года башню попытались обрушить при помощи взрыва, но плохо рассчитали количество динамита – башня всего лишь накренилась (Уильям Кроу явно мог гордиться своей работой). Был произведен повторный взрыв, а затем до сентября вывозили металлолом, за который Болдт смог выручить одну тысячу семьсот пятьдесят долларов (ссуда денег под Уорденклиф оказалась крайне невыгодным делом).
Кто-то из газетчиков пустил слух о том, что башня была снесена по приказу правительства Соединенных Штатов, поскольку немецкие шпионы не то установили на ней радиопередатчик, не то устроили наблюдательный пункт. «Подозревая, что немецкие шпионы используют большую радиостанцию в Шореме, Лонг-Айленд, построенную около двадцати лет назад Николой Теслой, федеральное правительство приказало ее уничтожить, что и было сделано при помощи динамита, – сообщала Sun. – В течение нескольких прошлых месяцев на станции скрывались посторонние люди. Разрушение известной башни Николы Теслы демонстрирует, сколь жесткие меры принимаются для предотвращения утечки важных военных сведений».
Слух получил широкое распространение в немного измененном виде – снос объяснялся тем, что башня служила ориентиром для немецких подводных лодок. Для сведущего человека такое объяснение выглядит смехотворным, особенно с учетом того, что рядом находился такой превосходный ориентир, как Нью-Йорк, но публика в него поверила, а некоторые продолжают верить до сих пор, поскольку эту «утку» можно встретить и у отдельных биографов. Слухи, связывавшие башню со шпионажем, сильно раздражали Теслу, но он не мог раскрыть истинную причину сноса, поскольку не хотел предавать огласке сделки с Болдтом-старшим – это запустило бы новый виток сплетен о его финансовых трудностях.
Впоследствии Тесла попробовал оспорить право Болдта-младшего на земельный участок, но проиграл этот иск[92]. Собственно, началось все с иска против Теслы, поданного в 1921 году Болдтом-младшим, который считал, что Тесла остался ему должен. Долг за проживание в «Уолдорф-Астории» составил двадцать тысяч долларов, а от реализации металлолома после сноса башни было получено в одиннадцать с лишним раз меньше. Тесла, в свою очередь, заявил, что заложенная им собственность стоила на порядок дороже – в пределах трехсот пятидесяти тысяч долларов и что отель брал на себя обязательство заботиться о ней. Однако вместо этого по решению Болдта-младшего вандалы разорили станцию и разрушили башню. Суд вынес решение в пользу истца, после чего Тесла подал встречный иск, надеясь в худшем случае получить в качестве компенсации хотя бы земельный участок, но не получил ничего, кроме репутационного ущерба – газеты писали о том, что «ученый-мечтатель пытался всучить уважаемому отелю пустырь с возведенной на нем Вавилонской башней вместо денег». Что ж, никто не неволил Джорджа Болдта-старшего принимать Уорденклиф в качестве залога и никто не заставлял Джорджа Болдта – младшего сносить башню без согласования этого решения с залогодателем.
В июле 1917 года Тесла выехал из «Уолдорф-Астории», в которой прожил около двадцати лет. Дело было не в разногласиях по поводу сноса башни, а в переезде в Чикаго, где до ноября 1918 года Тесла работал на Pyle-National Company, крупнейшего производителя электрических фар для локомотивов. По заказу Pyle-National Тесла работал над усовершенствованием своих безлопастных турбин. С 1919 по 1922 год он сотрудничал в том же направлении с Allis-Chalmers Manufacturing Company в Милуоки, а в 1925–1926 годах разрабатывал бензиновую турбину для филадельфийской Budd Company.
Повсюду эффективной работе над турбинами мешали два фактора. Во-первых, серьезные задачи требуют максимальной концентрации внимания, а Тесла постоянно распылял свое внимание между разными изобретениями, в частности сверхточными спидометрами, которыми он смог заинтересовать такого гиганта, как Waltham Watch Company[93]. Опять же, главным проектом Теслы была идея Всемирной телеграфии, а не совершенствование безлопастных турбин. Во-вторых, он плохо разбирался в характеристиках металлов и их поведении при высоких температурах, а без этих знаний невозможно было создать надежный турбинный двигатель. Сотрудничество с компетентными в металлургии инженерами вряд ли могло оказаться продуктивным, ведь по своей натуре Тесла был изобретателем одиночного, а не командного типа. Его бы устроило, если бы ему дали подходящий металл и сказали: «Это то, что вам требуется», но упорные совместные поиски нужного материала были невозможны, тем более, что сам Тесла больше уповал не на создание оптимальных материалов (хотя и сетовал на их отсутствие), а на поиски оптимального технического решения. Да и не испытывал он к турбинам такого пиетета, который в свое время испытывал к двигателям переменного тока – то ли возраст сказывался, то ли обида на отсутствие грандиозных восторгов по поводу революционного «двигателя в шляпе». Двигатель и впрямь был революционным, но его революционность заключалась в размерах и принципиальных особенностях конструкции, а не в технических характеристиках, способных обеспечить конкурентоспособность.
В статьях для Electrical World и Sun, служивших для Теслы дополнительным источником дохода, он не раз упоминал о своих безлопастных турбинах, выдавая при этом желаемое за действительное. Вместо того, чтобы написать: «при определенных условиях мои безлопастные турбины могут быть способны», Тесла писал: «мои турбины способны», и до поры до времени его многообещающие утверждения производили впечатление на заинтересованных лиц. Создать на пустом месте успешный бизнес гораздо труднее, чем немного повысить его прибыльность. По аналогии с этим, бизнесмены считали, что довести до ума перспективное изобретение не составит для его создателя большого труда. Но не всегда можно проводить прямые параллели, сравнивая осла и коня[94]. Все попытки совершенствования турбин заканчивались безрезультатно, и стороны расставались, будучи взаимно недовольными, – Тесла считал, что ему не смогли обеспечить нужных условий для работы и торопили с результатом, а партнеров огорчало отсутствие результата как такового.
Особое недовольство вызвал у нашего героя главный инженер Allis-Chalmers Company Ганс Дальштранд, совместная работа с которым, на самом деле, могла бы принести Тесле большую пользу. Дальштранд был компетентным инженером с большим практическим опытом. Он довольно быстро выявил основные недостатки безлопастных турбин Теслы, такие как недостаточная эффективность, чрезмерные (с точки зрения используемых материалов) нагрузки на диски, падение мощности с увеличением давления пара, ряд конструктивных недостатков и высокая стоимость изготовления. Собственно, Тесле все это было известно, и ничего лишнего Дальштранд не обнаружил, но Тесла решил, что главный инженер интригует против него и прекратил сотрудничать с Allis-Chalmers. Впоследствии он говорил, что Allis-Chalmers не смогли должным образом оценить перспективность безлопастных турбин[95].
Работа над совершенствованием турбин оплачивалась довольно хорошо – Теслу могли не устраивать условия работы и давление со стороны менеджмента компаний, но относительно оплаты он никакого недовольства не выражал. Так, например, от Pyle-National он получил, в общей сложности, около сорока пяти тысяч долларов (в эту сумму входили и некоторые приобретенные патенты), а от
