“До тех пор, пока мы не поймаем эту стерву, пусть девчонка посидит взаперти!”
Уже прошло три дня с тех пор, как Киана впала в беспамятство. За это время я не отходил от нее ни на шаг.
Слуги приносили еду, но мне кусок не лез в горло. Поддерживая нашего малыша, я старался контролировать каждый удар его сердца.
Если бы не Аэрон, взявший на себя поиски виновных, мы бы не продвинулись так далеко.
А сейчас, отправив лекарей к матери предавшей нас служанки, обдумывали, как действовать дальше.
Нам следовало схватить Мираду на горячем, поэтому мы не спешили, используя демонические тени, которые следили за каждым ее шагом.
Одновременно с этим мы не останавливали строительство дворца.
Я даже думать не желал, что Киана отдаст богам душу.
“Нет! Наша малышка сейчас наберется сил и справится с этой отравой, возвращаясь к нам! Да, именно так и будет!”
Утром нам сообщили, что большая часть работ уже позади, а значит до заселения в новый дом оставалось совсем немного.
Мое сердце разрывалось на части. Днем и ночью я молил богов о здоровье любимых. Вот только высшие оставались безмолвными перед моими криками о помощи.
Так и мать, почти не покидая нашу спальню, сидела в кресле у кровати и молча вязала странный костюмчик желтого-черного цвета. Но я не лез. Она отвлекалась от боли как могла и, тем не менее, я видел, как по бледным щекам дракайны текут неиссякаемые слезы.
В очередной раз поглаживая холодную кожу истинной, я заговорил:
— Любимая, я очень надеюсь, что ты меня слышишь, — коснувшись губами ее виска, прикрыл глаза, вдыхая самый любимый аромат дикого крыжовника. — Ты должна проснуться! Мы ждем тебя! Все вместе ждем! Ты наша жизнь, наша судьба, наше сердце! Аэрон вон уже почти детскую оформил, — выпалил я порцию безобидного вранья. Я знал, что наша Киана захотела бы контролировать этот процесс, и наивно понадеялся, что это вызовет реакцию, но когда услышал более отчетливый трепет сердца, забыл, как дышать. — Ее сердцебиение участилось, — не веря собственному счастью, ахнул я. — Ар, послушай!
— Говори! — взмолился демон, прижимаясь к девушке с другого бока и целуя холодную кожу. — Говори еще, не останавливайся! Она слышит нас! Слышит, Дар!!!
В пылу отчаяния я плохо помню что говорил, задыхался, заикался, безумно боясь, что ее сердцебиение вновь утихнет.
К нам подсела мама, рассказывая, какой костюмчик связала для нашего малыша. Этот наряд был нелепым, но мне было все равно! Если Киана очнется, я был готов сам нарядиться пчелкой!
Голос дрожал, мне с трудом удавалось держать себя в руках…
Но вот, тонкие веки девушки задрожали, и резкий жадный вздох заполнил гнетущую тишину комнаты. Чарующие зеленые глаза распахнулись, пытаясь сконцентрировать зрение.
Эмоции, что нахлынули на меня в тот момент, невозможно было передать словами. У меня дрожали руки, а на глазах выступили слезы. И я не стыдился их!
— Живая! — прошептали одновременно с Аэроном, заключая в крепкие объятия растерянную девушку.
— Боги, поверить не могу! Девочка моя! Любимая моя! — шептал я, нервно целуя теплеющую кожу.
— Осторожно, раздавите! — хрипло засмеялась Киана, на мгновение отстраняясь и смотря на нас двоих.
— Дочка! Милая! — тихо заплакала мать, целуя девушку в лоб.
Как и я, Аэрон не мог прийти в себя, прижимая хрупкое тело нашей пары, скользя по нему руками и наслаждаясь ритмичным боем ее сердца
— Хвала богам! Ты снова с нами! — срывающимся от эмоций голосом прошептал демон.
— Не думаю, что это заслуга богов, — задумчиво мурлыкнула девушка, с любовью поглаживая свой еще плоский животик.
— В каком смысле? — замерли мы, не понимая о чем она говорит.
— Я слышала ваши слова… Но ничего не могла сделать. Моих сил не хватало… Но потом… Я не совсем уверена… — замялась она. — Кажется меня спас наш сын…
— Сын? — эхом повторил Аэрон.
