Читаем без скачивания Звёзды - Юэ Ци

Храм Ухоу – это императорская гробница, и площадь его, естественно, не маленькая. Рядом находится новый туристический объект – деревня мастеров Цзиньли, а следом – правительство района Ухоу и Юго-Западный университет национальностей. Хотя места и непростые, но для террористической атаки они мало подходили. Даже с учетом прежней модели поведения ванхайчэновского «Светлячка».

Подумав об этом, Го Юань снова пришел в ярость. На первый взгляд, этот район в основном состоял из одноэтажных зданий с низкой плотностью застройки. В современных террористических атаках это вариант с самым низким КПД. Причина, по которой во время терактов 11 сентября выбрали Башни-близнецы, заключалась не только в том, что это знаковое здание, гораздо важнее была ошеломительная плотность высотной застройки. При одинаковой взрывной силе масштаб разрушения одноэтажек и небоскреба будет совершенно на разных уровнях. Добавить к этому сложности спасения и вторичных повреждений при обрушении, и выходит, что современные армированные сталью города – это естественная цель для террористических атак. Почему же «Светлячок» отправил десятки самосвалов в такое место, как храм Ухоу? Раскапывать могилы и грабить гробницы?

Вот почему Го Юань пришел в ярость – он не знал правды. Конечно, не факт, что «Светлячок» будет раскапывать могилы и грабить гробницы, но вдруг под храмом Ухоу тоже спрятано что-то вроде черного кольца из подвала энергоузла? Агент этого не знал, как и Дуаньму Хуэй.

Но вышестоящее начальство, которое и организовало проведение этой антитеррористической операции, было в курсе.

Пешки на войне не нуждаются в информации, да и не должны ее знать. Возможно, под их прикрытием сейчас проходит другая, настоящая операция, о которой им не известно.

Подумав об этом, Го Юань замер, уставившись в лицо Юнь Шань. Этой девушке, наверное, не больше двадцати пяти лет, в ее теле пока резвится юность, а высоты интеллекта еще не достаточно, чтобы усмирить наивность и энтузиазм.

Должен ли он испытывать «сожаление» или что-то еще? Го Юань не знал. Он прекрасно понимал, что такие вещи существуют, и довольно долго учился, теперь осознавая, что нормальные люди в такой момент будут испытывать эмоцию, которую называют «сожаление», но не знал, на что она похожа. Все равно что в бесконечном любовном романе снова и снова читать «безумно влюбленный» и просто не чувствовать ни малейшего трепета от этих слов.

Го Юань уже примирился с мыслью, что ему не интегрироваться в общество с помощью обычных эмоций, но он мог использовать разум, чтобы притворяться, будто бы он близок к нормальным людям. Эмоции – это всего лишь психологическая структура человека как социального существа, а не что-то грандиозное. Любовь, ненависть, страх, отчаяние и радость – лишь ключи к использованию человеческим мозгом электрических сигналов и химических веществ для управления поведением. Расстройство личности Го Юаня, как депрессия или аутизм, – это проблема с химическими ключами мозга, все так называемые психические заболевания являются физическими заболеваниями, для которых еще не найден четкий механизм.

Чтобы жить в нормальном мире, больным людям нужно больше усилий. Когда требовалось прибегнуть к разуму, чтобы понять эмоции других людей или притвориться, будто он их понимает, Го Юань все больше и больше полагался на рациональность. Но в этом деле было слишком много скрытой информации, и разум не помогал понять, что делает Ван Хайчэн и что он собирается сделать. Разум, на который Го Юань так сильно надеялся, не мог толком функционировать, и оттого агент сходил с ума и тревожился все сильнее.

Юнь Шань не знала, о чем он думает, заметила только, что его обжигающий взгляд то и дело возвращался к ее лицу, и некоторое время спустя залилась краской от смущения.

– Вы здорово сработали. Если бы не вы, боюсь, с тем толстяком пришлось бы прибегнуть к некоторым хитростям, – сказал Го Юань. – Не предполагал, что вы можете быть столь безжалостны.

Юнь Шань не ответила, он продолжил:

– Но в тот момент вы ведь не мне хотели помочь, да?

