[2] Праматерь, «Которая есть начало» (хаоский). До явления Нешамах, этим титулом звали Тьму Предвечную, персонификацию сил разрушения, позднее, титул перешел к Нешамах, но так ее называли только более молодые Реш, Пробужденные продолжили звать Праматерью Тьму.
Глава 28. Пособие по единению. Аэль
Вот умеют же некоторые задавать правильные вопросы… Этот мистический дар почище любого другого может испортить жизнь окружающих. Да-да, все знаю — правильно заданный вопрос — это половина ответа, а меня вообще спросили, хочу ли я знать этот ответ?
Нет, это не истерика… ну может ее начало, но так или иначе, намного проще не задавать «правильные» вопросы, не нестись напролом на «свет» истинны. Чем плоха тьма? А еще лучше сумерки? Глаз не режет, и потеряться не грозит. Разве все горе не от ума (и да простится мне плагиат)? Я давно уже пришла к выводу, что все мои проблемы и общая неудовлетворенность жизнью, все это по причине излишних размышлений. И всегда завидовала идиотам — им настолько проще живется.
Наверное, поэтому я их и ненавижу.
А теперь спрашивается — зачем мне этот вопрос? И черт с ней, с тавтологией. Разве все самые подлые вопросы не начинаются с этого сакраментального «зачем»? Зачем жить, любить, умирать? В чем смысл всего этого?
В чем смысл моих телодвижений в Первозданном? Чего я хочу? Возродить Дом? Да, сперва для меня именно это имело значение — восстановить то, что было уничтожено не по праву, что было унижено и растоптано подлостью. В конце концов, просто наивное «пусть восторжествует справедливость», но чем больше воспоминаний возвращается вместе с Регалиями… тем меньше это кажется достойной причиной. Я уже поняла, что все было совсем не так, как о том рассказывают Созидающие, и даже не так, как думают те, что мнят себя «союзниками». Во всех событиях прошлого не двойное и даже не тройное дно…
«А ты думаешь, оно вообще есть?…»
Ты прав, Набиле’Тхач, дна может и не быть. Возможно, во всем вообще не было никакого смысла, все произошло просто так. В любом другом мире это звучало бы абсурдно, но в Первозданном… Хаос…
— …Любит парадоксы. Эта поговорка правдива, но знаешь ли ты ее смысл?
Похоже, пока я витала в мрачном облаке своих мыслей и сомнений, к нам присоединился третий член безумного триумвирата. Если Темный Брат был просто воплощением «сна разума» — абсурдный, нелепый, ужасающий, а его Светлый Брат прекрасным образцом всего возвышенного — легкий, красивый, мудрый, правда с хвостом, то Старший Брат… он просто был. Без налета безумия или почти чересчур сладкой красоты своих братьев, Амарнатх казался самым обычным человеком. Его выдавали только глаза — без зрачков, радужки или белка, на меня смотрели две черные бездны Тьмы Предвечной.
Так вот куда привели меня мои «хрустальные башмачки». Каким-то образом обе Регалии оказались на моих ножках, и теперь красовались эдаким напоминанием о битве, о Кхае, о… Потом, об этом я подумаю потом.
Сандалии. Или туфли, тапочки, кроссовки, в зависимости от пожелания владельца, да от текущего мира. В свое время целая группа артефакторов из Дома Мейн работала над ними, чтобы вложить частичку своих способностей. В отличие от наручей, у Сандалий Пути не было собственного сознания, впрочем, от них этого и не требовалось. Попав в Мир Моорнов, отведя смерть от Кхая, я провернула Колесо Судьбы, тем самым получила возможность переступить через предначертанное и исправить когда-то свершившееся, а Сандалии лишь вывели на самый краткий Путь. Путь… нет лучше не вспоминать Проводника, или… Кхая… Сердца на миг сбились с ритма и болезненно запнулись. Как я хочу утонуть в зеленой бездне, но…. Нет, не сейчас, потом. Лучше вернуться к реплике Амара.
— И в чем смысл поговорки?
— Если поймешь, то все твои проблемы станут пустышкой.
— Так как появятся гораздо более страшные?
Ну не смогла я удержать природный ежичизм.
— И это тоже.
Ну, прям целый слет, разной степени колючести.
— И ядовитости, ага.