— Именно… Не спрашивайте, откуда знаю… я просто почувствовала…
Не представляю, сколько времени мы провели обнимая нашу пару и благодаря судьбу, что подарила нам второй шанс. Лишь когда Киана провалилась в глубокий сон, измученная болью, которая несколько дней не покидала ее тело, мы сосредоточились на Мираде.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Время истекало и следовало как можно быстрее поймать демоницу.
Оставив любимую с мамой, мы запечатали дверь спальни и направились к кабинету, обдумывая дальнейший план.
— Дарекс, нам нужен глашатай или тот, кто сможет говорить от нашего имени. Срочно! — задумчиво произнес Аэрон, смотря в окно моего кабинета
— Что ты задумал? — сощурил я глаза, смотря на демона, но ответа так и не получил.
Уже спустя десять минут перед нами стоял советник.
Наблюдая обеспокоенность на лице дракона, прекрасно понимал о чем он думает. Мужчина сожалел о нашей утрате, а мы не спешили рассеивать ошибочное предположение.
— Дикстер! — позвал демон советника. — Леди Киана сегодня скончалась! Думаю, пришло время сообщить об этом народу. Прошу тебя заняться лично.
От слов Аэрона я содрогнулся, не понимая, что он затеял. Эти страшные слова набатом звучали в моей голове и я безумно боялся, что они сбудутся.
— Ваши величества, сожалею о вашей утрате, — склонил голову дракон. — Я непременно всем займусь.
— Будь добр! — кивнул Аэрон, вновь отворачиваясь к окну.
Стоило советнику покинуть кабинет, и я подскочил с кресла.
— И что это было?! Как у тебя язык повернулся?! — зарычал я, теряя последние крупицы самообладания.
— Эта тварь так и будет сидеть в норе, пока не дождется желаемого! — голос демона обещал все муки ада той, которая так жестоко обошлась с нашей парой.
И вот сейчас, находясь в небольшом домике все еще страдающей от яда матери дракайны, мы ожидали появления Мирады.
Молодая служанка пошла нам навстречу, явившись в покои демоницы. Она умоляла ее отдать противоядие, ведь весть о смерти Кианы разнеслась на большое расстояние.
Аэрон
Пока я устроился в кресле рядом со страдающей женщиной, Дарекс вышел на улицу, чтобы в нужный момент отрезать Мираде путь к отступлению.
Время близилось к полуночи, солнце уже давно скрылось за горизонтом. Обеспокоенная дракайна не могла найти себе места, заламывая пальцы и смотря на обездвиженную мать.
Девушка не решалась поднять на меня взгляд. То, что она сотворила, невозможно было простить, но я не планировал ее наказывать. Впрочем, мы с Дарексом уже решили, какое будущее будет уготовано ей и ее матери.
Дверь без стука открылась, являя самодовольную девушку.
Со входа меня не было видно. Сидя за стеной, слушал, как служанка встречает тварь, что без зазрения совести играла столькими жизнями.
— Вы пришли! Спасибо, леди Мирада! Пожалуйста, поспешите, маме очень нужно противоядие! — взмолилась девушка.
— Не смей меня торопить! Я дам его тогда, когда сама посчитаю нужным, — усмехнулась демоница. — Впрочем, ты молодец. Так хладнокровно расправилась с этой подстилкой! Она сама виновата, Аэрон только мой! Любая дрянь, что попытается занять трон подле него поплатится за это! Я вот подумала, может мне не отпускать тебя? Ты довольно смышленая…
— Леди, пожалуйста, спасите мою маму! Я сделала все, как вы сказали! — срываясь на плач попросила дракайна.
— Может и сделала. Знаешь, у меня будет еще одно задание для тебя…
Я слышал, как сердцебиение девушки участилось, мучительные всхлипы стали чаще, а дыхание сорвалось на хрип.
— Да, точно! Так и поступим. Зачем мне искать кого-то другого, если ты такая умничка? Вот это зелье, ты должна подлить его в питье правителя демонов, — решительно заключила демоница.
— Что?! Отравить правителя? — находясь в предобморочном состоянии, спросила служанка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Да нет же! Это просто очень сильное любовное зелье… Никакого вреда для его величества…
Не выдержав наглости этой гадины, поднялся с кресла и вышел из своего укрытия.
— Не стесняйся, Мирада. Можешь дать мне его в руки, я так выпью! — рыкнул я, в мгновение ока обретая истинную ипостась.
