Читаем без скачивания Революция чувств - Зоя Кураре

В это благостное утро Наташка Благова хотела почувствовать угрызения совести, но она смотрела на себя похорошевшую в зеркало и ничего не чувствовала. Ничего, как ни крути головой. Голова в порядке, прическа к лицу. Она, как и Женька молодая, красивая женщина. Она тоже хочет любви, тепла, семейного счастья, праздников, цветов, подарков, смеха и улыбок. Полноценного секса, а не два раза в месяц, когда Громову под разными предлогами удавалось вырваться из дома. Ситуация рано или поздно должна разрешиться.

Если Сашка Громов остается с Женькой, тогда мне нужно подумать о себе, я молодая, подумала Благова, нанося на лицо остатки боевой раскраски из тонального крема, водостойкой туши, светлых теней для век и, нескромной, яркой малиновой помады.

– Крысавица! Ох, замуж девке хочется, – прокомментировала вслух Наташка свое теперешнее положение.

Сегодня она проснулась в собственной квартире одна, дочка и сын у родителей. Спасибо старикам за помощь, они как никто другой понимают, как их дочке сейчас тяжело.

Наташка, не торопясь, сделала два бутерброда с маслом и любимым копченым сыром, пока коварный напиток творческих людей не закипел от переполнявших это раннее утро женских чувств и сокровенных мыслей. Как хорошо! Спокойно, тихо. Благодать. Никто не кричит, не требует внимания. Чудно. Удивительный миг одинокого блаженства неожиданно нарушен пронзительным криком старого попугая, который время от времени напоминал домочадцам, что он еще жив.

– Кеша, ну что еще? Я тебя сегодня уже кормила, – прервав таинство приготовления завтрака, сказала Благова, а про себя подумала, – скорее бы ты издох.

Попугая завела старшая дочь, Наташка с крылатым квартирантом в душе не смирилась. Она любила театр, живопись, телевидение, но не птичек, кошек и собак. Кеша это чувствовал, и каждый раз, завидев Наташку, рвал перья, кричал, истерически мотал головой. Эту взаимную нелюбовь матери семейства и обитателя круглой клетки в полной мере компенсировали дети, для которых пушистый кабысдох являлся объектом постоянного внимания и беззаветной любви.

– Значит, не любишь меня, не любишь, – ругался на птичьем языке Кеша и продолжал рвать на себе выцветшие от старости голубые перья.

Жалкое зрелище, местами на теле попугая отсутствовала растительность. Тщедушное тельце птички выглядело крайне непрезентабельно, как синяя, испортившаяся в супермаркете курица, которую уксусом не реанимировать.

Господи, сколько от тебя шума, подумала Благова и накрыла клетку кухонным полотенцем. Кеша замолчал, что такое просидеть целый день под покровом кухонного полотенца, от которого пахло селедкой, луком и чесноком одновременно, он знал не понаслышке.

– Руки нужно мыть тщательней, а потом вытирать их полотенцем. Фу, как воняет, – вырвался жалкий, нравоучительный крик Кеши. Как на его смелый протест прореагировала хозяйка, он не видел, так как ему бесцеремонно корчили рожицы дешевые лютики, симметрично украшавшие края бездушного льняного кухонного полотенца.

Кофе готов. Благова откусила бутерброд и от удовольствия зажмурила глаза. Вот так, подумала она, крутишься, суетишься, прыгаешь с ветки на ветку всю жизнь, как Кеша в тесной клетке, будто в телевизоре, а потом кто-то приходит, бац, накрывает тебя полотенцем, нет эфира и мир – разрушается. Ты старый, больной, никому не нужный. Жил, пил, ел, смеялся, плакал, болел, и вот – нет тебя. Нужно жить, пока ты молод, пока перья не пожелтели, пока хочется любить, творить, чувствовать. Благова смилостивилась, она убрала полотенце с клетки, живи пичуга, смотри на мир, радуйся. Кеша молчал. Он нахохлился, показывая своим видом, что обижен.

– Ну, наконец-то, тишина, – вслух сказала Наташка Благова и рассмеялась, нарушая благодатную тишину.

Живительный глоток кофе, еще один. Хорошо! Собственно, ничего хорошего. В дверь позвонили. Звонили настойчиво. Кто это?

Благова не успела стереть с лица раздражение, она нервно дергала ручку двери, замок подчинился. Открыто. В проеме входной двери стоял он. Небритый, неглаженный, голодный, злой, с двумя чемоданами.

– Выгнали? – прямо спросила Наташка Благова.

– Нет. Сам ушел. Навсегда к сыну. Кофе есть? Не вздумай выгонять, я все равно не уйду. Чемоданы куда поставить?

Благова рукой указала на комнату. Он понял, теперь это и его дом. Александр Громов сначала пошел в ванную, быстро принял душ, а затем по-хозяйски принялся завтракать. Трапезничали молча. Кеша тоже молчал, он сразу понял, в дом пришел серьезный мужик. «Этот хуйдожник, – подумал попугай, – полотенцем накрывать не станет, если что не так, выбросит в форточку, как использованный окурок». Сермяжная правда жизни, пару минут назад льняное полотенце в лютиках казалось Кеше концом птичьего века, а сейчас угроза оказаться в стае бездомных воробьев грозила реализоваться в любую минуту.

