обладал в тот момент, и это явно не прошло мимо глаз охранников. Один из них коротко кивнул ему в сторону рынка, и в шутку передёрнул затвор винтовки.
Мария двигалась уверенно, хоть и могло показаться, что перемещалась девушка, словно по какому – то невидимому рисунку. Ник решил не испытывать судьбу, и буквально шел за ней след в след. Дорога вывела прямиком на рынок, и стоило признаться, такой оживлённой торговли, Ник еще не видел.
Бесконечное шоссе, из лавок, которые искрили огнями, словно рождественские ёлки. Мария слегка прибавила шаг, и Ник то и дело выдёргивал короткие отрывки из вывесок: «Стволы, стволы, стволы. Гендерная хирургия. Зеленый Доктор. Серый Доктор. Чёрный Доктор. Индомолы Форте. Жранина. Жаренная жранина. Гендерная жранина».
Всё это ударило в сознание, целым вихрем головокружения, а может это просто был эффект от обильной кровопотери. Мария резко остановилась, и отскочила назад, как перед ней с громким матом упал худощавый паренёк, на которого тут же набросился обшитый в шерсть, и закованный в ошейник человек, что принялся его хлестать ладонями по лицу, словно дикий кот.
— Обойди. — Сказала Мария юноше, и он так и поступил.
Ник уже стал открыто придерживаться за раненое плечо, чем тут же приковал внимание окружающих, к своей персоне. Они, словно акулы, почувствовав кровь, стягивались к нему.
На подходе к очередной вывеске Ник заметил изображение голубоватого джина, что прищурившись, потирал эфирные руки. Мария молча кивнула в сторону двери, и нажала на звонок.
Через пару мгновений послышался механизм замка, и дверь открылась. Первое, что почувствовал Ник, это резкий запах этанола и железа, что оставлял после себя терпкое послевкусие. Ему не надо быть постоялым этого рынка, чтобы с первого взгляда узнать клинику. Не самую чистую, не самую свежую, но всё же клинику.
— Вернулась так скоро? Я не ожидал тебя увидеть, Пикси.
Из соседней комнаты, вытирая руки о белое полотенце, вышел человек. Это был мужчина с виду широкоплечий мужчина средних лет, с заметно выраженными скулами, греческим носом, высоко посаженными карими глазами, и густой шевелюрой на голове.
Пикси? Подумал про себя Ник, и понял, что тот обращался к Марии, так как смотрел на неё. Интересно, а может, и Мария было не её настоящим именем.
— Я к тебе клиента привела, нужны твои услуги. — Она взглядом кивнула в сторону юноши, и доктор подошел поближе.
Ник смог рассмотреть его изрытое бороздами и широкими порами лицо, а от самого мужчины, всё так же пахло этанолом и потом. Он приложил свою ладонь к лицу парня, и тот инстинктивно отошел на шаг назад.
— Всё хорошо. — Поспешила Мария. — Он тебя подлатает.
— Не местный? — Удивительно вопросил мужчина, оттягивая веки Ника, пытаясь рассмотреть белки глаз. — Крепкий. Не первый раз тебя свинцом дырявят?
— А это имеет значение? — Запротестовал Ник, чувствуя, как не в силах больше стоять на ногах.
— Да вообще – то нет. — Ответил ему человек, хватая его под плечо. — Полтинник крипты, и я тебя на ноги поставлю, даже викодина халявного отсыплю, если любишь путешествия в миры полные грёз.
— Пятьдесят? — Возмутилась Мария. — С каких пор, это у тебя такие расценки? Я сама видела, как ты из торчка вытаскивал прут толщиной с мой палец за двадцатку.
Доктор посадил Ника в удобное медицинское кресло, под углом, и взяв ножницы, посмотрел на девушку. — Пикси, так это ты платить будешь? — Он повернулся к Нику. — А что турист? У него крипты нет?
Девушка покачала головой. — У туриста крипты нет, я ему в долг дам.
Доктор щёлкнул лезвиями ножниц. — Тридцать. Режем?
Мария кивнула. — По рукам.
Единственный, кто на удивление оказался против, это был сам Ник. Он резко встрепенулся, и попытался встать. Доктор отъехал в сторону на стульчике с колесиками, и поднял руки вверх. Мария рванула навстречу, и едва успела поймать Ника.
— Ты чего задумал? — Раздраженно спросила она.
— Я не буду брать у тебя в долг. Сколько это тридцать?
Ник и забыл, какой сильной могла быть девушка. Она, хоть и ослабленного, но всё же молодого юношу отправила обратно в кресло, без особых усилий. Ник плюхнулся как мешок с компостом, протяжно замычав, и хватаясь за плечо.
— Тридцать это не много, сможешь отдать. — Она стянула рюкзак с плеча парня, и продолжила. — Давай сначала тебя на ноги поставим, а потом уже составим смету выплат. Хорошо? Ты мне должен, не забывай.
Как он такое мог забыть. Девушка уже второй раз спасала ему жизнь, если не считать те самые попытки отговорить его от кражи муки. Муки! Господи! Какой же я был идиот, и кто бы мог подумать, что то нарушение, вскоре окажется лишь жалким проступком. Плечо ужасно болело.
— Я не хочу никого ни к чему не принуждать. — Мужчина вновь защелкал лезвиями ножниц. — Но от туриста уже начинает пованивать.
Мария посмотрела на парня, беззвучно уговаривая его поверить ей. Ник не знал, то ли это сказывалась боль, то ли усталость, то ли сама девушка обладала магическими свойствами убеждения, однако он не мог сказать нет, когда она смотрела на него так.
Он молча кивнул.
— Вот и прекрасно! — Заключил мужчина, и подкатившись в кресле, принялся кромсать одежду пациента.
Он с легкостью отбросил окровавленные тряпки в сторону, и достав присоединённый к креслу шланг с носиком, надавил на поршень.
Холодная, практически ледяная вода тугим напором ударила в засохшую кровь вокруг раны, кровавые ручейки потекли по руке и приостановившееся кровотечение вновь открылось в ране. Ник стиснул зубы, и зарычал. Мужчина улыбнулся.
— Я, кстати, не представился, а Пикси, забыла сказать кто я такой. — Он очистил рану, и коснувшись кончиками расширителя, задумчиво присвистнул. — Девять на девятнадцать. Старый натовский калибр. Даже не хочу знать, где ты смог на него наткнуться.
Когда мужчина вонзился пинцетом в свежую рану Ника, предусмотрено обколов её лидокаином, Мария отвернулась, и отошла в сторону. Даже несмотря на тот факт, что прикосновения пальцем доктора Ник не чувствовал, холодное железо внутри собственного тела, ощущалось на все сто процентов. Ник завыл, и выгнул спину, словно от приступа.
— Лежи ровно, сейчас вытащим.
Прошло всего несколько секунд, прежде чем кусок свинца упал на металлическое блюдо, однако Нику они показались несколькими минутами мучительной боли. Он
