Сегодня его позвали быть тренировочным партнером Председателю группы управления клубами Дзюмондзи Катсуто. Конечно, это не было один на один. Это был учебный бой десять на одного, и Микихико был одним из десяти.
Хотя он и не думал, что тренировочный бой будет всего лишь один, но не возлагал больших надежд. Микихико не был связан с Десятью Главными Кланами и не был учеником первого потока, потому во время Турнира девяти школ сила Катсуто оставила на нем глубокий след. Даже во время тренировочного боя шанс бросить вызов такому сильному оппоненту не был чем-то, что можно просто попросить. На этот раз у него была ценная возможность испытать, насколько Катсуто на самом деле силен. Точно так же у него было невероятное желание изучить, как в тренировочном бою сражаются пользователи современной магии.
Как Микихико и надеялся, тренировочных боев было пять. Он также проиграл Катсуто пять раз. Неровно дыша и упав на землю (может, он свалился с ног?), он был полностью удовлетворен тем, как использовал своё время. Поскольку они начали вскоре после того, как прошла половина субботних уроков, к тому времени, как он закончил быть тренировочным оппонентом Катсуто, уже было четыре часа дня. Чтобы во время тренировки позорно не стошнило, он лишь немного поел во время обеда, до такой степени, что желудок уже плакал. Он посмотрел на заходящее солнце и подумал «хорошо, пойдем», затем встал, лишь чтобы внезапно услышать приказ «остановить подготовку».
Поскольку на время Конкурса Катсуто был главнокомандующим всего персонала безопасности девяти школ, вместо него Саваки отвечал за руководство безопасностью Первой школы. Именно он дал предыдущий сигнал. Машинально Микихико поднялся и был быстро усмирён силой личности Саваки (скорее, потрясён), его тут же затянули в совместную тренировку в качестве злоумышленника. Час спустя, хотя команда безопасности продолжила тренироваться, учеников первого года, которых позвали оппонентами, пощадили (ученикам второго года не было позволено уйти).
Сменив грязную тренировочную форму на школьную форму, Микихико пошел ко второму спортзалу (известному как командный центр), где команда безопасности тренировалась. На первый взгляд помогал он, но на самом деле Микихико от этого получил больше опыта, что естественно с его стороны требовало некоторую благодарность. Поскольку он не хотел прерывать их текущую тренировку, то хотел лишь один раз поклониться и затем уйти.
— Йошида-кун, тебе тоже следует поесть вместе со всеми!
Микихико снова последовал за Саваки, лишь чтобы встретиться с лидером команды поддержки. Какой ужасный выбор времени, подумал Микихико. Сейчас в командном центре в основном остались ученики второго года. Было несколько учеников первого года, выбранных как часть отряда безопасности, но, к сожалению, большинство из них он сегодня встретил впервые. На самом деле время он выбрал идеально, поскольку сейчас был голоден. Однако завтрак с этими людьми превратит пищу во рту в пепел, подумал Микихико.
К сожалению, всё же следует отказать, подумал Микихико. И как только об этом подумал, то почувствовал на себе странный взгляд, заполненный тревогой и расслабленной надеждой. Обычно «надежда» и «тревога» противоположны друг другу, но в этом взгляде точно было «расслабляющее» чувство. Весьма обеспокоенный этим, Микихико не мог не последовать за взглядом. Когда их глаза встретились, в его поле зрения попало знакомое (конечно) лицо девушки.
На удивление Микихико, Мизуки быстро повернулась к нему лицом и тепло улыбнулась.
Благодаря Мизуки, сейчас у Микихико не было никакого оправдания для побега (что, наверное, было верно, какое б оправдание он ни вертел), так что ему оставалось лишь сесть во внешнем кругу парней.
Похоже, это было последним местом, куда принесли еду. Молодые девушки из команды поддержки чопорно сидели с бутербродами в руках и бэнто на коленях (там были бутерброды и рисовые шарики с мясом для парней). Наверное, они жалели холостяков из команды безопасности, взгляды которых полнились надеждой, доказательством чего было то, что ученицы раздавали полотенца и разливали чай, прежде чем сесть на матах в спортзале.
К тому времени как Микихико сел, команда поддержки уже практически выполнила свой долг. Насильно призванный, Микихико тоже сел на мат, но воспитание тут же побудило его сесть ровно, прежде чем принять коробку бэнто от молодой девушки, севшей прямо напротив. Не было необходимости узнавать эту молодую девушку, так как он следил за ней краем глаза всякий раз, когда была возможность.
— Спасибо, Шибата-сан, — формально ответил Микихико, у Мизуки заполнилось смущением лицо.
Хотя многие старшеклассники (в основном девушки) незаметно засмеялись такой сцене, никто не был достаточно груб, чтобы и впрямь их потревожить. Ученики широко известной Первой школы были выше этого. Как бы они смогли стать свидетелями такой веселой сцены, если бы кто-то открыто засмеялся?
Мизуки и Микихико не знали о таких очевидных мыслях окружающих. У них не было свободного времени, чтобы заметить. Хотя она загодя решила сесть рядом с ним, даже если они были одноклассниками, у Мизуки не было достаточно смелости, чтобы завязать разговор с парнем, когда вокруг так много старшеклассников. С другой стороны, в семье Микихико было много женщин, изучающих стиль (в этом система Синто и древняя магия были одинаковы), поэтому завязать разговор с девушкой он хоть и был способен, но полностью покрасневшая и смущенная Мизуки заставила его быть чрезмерно застенчивым и не в состоянии заговорить на какую-либо тему.
Вследствие чего в глазах невинных наблюдателей это был горько-сладкий дух «первой любви». Не только молодые девушки поддерживали их теплыми взглядами, даже парни, ориентированные на бой, не имевшие никакой связи с романтикой, заметили особое настроение между Микихико и Мизуки. Когда Мизуки наливала чай Микихико, то отчаянно убирала руки, когда их пальцы случайно касались. Когда происходило такое театральное действо, обычно зарезервированное для тайных встреч на мосту, от наблюдателей чувствовался поток молчаливых намерений убийства и приветствия.
До сих пор этот невежественный дуэт не имел понятия, что является развлечением для ужина, но они подозревали что «что-то выглядит не так (неужто)?». Они обладали такой чувствительностью, что им становилось неудобнее среди этих взглядов, которые они неосознанно породили, особенно Мизуки. Её беспокойный вид становился всё более и более очевидным. Наконец она сказала что-то расплывчатое между строк «ах, я, ух» и неуверенно поднялась... вернее, попыталась подняться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