«Мог же я онеметь от старости!» – придумал реальный сценарий проживания на одних квадратных метрах с непредсказуемым художником потрепанный жизнью попугай. «Буду молчать», – решил Кеша. Старый попугай хорошо знал свой характер, поэтому на всякий случай шустро подскочил к поилке и набрал полный клюв воды. Так надежней.

– Хорошо у тебя, тихо, – сказал Александр Громов, допивая кофе.

– Ага, тихо, – ответила Наташка Благова и озабочено глянула на попугая. Кеша полоскал полость клюва и считал 526, 527, 528…

– Я думал, тебя не застану, думал, ты убежала на работу. Комисар окончательно сошла с ума, домой ночевать не пришла. Работает по ночам! – откровенничал Сашка.

– А я тебя ждала. Всегда ждала. Не понимаю, как ты решился от Женьки уйти?

– А что тут решать, представляешь, Комисар прилетела, как мегера, под утро, всю квартиру перевернула верх дном ищет флешку. Я ее, кстати, у тебя забыл, эту проклятую флешку. Кричит, истерику закатила, – Громов нервно закурил.

– Флешку, так ее дочка забрала, ей она нужна для реферата в институт. Обещала возвратить, вот поросенок, вот дети, вот поколение, ничего не помнят, – Благова взяла мобильный телефон и позвонила дочери.

Информация, полученная от старшей дочери, ее не обрадовала.

– Представляешь, флешки у нее нет. Она позавчера виделась с отцом в кафе и тот случайно ее захватил. Так вышло. Наверное, подумал, что это его.

– Получается, флешка попала к Ковбасюку! Они – политические оппоненты, враги. Понятно, почему Комисар все утро меня уничтожала.

Я не выдержал, это стало последней каплей, терпение лопнуло. У Женьки на первом месте работа, а потом семья, – расстроился Сашка Громов.

– Слушай, мне на работу пора, время. Да, нехорошо получилось. Вот жирная крыса! Может, бывший муж специально флешку взял, когда узнал, кому она принадлежит. Ой, я уже опаздываю… Пора, пора, – засуетилась Благова.

– А где наши дети?

– У родителей, вечером приедут, Сашка обрадуется, когда узнает, что ты с нами живешь, – улыбнулась Наташка, ей стало приятно, что Громов сказал «наши дети». Старшая дочь у нее от первого брака. Об этом вспоминать не хотелось. Ковбасюк – это нагативное прошлое по форме и по содержанию, напоминающее картину Малевича «Черный квадрат».

– Может, пора сказать сыну, что я его отец. Не крестный, а настоящий, родной отец?

– Скажем, обязательно скажем.

Маленькая флешка, так дорого стоит и способна так круто изменить жизнь творческих людей города Задорожья.

Неодушевленные предметы, атрибут нашей жизни, малозначимое обрамление. Так, пустяк, пыль на сбитой набойке каблука. Ошибка. Тайна высших сил. Все взаимосвязано. Все процессы и события находится в системе информационных координат. Нет ничего случайного, каждый пустяк это знак, символ. И только избранным предоставляется уникальная возможность считывать знаки. Двигаться по жизненному пути, имея в руках карту желаний. Один телефонный звонок, задержавший вас в пути, может спасти вам жизнь. Вы опоздали на тридцать секунд к месту встречи, зато не попали в ДТП. Вы помогли слепой старушке выйти из метро, потратив на это семь минут личного времени, взамен не стали жертвой террористического акта. Ваша собака любила, чтобы ее гладили по холке, она постоянно задерживала мужа у входной двери квартиры. Вы беспричинно сердились. Кричали на домашнего любимца. Хозяин опаздывает на работу! Напрасно. Благодаря безвозвратно утерянному времени, ваш муж виртуозно разминулся с женщиной, которая могла навсегда увести его из семьи. Как вписаться в систему житейских координат, как стать органичным, как выжить, как научиться считывать знаки судьбы, как научиться любить мух, тараканов, глистов, грязь, начальников, страну? Любить несовершенную окружающую среду, которая есть, которая существует вне зависимости от нас и наших знаний о ней. Система. Живая и неживая, как одна целостная материя, в которой каждый из нас – песчинка, капля, старый попугай, кошка, собака, неверный муж. Все связано между собой тонкими информационными нитями, потоками космической энергии. Каждый в непостижимо запутанной, сложной, квантовой системе координат получает то, что он заслуживает. Ты считываешь знаки судьбы, работаешь над ошибками, управляешь собственной жизнью, тебя ведут высшие силы мироздания. Ты живешь по их сценарию, по их правилам. За малейшее нарушение правил, за неточность, глупый поступок, за маленькую злую мысль, зародившуюся в твоей голове, последует наказание. Урок не пройден, экзамен не сдан. Все повторяется снова и снова и так бесконечно.