждый палец, каждая фаланга и даже ноготь чувствовались иначе. Это было неприятным, инородным ощущением. Вполне возможно, что Арамиа специально причиняла нам боль. Пыталась сделать кровавый пакт как можно более запоминающимся.

Пересиливая тошноту, я сильнее сжал ладонь Орины и она ответила мне тем же. Наша кровь смешиваясь капала в серебряный кубок. Мы щедро поили ей благородный металл. Орина слегка дёрнулась. Я слышал ее тяжелое дыхание. Вполне вероятно, ей сейчас было заметно больнее. Ведь именно на Орине колдунья сконцентрировала основные усилия. На нее пыталась произвести впечатление. Дочь Севера терпеливо выносила болезненную церемонию.

— Кровь к крови, власть к преданности, удары дождя к порывам ветра, — голос колдуньи звучал все более экзальтированно.

Прекрасный актёрский талант. Ей удалось довольно ярко обставить этот спектакль, хотя спектакль ли? Пусть само по себе заклинание не так сильно, но клятва Орины очень даже важна. Окончательный ее переход в состояние моего союзника. Если бы она попыталась меня убить в Канртеге или на островной дуэли — ничего удивительного. Старая вражда подняла голову. С кем не бывает? Однако после этой клятвы любые действия против меня будут предательством. Думаю, она сама это понимает и признает. Вот что на самом деле должно удержать Орину от необдуманных поступков, а не заклятье.

— Слейтесь, красные реки! — воскликнула Арамиа.

Резкая боль пронзила руку. Ощущение, будто по моим сосудам вместе с кровью течет смесь кипятка и битого стекла. Орина снова дернулась. Я видел, как она кусает губы и дрожит, пытаясь сдержать слезы.

Затем нас отпустило. Боль мгновенно отступила, сменяясь чувством облегчения и освобождения. Секунду назад напряженные мышцы расслабились. В нашем с Ориной рукопожатии больше не было давления. Мы скорее держались за руки, чувствуя «послевкусие» магии Арамии.

— Да прозвучат слова клятвы! — торжественно объявила колдунья, поднимая хрустальный сосуд с полупрозрачным зельем внутри.

Осторожным движением Арамиа чуть опустила горлышко. Из сосуда в серебряный кубок устремилась тонкая струйка. Будь ветер посильнее и ее капли разметало бы в стороны.

Пока зелье наполняет кубок, Орина будет говорить.

— Я клянусь перед всеми известными мне богами и духами своей жизнью… — с трудом начала девушка.

Судя по дрожащему голосу она ещё не отошла от болезненной магии Арамии.

— Клянусь верно и храбро сражаться на стороне Михаира Лиардиана. Признаю его своим господином. Клянусь ставить его интересы на первое место и всеми доступными способами добиваться достижения его целей. Клянусь любой ценой защищать его жизнь. Пусть моя кровь будет свидетелем этой клятвы. Пусть она закипит и сгниет, если я нарушу данное слово. Не будет мне тогда жизни. Пусть тело мое распадётся прахом и пылью, если я не сдержу своей клятвы. Принимаю эти обязательства сегодня. Буду хранить их до конца своих дней.

Начинала девушка с трудом, но чем дальше, тем тверже звучала ее речь. Арамиа подгадала так, что в момент, когда Орина договорила, последние капли зелья стекли в кубок. Жидкость потемнела, смешавшись с нашей кровью. Я заметил, как зелье медленно вращается в кубке по часовой стрелке и мерцает изнутри. Магия начала работать.

— Испей! — возгласила Арамиа необычайно громким голосом.

Даже не ожидал, что она на такой способна.

Орина потянулась к кубку, взяв его правой и