Табитой, режиссером, сохраняя на лице терпеливое и заинтересованное выражение. Я засмотрелся на ее рот – Сиенна покусывала нижнюю губу.
– Ты знаешь, что она не живет в своем доме, а прилетая в Лос-Анджелес, селится у родителей?
– Почему? – рассеянно спросил я, кусая собственную губу при воспоминании о поцелуе с Сиенной. Всего один поцелуй, но я помню и сладость, и солнечный свет.
– А к ней несколько раз вламывались.
От тревоги у меня по спине побежали мурашки.
– Что? Прямо при ней?
– Нет, она была в отъезде. Сиенна молчит, но я вижу – ей там неспокойно даже с личной охраной.
– Вы что, круглые сутки при ней даже дома?
Дейв кивнул.
– Здесь, в Теннесси, она надеялась малость отдохнуть. Я знаю, она бы предпочла побыть одна, но сестра убедила поселить и нас в доме у озера. Мы стараемся не путаться под ногами, хотя Сиенна никогда не жалуется… – Дейв поскреб затылок. – Честно признаться, мне ее жаль.
– Тебе жаль Сиенну? – повторил я, глядя на Дейва. У меня возникло ощущение, что этот здоровяк ведет меня по желтой мощеной дороге собственного дизайна. У него явно что-то на уме, иначе зачем с такой готовностью делиться со мной подробностями личной жизни Сиенны?
– Да. Ее многие пытаются использовать для своей выгоды. У Сиенны нет никого, кому она могла бы доверять.
– А сестра как же? – не сдержался я, хотя это не мое дело.
Дейв пожал плечами:
– Марта, как и агентша Сиенны, прежде всего думает о ее карьере. Карьера и правда идет в гору, однако сам видишь, какой ценой. Жизнь человека не должна состоять только из работы, согласен?
Я задумчиво кивнул, но счел нужным заметить:
– Может, она считает иначе. Может, сейчас ее интересует только работа?
– Нет, – фыркнул Дейв, – это не про Сиенну. Она ищет надежного человека, партнера, которого заботило бы ее благополучие и счастье, а не только состояние ее карьеры.
Я ничего не ответил, стиснув зубы. Сказанное Дейвом повисло в воздухе. Мне нечего было добавить, потому что это не мое дело.
Сиенна – не мое дело.
Даже если бы я хотел все изменить, чтобы она стала «моим делом».
Она – не твоя забота, приятель.
Как говорила моя мама, нет смысла покупать седло для лошади, которая не хочет, чтобы на ней ездили верхом.
* * *
По понедельникам Бо и Хэнк часто брали выходной, то есть утром рыбачили на озере Скай, а потом до вечера резались в видеоигры. В первый понедельник месяца я обычно составлял им компанию, и они из сочувствия ко мне сокращали вылазку на природу, чтобы мне не опаздывать на работу.
Но хотя сегодня начало первой недели месяца, я едва не пропустил рыбалку.
Я думал только о Сиенне.
Это уже стало привычным, но на неделе обещали похолодание, а я знал от Дейва, что у Сиенны в трейлере не очень много одеял.
После нашего с Дейвом спонтанного общения он теперь сам ко мне подходил и рассказывал о Сиенне. Оказалось, она любит читать «Нью-Йоркер», но Дейв никак не мог добиться, чтобы еженедельник подвозили на съемочную площадку, а доставка к дому Хэнка постоянно терялась. Я заказал все номера за два месяца и договорился на почте, чтобы свежие журналы привозили мне домой.
Передавая Дейву журнал с вырезанным адресом, я напомнил, что Сиенне не обязательно знать, откуда взялся «Нью-Йоркер».
В прошлую пятницу Дейв проговорился, что Сиенна обожает китайскую кухню, но они не смогли найти приличного ресторана ближе Ноксвилла. Я попросил своего приятеля-сослуживца (он и его жена родом из Китая) что-нибудь приготовить, а мы с Дейвом переложили еду в картонные контейнеры, скрывая, что она домашняя. И снова я попросил не палить меня и китайцев.
По утрам Сиенне теперь доставляли кофе из заведения Дейзи: Дейв уверял, что этот кофе ей больше по вкусу, чем приготовленный дома.
Вчера он сказал, что два других телохранителя перерыли дом Хэнка сверху донизу, но нашли только те одеяла, что на кроватях. Сиенна не хотела, чтобы им пришлось еще и одеяла возить на съемки и обратно. Ассистенты продюсера одеял подвезли-таки, но синтетических, кусачих, у Тима от них аллергия. Дейв спрашивал, отправлять ли Тима в Ноксвилл купить одеял или можно одолжить несколько штук у меня.
Поэтому я думал только о Сиенне. Мне нужно было заехать домой, собрать наш запас одеял и отвезти на съемочную площадку до похолодания.
– Чего притих, Джет?
Я взглянул на Хэнка с заднего сиденья и снова отвернулся к окну.
– Наверное, нечего сказать.
– Давно с Клэр виделся? – обернулся ко мне Бо.
– Вчера. Я заезжаю к ней по воскресеньям, но ты это знаешь.
– Она будет петь у Клета?
– Не знаю. – Мысленно я составлял перечень дел, чтобы не терять дома ни минуты. Клет сочтет меня балластом, если из-за меня опоздает на площадку.
– А вот… – начал Хэнк, кашлянул и договорил: – Сиенну ты давно видел?
Я встретился с ним взглядом в зеркале заднего вида, сохраняя невозмутимое выражение лица.
– Давно.
Бо и Хэнк переглянулись. Я снова уставился в окно.
– Я ей звонил, но она вроде очень занята, – не сдавался Хэнк. Озеро Скай осталось позади, но он, похоже, не терял надежды выудить что-нибудь еще.
– Все может быть, – пожал я плечами.
Сиенна действительно была занята по горло. Дейв рассказывал, что у нее вообще нет свободного времени: она то пишет сценарий, то снимается и окончательно перестала высыпаться. По-моему, Дейв считал себя обязанным ежедневно отчитываться мне о делах Сиенны. Для меня это была большая и незаслуженная честь, но я все же беспокоился, что она не высыпается.
Поэтому я добавил банку специальной успокаивающей чайной смеси моей мамы к списку того, что нужно привезти на площадку.
Хэнк, сердито засопев, свернул к нашему дому. Едва он остановился, я, не дожидаясь, пока заглохнет мотор, выскочил из машины и побежал к крыльцу.