– Тогда кому же я пыталась помочь?

– Мне нужно это вслух сказать? Кстати, могу я задать вопрос?

– Задавайте.

– Почему люди так одержимы идеей «не убий»? Неважно, убить хорошего человека или плохого, главное, что они все боятся своими руками убить живого человека. И если есть хоть малейший шанс, люди всегда будут избегать убийства. Почему? Если деваться некуда, только такие психи, как я, делают это, почему?

Юнь Шань была ошеломлена. Что это за вопрос такой?

– Например, Ван Хайчэн скажет вам, что у него есть двадцать три самосвала, набитых пластидом, которые вскоре превратят Чэнду в огненное море. Единственный способ остановить его – убить невинного прохожего, которого он похитил, нет, лучше, не просто прохожего, а ребенка до пятнадцати лет. Только так вы сможете заполучить пульт управления. Вы сделаете это?

– Ничего подобного никогда не произойдет.

– Не убегайте от вопроса, я-то никогда не мог, в чем тут такая большая проблема. Почему никто из вас не может эмоционально принять такое поведение? Это смешно, понимаете? Представьте, что вас двое в такой ситуации и необходимо остановить взрыв – потому что иначе погибнет не один человек, так ведь? Но никто никого не убьет.

Юнь Шань молчала.

– Я не думаю, что смешно именно это. Самое смешное вот в чем: случись такое, вы будете тихо надеяться, что другой все сделает, что другой прикончит невинного ребенка. Это не только решит проблему, но и защитит вашу «совесть».

В этом месте Юнь Шань наконец не выдержала:

– Потому что мы люди, а не животные.

– Ха-ха… – Го Юань не воспринял ее слова всерьез, но громко рассмеялся. – Хорошо сказано! Я с детства слышал эту фразу тысячи раз и сначала никак не мог понять, что она означает. Люди – не животные, хорошо, а что такое люди? Люди! Что это за «люди», в конце концов? Почему люди думают, что отличаются от животных? Зачем создают души, духов, мораль, совесть – всю эту кучу странных вещей, а потом говорят, что они есть только у людей, а у животных нет?

– И каково же заключение великого философа? – холодно спросила Юнь Шань.

– Потому что способность человеческого мозга обрабатывать информацию слишком слаба.

– То есть?

Юнь Шань не понимала, как разговор вырулил на такую тему, потому что в ее голове были только двадцать три самосвала, которые могли перевозить до двадцати пяти тонн груза.

– Мозг не может эффективно анализировать непрерывный приток информации. Он не может ни обдумать, ни рассмотреть в деталях большинство фактов. Он может выбрать только самый примитивный режим обработки. И этот режим – на самом деле наши инстинкты. Так же, как инстинкт паука – плести паутину, а птицы – летать. Но наше рациональное мышление не может понять этих инстинктов, поэтому мы воображаем, что они свойственны только людям, и называем их человеческой природой, моралью, душой… Даже если вы можете спасти население города, вы не захотите убивать невинного заложника. Это и есть так называемая совесть. Даже если вы знаете, что, если не убьете этого человека, его все равно взорвут, совесть помешает вам нажать на курок, верно? Ваш разум знает, что вы неправы, но примитивные инстинкты останавливают вас. Поскольку они зародились слишком рано – люди в то время жили в пещерах, и у них еще не сформировался достаточно сильный навык логического мышления, не было способности к прогнозированию, они никак не могли прийти к рациональному выводу, что «многие люди погибнут». В среде, где развивались инстинкты, не было ни взрывчатки, ни ядерного оружия, только кулаки и зубы. У вас не было шанса убить одного человека и спасти десятки тысяч людей одновременно. Убить одного человека значило убить одного человека. Ирония в том, что вы даете имена этим инстинктам, думая, что у животных их нет и что они отличают людей от животных. Но на самом деле так называемая совесть и человеческая природа находятся именно там, где люди ближе всего к животным, – это примитивные инстинктивные модели поведения. Вы утверждаете, что они очень ценны, что вы должны придерживаться их. В действительности они ничем не отличаются от летящего на огонь мотылька. Чем больше вы повинуетесь своей совести, тем масштабнее будут разрушения.