– В октябре он говорил, что лечение помогло, – замечает Бедекер.
– Да, а к Рождеству все снова началось. Дейв скрыл от меня. На следующей неделе ему назначили медкомиссию. Ее бы он точно не прошел.
– Ричард! – зовет снизу Кэти. – Телефон!
– Иду! – Он снова берет Диану за руку. – Ди, что у тебя на уме?
Она смотрит ему прямо в глаза. Красивая и решительная вопреки усталости и беременности.
– Я хочу знать, зачем он вдруг ни с того, ни с сего отправился в Лоунрок. Почему в одиночку полетел на «Тэлоне», хотя мог дождаться коммерческого рейса. Почему не катапультировался, если видел, что самолет падает? – Диана переводит дух, поправляет пижаму и крепко, до боли сжимает запястье Бедекера. – Ричард, я хочу знать, почему он лежит в могиле вместо того, чтобы сидеть рядом со мной и нашим будущим ребенком!
Бедекер поднимается с кресла.
– Сделаю все, что в моих силах. Обещаю, Ди. – Он целует ее в лоб и помогает встать. – Ложись и постарайся поспать, тебе еще завтра заниматься гостями. Я уеду рано, как буду возвращаться, позвоню.
Уже в дверях он слышит:
– Спокойной ночи, Ричард.
– Спокойной ночи, Ди.
Кэти ждет внизу.
– Межгород, – кивает она на телефон. – Я просила перезвонить, но там сказали, подождут.
Бедекер идет на кухню взять трубку.
– Спасибо, Кэти. Не в курсе, кто?
– Какая-то Мэгги Браун. Говорит, дело срочное.
* * *
Дейв посадил «Хьюи» на ранчо в полумиле за Лоунроком. На башенке покосившегося амбара развевались лохмотья ветроуказателя, между амбаром и домом притулился древний двухместный «Стирман».
– Добро пожаловать в международный аэропорт Лоунрока! – Дейв заглушил мотор. – Просьба всем оставаться на местах до полной остановки транспортного средства.
Лопасти медленно прокрутились и замерли.
– И что, в каждом городе-призраке есть аэропорт? – Бедекер снял гарнитуру, бейсболку, пригладил редеющие волосы и тряхнул головой, пытаясь избавиться от рева турбин в ушах.
– Только если там живут призраки пилотов, – усмехнулся Дейв.
По короткой траве им навстречу брел мужчина. На вид куда моложе Бедекера и Малдорфа, но с темным, сморщенным от работы на солнце лицом. Ковбойские сапоги, линялые джинсы и черную шляпу дополнял ремень с бирюзовой пряжкой. Пустой левый рукав «ковбойки» был заколот булавкой.
– Здорово, Дейв! Решил-таки заглянуть?
– Привет, Кинк. Познакомься, Ричард Бедекер – мой старый боевой товарищ.
– Очень приятно. – Бедекер протянул руку. Ему понравилось и крепкое рукопожатие нового знакомого, и глубокие «лучики» вокруг голубых глаз.
– Кинк Уэлтнер служил командиром экипажа вертолетчиков во Вьетнаме, – сообщил Дейв. – Добрая душа и счастливый обладатель цистерны авиационного керосина.
Фермер любовно погладил капот «Хьюи».
– Жив, курилка. Кстати, Чико заменил датчик?
– Ага, – кивнул Дейв, – но ты на всякий случай сам проверь.
– Не боись, сейчас заправлю и в каждую щелку загляну.
– Тогда до встречи. – Дейв направился к амбару.
Было прохладно. В одной руке Бедекер нес пуховик, в другой – летную сумку. Холмы на востоке алели в последних лучах заката. Жухлые тополя резко выделялись на фоне прозрачной осенней синевы. Дейв забросил вещи в припаркованный у амбара джип и запрыгнул на водительское сиденье. Бедекер следом.
– Как хорошо иметь под рукой личного командира экипажа, – заметил он, вцепившись в защитную дугу, когда внедорожник рванул вперед по гравию. – Во Вьетнаме познакомились?
– Нет, в семьдесят шестом, когда купили здесь дом.
– Руку он потерял на войне?
Дейв покачал головой.
– Нет, там ни царапинки, а здесь через три месяца напился в дым и перевернулся на пикапе.
В Лоунроке они проехали под той самой зазубренной скалой, мимо запертой церкви. На горизонте, под сенью утеса, белой линией тянулась дорога, ведущая из Кондона, над которой еще недавно летел вертолет. Сидя в джипе, Бедекер различал заросшие бурьяном дома, ветхое здание школы в гуще ветвей. Дейв затормозил перед беленьким домиком с жестяной крышей и низким частоколом. Лужайка была аккуратно подстрижена, терраса вымощена каменными плитами. На кусте сирени у крыльца висела кормушка для колибри.
– Вилла Малдорфов! – торжественно объявил Дейв.
Комната для гостей помещалась на втором этаже под самой кровлей. Бедекер отчетливо представил стук дождевых капель по жестяному навесу. Малдорфы изрядно потрудились над интерьером: сломали перегородки, перестелили полы, в гостиную поставили камин, провели электричество, водопровод, заново отделали кухню и переделали мансарду в жилой этаж.
– Все остальное сохранилось в первозданном виде, – любил повторять Дейв.
Во времена, когда еще не успели поблекнуть воспоминания о знаменитой Орегонской тропе, дом служил пристанищем почте, конторе шерифа и даже моргу, пока не пришел в запустение вместе со всем городом. Теперь в гостевой спальне красовались свежеоштукатуренные стены, белые крахмальные занавески, высокая латунная кровать и старинный комод с белым умывальным тазиком и кувшином. В окне сквозь полуголые ветви виднелись крошечный палисадник и немощеная улочка, подходящая разве что для телег. В траве за забором догнивали остатки деревянного тротуара.
– Идем, – позвал Дейв. – Покажу город, пока совсем не стемнело.
Пешая экскурсия оказалась короткой. В сотне шагов от «виллы» улочка резко поворачивала на север, становясь главной улицей длиною в квартал. Дальше, за низким мостиком, начиналась проселочная дорога, которая шла вдоль полей, заросших пшеницей и люцерной, и упиралась в утес. Ручей, замеченный Бедекером еще с воздуха, огибал угодья Малдорфов, скрываясь за ветхим сараем, именуемым гаражом.
Тишина стояла такая, что скрип шагов по гравию главной улицы неприятно резал слух. Правда, попалась пара-тройка обитаемых домов, и даже семейный трейлер позади наглухо заколоченного здания, но основная масса построек заросла густым бурьяном. На западной стороне выстроились три неработающих магазина. Рядом на заброшенной бензоколонке «предлагали» высокооктановый бензин: тридцать один цент за галлон. В окошечке кассы криво висела засиженная мухами рекламная табличка «КОЛА ОСВЕЖАЕТ» с огромным «ЗАКРЫТО» посередине.
– Это официально город-призрак? – спросил Бедекер.
– Официальнее некуда, – откликнулся Дейв. – Четыреста восемьдесят девять мертвых душ, ну и летом набегает максимум восемнадцать живых.
– А постоянно здесь живет кто?
Дейв неопределенно пожал плечами.
– В основном, фермеры на покое. Солли из трейлера пару лет назад выиграл в лотерее штата Вашингтон и осел тут со своими двумя миллионами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