Крылатые ядовитые ежики, ну и бред.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— На том и стоим.
Амара почти извиняясь, повел плечами.
— Мы действительно живем этим бредом, так что длительная экскурсия в Аит’Ле может незаметно перерасти в ПМЖ.
— Это тонкий намек на то, что пора начинать то, зачем я вообще здесь?
— Ага.
— А если я не хочу?
Амара склонил голову, задумчиво всматриваясь в мои все еще не очень трезвые глаза:
— Не хочешь нам помочь, или не хочешь вернуться в Первозданный?
Как бы так ответить, чтобы и правду, и не обидеть…
— Отвечай, как есть.
Чтоб их! Достало мыслечтение — зачем вообще что-то произносить, если они и так меня читают, как открытую книгу?
— Надеюсь это риторический вопрос?
Амара, ты меня задолбал, как пресловутый дятел. Вот откуда у ядовитых ежиков крылья растут — из клюва.
— Такой же риторический, как и твой — ты же знаешь, что я вам помогу без раздумий, если вы действительно этого хотите. Точно так же вы знаете, что я более не уверенна в том, что делаю и стоит ли возвращаться в Изначальный.
— Опять струсила?
Опять? Реплика Владыки упала камнем куда-то в самую глубину души. Струсила ли я тогда или действительно руководствовалась пресловутым «меньшим злом» и «высшим благом»? Оглядываясь назад, я все больше понимаю, что все не так однозначно и возможно, пока только возможно, все сделанное мной тогда не более чем попытка спрятаться, укрыться от осознания реальности.
Бху гадливо захихикал:
— Прогресс, ага. Почти готова признать свои ошибки.
— Отстань, порождение похмельного разума.
— Заметь, твоего разума, ага.
Вот умеет же он вякнуть. Сказал, как кувалдой про меж глаз врезал — что не реплика, то откровение Созидающих.
— В Бездну Коф!
О, ангел не переносит упоминания своих врагов? А как же всепрощение, милость и всепоглощающая доброта?
— Туда же.
Понятно. Братья изрядно устали от навязанной роли: разделенные, кристаллизованные грани души некогда единого стремятся избавиться от искусственности и вновь обрести целостность. Странно видеть такое проявление Порядка, в том, что, казалось, воплощает саму суть его противоположности.
— А ты уверенна, что правильно оценила полюса?
Бездна. Амара прав.
— Во-во, сама же подумала «кристаллизованные», то есть упорядоченные грани души.
— Разжевывать не надо, уже догадалась.
— Но все же будешь рефлексировать на тему «а стоит ли»?
Буду. Потому что у всего есть место в этом мире и не всегда «исправление несправедливости» приводят к правильному и нужному.
— А может ты еще спросишь, чего мы хотим? Или ты, как и эти святоши считаешь, что все наши желания вторичны, а Его воля первична?
Нет, я так не считаю. Я знаю, что Он уважает наши желания, как никто другой, и мы истинно обладаем свободой воли. Впрочем, вот и решение.
— Амара, вот ты меня все лечишь, что я не права, что я ошибаюсь, что все мои беды от излишних и пустых раздумий, а скажи мне — почему вы еще не едины? Если вы действительно этого хотите? Вы, все вместе, такие же, как и я. И ваша воля, ваша единая воля, ваш общий неш[1] может почти безгранично творить в Его лоне. Вместо этого вы плодите кошмары и жалуетесь на то, что, мол, все про вас забыли, и никто вам не хочет помочь. Кто может вам помочь, если вы сами на это не способны? Амара, ответить не мне, ответь себе — что вам мешает?
Это правда. Почти все битвы мы проигрываем в своей голове еще даже не начав сражаться в реальности. Сколько раз мы даже не приступаем к задуманному, так как уверенны, что ничего не получится в силу тех или иных причин? Почему нельзя вылечить от зависимости? Да, пристрастие к любой вещи — алкоголю, табаку, человеку, обусловлена, в том числе, и созданной физиологической потребностью, но ведущую роль всегда играет разум. Невозможно бросить курить, если ты этого не хочешь, а с другой стороны, одного желания достаточно для этого и не нужны никакие костыли в виде пластырей, заменителей и прочего самообмана. Помня свою бытность человеком, я это точно знаю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
