примерили понравившиеся им обручальные кольца. Когда Пётр расплачивался за дорогую покупку по именной банковской карте, Катя удивлённо покачала головой и со смущённой улыбкой заметила:
– А мой жених и работодатель не из бедняков, а из состоятельных джентльменов…
– Возможно, милая… Иногда деньги не зло, а даже благо для свершения браков, которые по определения заключаются благодаря божественным случаям на небесах…
– О случае ты специально напомнил мне?
– Нет, Катюш, под кураж и хорошее настроение от того, что веером на глазах твоей бабушки мы обменяемся обручальными кольцами обручников… Раз надо, так надо…
– Я тоже повторю, если моё присутствие в суде и мои свидетельские показания по поводу того видео необходимо: надо так надо…
Когда Катя убежала по своим университетским делам, в преддверии скорой защиты, Пётр, нащупав в кармане две драгоценные коробочки с кольцами, неожиданно вспомнил, как он договаривался с Володей о его прилёте на праздничный ужин по поводу защиты Кати и их «официальной» помолвки. «Можно, Пётр я приеду на твою помолвку со своей невестой, такой же обручницей, как и твоя Катя?» Пётр долго не отвечал, сжимая судорожно особый смартфон с защищённой линией коммуникации. Володя настаивал: «Ты что-то подозреваешь, что-то нехорошее предчувствуешь? Ответь, старый, не томи». – «Приезжай один, Володя, так надо, – произнёс он, стараясь не пугать друга недосказанностью, – ещё раз поверь мне, так надо». – «Хорошо: надо, так надо».
23. Защита Кати и праздничный ужин
Конечно, Катя защитила диплом в университете на «отлично». Об этом она радостно сообщила ему, как и было уговорено ранее по старому «незащищённому» смартфону:
– Пьём шампанское, а не газировку. Встретил своего Володю в аэропорте?
– Встретил. Сейчас на рынке покупаем тебе роскошные букеты цветов, чтобы ими сразить и невесту, и её бабушку… Что ещё надо купить к столу?..
– Ничего, конечно, всё есть. Но я должна тебя предупредить, что со мной на праздничный ужин увязались мои университетские подруги, в том числе и изменщица Анжела… Понимаешь? – со значением произнесла свой вопрос Катя. – Им нельзя было отказать, как я им тактично не намекала, что будет мой жених со своим армейским другом…
– Ну и хорошо… Только… – Пётр хотел сказать, что Володя такой же обручник, как и он, но почему-то вдруг решил не распространяться на эту скользкую тему. – Скоро приедем… Володя настаивает на покупке в честь твоей защиты дорогущего алкоголя…
– Ты не понял, Пётр, одна некогда лучшая моя подруга Анжелка хочет со мной замириться… Эта та, из-за которой ты напилась и побежала на ту дискотеку, где мы с тобой случайно познакомились?..
– Именно та, которая отбила у меня парня… Ну, того козла в моей прошлой жизни…
– И что она собирается припереться к тебе на праздничный ужин с козлом?..
– Нет, ты что…
– У них по-прежнему роман с козлом?..
– Вот это мне уже совсем не интересно знать… Просто она напросилась… Они ведь вчера защитились… И ко мне пришли на защиту, говорят болели за меня… Вот и разжалобили… Пришлось простить временно свою университетскую подругу, сволочную Анжелку, изменившую мне с моим козлом – но это всё в пошлой жизни, понимаешь…
– Как не понять… Ещё один нелепый случай выпадает – познакомиться с девушкой козла… Только сдаётся мне, она не просто так случайно напросилась к тебе на праздничный ужин…
– Но сейчас, милый, поздно давать отбой…
– Случай есть случай… В этом есть божий промысел, как говорят знающие толк в этом умные люди, праведники…
– Я в этом мало что понимаю… Не разбираюсь, честно говоря, из-за чисто атеистического воспитания родителями, бабушкой…
– Только у меня есть одно условие…
– Какое, милый?
– Чтобы до начала пиршества, в комнате бабушки Анны Тимофеевны под гитарой, которая с нашей мысленной помощью играла «Кокаинетку», мы обменяемся с тобой обручальными кольцами…
– Почему?..
– Потому что это признак нашего мысленного всесилия, а не бездарного бессилия в споре с тьмой, которую мы вместе всегда сможем оспорить, если понадобится…
– Хорошо, Пётр, я предупрежу обо всём бабушку…
Они с Володей с букетами вошли в эту хорошо знакомую ему квартиру бабушки Анны Тимофеевны, в которой он не был больше ни разу, после мистического посещения её три месяца назад, где они впервые с Катей наставляли рога её упырю-козлу и заставляли силой мысли играть на гитаре «Кокаинетку». В руках Володи была упаковка с бутылкой коллекционного шампанского «Новый Свет Брют» и бутылка такого же коллекционного коньяка «Хеннесси». Пётр представил Володю бабушке, на университетских девиц, подруг Кати ноль внимания, пустил в Катину комнату с накрытым столом друга выполнять свой номер балагура и дамского угодника.
А бабушку Пётр, сопровождаемый Катей, осторожно повёл в её комнату со знаменитой на стене семиструнной гитарой, играющей иногда песенку Вертинского из кинофильма «Морфий» – «Кокаинетку». Подведя к стене достал из кармана драгоценные коробочки с обручальными кольцами и тихо сказал:
– Анна Тимофеевна, мы с Катей хотим получить ваше благословение… Мы сегодня примерили эти обручальные кольца, они подходят нам… Катя выбрала меня, я выбрал Катю… Так надо…
– Надо, так надо, – промолвила в ответе бабушка-судья Анна Тимофеевна, – благословляю вас, дети мои, обменяйтесь обручальными кольцами, обручники.
Пётр надел на тонкий палец женское золотое колечко. Катя надела на палец Петра мужское золотое кольцо.
– Почему так срочно кольца золотые носить, а не после регистрации в ЗАГСе, – спросила ошарашенная обменом колец бабушка Анна Тимофеевна.
– Чтобы нам с Катюшей дожить вместе до золотой свадьбы, – серьёзно откликнулся на вопрос бабушки покрасневший Пётр, с момента обручения. И ещё потому, что я могу повести Катю под венец только через год после смерти моей мамы и бабушки…
– Знаю, – сухо сказала Анна Тимофеевна, – они погибли в один и тот же день. Но срок испытания для жениха и невесты слишком большой. Даже Наташа Ростова не выдержала, изменила жениху Андрею Болконского с Анатолем Курагиным…
– Чуть-чуть не изменила, – поправила аккуратно бабушку внучка, – не было физической измены.
– Чуть-чуть тоже засчитывается на божьем суде, внучка… Брак-то распался, не начавшись… Как после такого нелепого жуткого случая с Наташей, влюбившегося во время разлуки с Андреем в балбеса Анатоля, не разувериться, но поверить в то, что в следующий раз распознаю волю божью и не ошибусь…
– Но ведь брак Наташи с Пьером оказался счастливым, многодетным, кстати… – вспыхнула Катя. – Как ни крути, счастливым…
– Ой, ли, – тяжко вздохнула Анна Тимофеевна. – Я только под старость поняла законы и промыслы божьи. Вот вам наказ мой, дети мои: «Несите супружеские тяготы друг друга – пусть через год ваших испытаний, раз так надо – и так исполните промысел Христа
