как-то непонятно.
Арон хмыкнул как-то непонятно.
— Ох, Джозеф! — девушка бросилась ему на шею, утыкаясь в нее носиком и всхлипнула. О большем та и мечтать не могла. — Стану лучшей из одаренных! И тебе не будет за меня стыдно!
Джозеф посмеялся и обнял ее, чмокнув в щеку.
— Не сомневаюсь.
Глава 27
— Та-а-ак, нам пора, Арон. Нечего тут делать с этими нежностями, — брюнетка отталкивается от мужчины и превращается в змею, уползая в сторону дверей академии. Этих двоих нужно оставить наедине. Они и так все время под наблюдением.
Арон окинул взглядом место, после посмотрел в небо, и поднялся. Направившись в сторону академии, тот тихо произнес:
— Я почти закончил здесь…
— Ты о чем? — спросила его Зеста.
— Ни о чем… Ползи… На чердак. Будешь помогать мне с настойками, чтобы закончить к концу недели и продать. А то, чувствую, помощника я совсем потерял…
— Ага, или он голову! — смеется подошедший. Огненно-рыжие растрепанные волосы, на шее подобие шва, на щеках. — Ух, поползла красавица… — тот подхватил Зесту на руки, рассматривая, — впервые так близко! Аж мандраж берет!
— В первый и последний… — тянет Арон ему руку, чтобы забрать змею, — Хайзер, по-хорошему…
А тот пальцем гладит под головкой, чуть щекоча кожу змеи, словно бы по личику гладил. Она прямо извивается, как кошка головой тычется. Что будет, если она прямо в эту секунду обратится в человеческий облик? Прям в ноги упадет от нежности. Он определенно знает, куда нужно надавить, чтобы было приятно.
— Видишь? Ей нравится! — почти промурлыкал рыжый, поднимая змейку повыше. Трется носом о ее мордочку и лыбу давит.
— Ну и извращенец… — фыркнул Арон.
— От извращенца слышу! Сам за ней по пятам ходишь-бродишь… — отвечает тому Хайзер. Зеста шею тому обвивает и остается как шарф. А ее легко приручить, если будешь с ней так нежен. Смотрит сначала на одного мужчину, а после на второго, прикрыв затем глаза. Какая тут от нее помощь, если она уже расплылась?
Арон недовольно цокнул.
— Еще минус один помощник… — произнес тот, — Идем. Будешь помогать вместо нее. Будешь сопротивляться — заберу глаз.
— Ой, сразу ты начинаешь! — буркнул саламандра, однако за ним пошел, продолжая поглаживать Зесту рукой.
Уже на чердаке брюнетка с шеи Хайзера сползла и оказалась на диване.
— Никого ты не терял. — спокойно она отвечает, — Буду помогать. Я просто расслабилась и вот так получилось…
Саламандра обернулась, хитро улыбаясь, а после тот облизнулся.
— Вау! Что за красота на нашем празднике жизни? Девушка, о прекрасное создание, позволите лечь у ваших ног?
Арона аж передернуло, но он промолчал и просто прошел к рабочему столу.
— Ой… Зачем же так? — моргает та и смущённо взгляд в пол опускает. — Эм… Так с чем помочь? — водит она пальцем по своим бёдрам, закрытым черной тканью.
— Нужно растереть травы… — произнес Арон, передавая подошедшему Хайзеру мешочек, две миски и ступки. Тот подошел к Зесте и уселся у ее ног, тут же протягивая миску и немного травы в ней.
Брюнетка смотрит вниз и сглатывает от неловкости, что повисла над ней. Забирает приспособление, травы и тут же начинает их растирать, стараясь не смотреть на саламандру. А тот трется о нее словно нарочно, иногда поглядывая назад и потираясь о ногу щекой. Ну, угодник! Что хозяин, что фамильяр! А может, это второй первого испортил?
— Ты можешь так не делать?.. — шепотом спрашивает Зеста. — Это… Как-то… Смущает… — она зыркнула на него и сразу же взгляд в ступку опустила.
— Значит работает… А что не так? Иль неприятно? — он усмехнулся, а после, отложив ступку в сторону, погладил ножку девушки в области икры, поднимаясь выше.
— Хайзер. Не здесь, — не смотря на них, произнес Арон.
По телу Зесты мурашки пробегают, а на щеках выступает румянец.
— Тут травы много… — она хватает пучок и чуть ли тому в лицо не тычет, — Работы много… Растирай…
Тот тихо посмеялся и, чмокнув ее коленочку, сел обратно как сидел, увлеченно принявшись растирать выданное им. Змея старалась не обращать на случившееся внимание, но только усерднее приступила к работе, справляясь со своей задачей довольно быстро.
— Чем-то ещё помочь? — она совсем не устала. Сегодня никакой магией не занималась, а значит сил много. Хоть все перетрет здесь.
— Можешь взять еще один мешок… — произносит Арон, кивнув куда-то под стол, где еще три таких стояло.
Зеста встала с дивана и подошла к столу, потянув оттуда один. Уселась на диван снова, но уже сбоку Хайзера, чтобы он не сидел у ее ног. Травы переложила на ткань и принялась за новые.
Они провели вместе несколько часов. В полной тишине, что рыжего, кажется, немало раздражало.
— Ты нарочно? — спрашивает он брюнета.
— Ты слишком болтлив. Иногда нужно и помолчать.
— Вы о чем? — спрашивает Зеста, что витала у себя в облаках. Не слышала ничего, вот и спросила. Или быть может, они там мыслями общаются? А она берет и лезет. Слишком длинный у той язык.
— Он нарочно выдал самое скучное задание из всех, чтобы заткнуть мне рот! — возмутился Хайзер.
— А… Можно же говорить во время работы… К-хм… — девушка решила, что она не к месту и рот свой заткнула. Лучше, наверное, и правда, сидеть в тишине.
Арон тихо посмеялся.
— А саламандра так не умеет!
— Эй! Это не ко всему относится! Только к скучным вещам! — возмутился тот.
— Если будет говорить, пока толчет — уснет. — тут же сдал его Арон. Зеста тихо посмеялась и посмотрела на мужчину, мол, правда?
— Тогда и правда молчать лучше или… Я сама смогу справится. У меня сил хоть отбавляй сегодня!
— Тогда он будет к тебе приставать. Но выбирать тебе! — произнес Арон.
— Так я же буду занята! — тут же ответила Зеста. — Хотя… Может работа так быстрее пойдет? Он очень долго растирает травы… Я быстрее справляюсь.
— Ну… смотри сама… — пожал плечами брюнет. Он ведь предупредил.
Глава 28
К приходу Элизабет все было убрано. Кровать застелена, все на своих местах, а сама змея свернулась кольцом в коридоре, приоткрыв один глаз, когда парочка остановилась у двери.
— Так не хочу расставаться с тобой на ночь, — держит Джо Лиз за руки.
— Тогда… может, останешься? Все равно сегодня всем не до того… Столько студентов напились! Учителя будут половину ночи разводить их по комнатам…
— Раз дама приглашает, то кто я такой, чтобы отказываться? — улыбнулся Джо и завел девушку в ее же комнату, как в свою.
* * *
Шли недели, за ними месяцы. Наступила весна,
