Читаем без скачивания Всполохи настоящего волшебства - Владимир Мясоедов

— Ну самая интересная новость в том, что, оказывается, в замке барона живет вампир, — начал Ассасин.

— Это где? — уточнил я. — Что-то не припомню такого фортификационного сооружения поблизости. А пропустить его уж точно не мог, не дачный домик все же.

— Ну резиденция последнего местного феодала, — объяснил Артем. — Место, где до сих пор его наследники живут, получающие от магистрата какую-то там символическую плату и имеющие право добавлять к своему титулу гордую фразу «владельцы города Колона». Само строение обвалилось и было разобрано на камни еще лет сто назад, и теперь на его месте просто большой особняк с громадным садом практически в центре богатой части города. Но хоть замка-то нет, остались катакомбы, и именно в них, если верить легендам городского дна, прячется древний кровопийца, некогда и основавший дворянский род, ныне пришедший в упадок.

— Вранье полное, — решил Ярослав. — Во-первых, кровососа в таком месте нашли бы не маги, так церковники. Там храмов Отца Времен и семейных часовен понатыкано, как семечек в арбузе. А самая крупная из них — монастырь нашего старого знакомого Фоула. Да и более того, обитай тут настолько древний покойник, он бы прибрал потомков и власть к рукам, а потом бы не выпустил. А контролировать весь магистрат по причине его многочисленности ни одна подобная тварь не способна. Играть в серого кардинала на протяжении долгого промежутка времени невозможно по той же причине.

— Но рассказано было красочно, — возразил ему Артем. — Я аж почти поверил. Вторая по уровню интереса история — это наличие древнего храма морской богини в гавани, опустившегося на дно вместе со всеми своими неизмеримыми сокровищами. Кстати, а вы знали, что еще недавно, каких-то триста лет назад, она была вторым официальным божеством государства?

— Читали, — подтвердил я. — Тебе бы тоже не помешало. Но, боюсь, мы втроем отнюдь не единственные чародеи в портовом городе, умеющие долго находиться ниже уровня моря без акваланга. А потому оттуда могли вытащить не только все ценности, но даже и все кирпичи. Дорожки на дачах до сортира вымостить, например. Еще есть что-нибудь занимательное?

— Да так, — махнул рукой Ассасин. — Тихая война круга злых ведьм с ковеном поклоняющихся аж трем разным архидемонам чернокнижников, древний дракон, уснувший на ближайшей скале в прошлом тысячелетии, мельник-оборотень, сержант городской стражи, выгнанный из ледяного легиона сослуживцами. Байки, гроша ломаного не стоящие, короче. Но теперь есть шанс, что если кто-то из бедняков заметит кого-то подозрительного, то выследит его, а затем придет к нам и даст магическую клятву в правдивости в обмен на пару золотых.

— Сколько?! — взвился Ярослав. — Да ты с ума сошел! Тратить такие деньги!

— А за меньше искать нечто опасное ни один дурак не возьмется, — пожал плечами Ассасин.

— Да нас просто затопит потоком пьянчуг, наркоманов и жуликов, надеющихся слупить целое состояние за мельком виденную тень, которой на поверку окажется какой-нибудь урод или калека, замотавшийся в обноски! — не успокаивался Алколит.

— Вряд ли, — попытался успокоить его я. — В местном сознании намертво пропечатана истина, что попытка обмануть черных магов заканчивается простой смертью лишь в очень счастливых случаях. И потому откровенных фальсификаторов можно не опасаться. А что до тех, кто просто заблуждается… Сначала проверим, потом заплатим. Если, конечно, виденное ими чудо-юдо нас не сожрет. Но в последнем случае лично мне любые деньги мира будут уже абсолютно безразличны.

Почти всю ночь мы втроем творили артефакт, который я намеревался сделать неким подобием компаса, указывающего на Фину, а заодно и дающего некоторый отчет о ее состоянии. Алколиту сама идея потренироваться в артефакторике, искусстве для нас фактически новом и неизученном, пришлась по душе, а Артема припахали к делу. Ну не было ни у меня, ни у Ярослава навыка ручной работы, в отличие от Ассасина, который наловчился вырезать когтями, являющимися проявлением его магии духа, разные штучки.

В результате на свет появился жуткий гибрид из волшебства и смекалки, который местные чародеи, уверен, приняли бы за скульптуру какого-то чудовища. Возможно, демона. Основу ее составляла грубо раскрашенная в несколько слоев разными цветами маленькая деревянная фигурка отчетливо женских очертаний, в груди которой располагалось несколько волос понравившейся мне девушки. По идее между фигуркой и Финой после всех проведенных ритуалов и прочтенных заклинаний должна была установиться устойчивая связь. То есть поставят девушке синяк — у куклы под глазом появится пятно из фиолетовой краски. Ранят — будет багрянец примерно в том же месте. Убьют — и артефакт окрасится в стабильно черный цвет. Но ни в коем случае не наоборот. Об этом я позаботился специально, внимательно высматривая в книгах пояснения, по которым можно было составить нужную версию чар, не способную даже теоретически повредить объекту, чьи частички тела использовались при создании артефакта.

Кроме как для проявления элементарной порядочности это требовалось для установления на получившуюся у нас поделку следующего элемента: радара. Вернее, сразу трех.

Игла, прицепленная к голове на грубом шарнире и вымоченная в растворенном в кислоте волосе девушки, указывала в ту сторону, где полуэльфийка находится. Точность, правда, была так себе, поскольку в оригинальной версии ритуала предполагалось использовать кровь, но угол градусов в тридцать вещица стабильно держала.

Второе устройство скорее заслуживало названия дальнометра. Нанесенная на спину деревянной фигурки линейка с подвижным ползунком, сделанным из пера, показывала расстояние до девушки в тысячах шагов. От одной до пяти. Хотелось бы, конечно, больше, но тогда нужно было делать работу сначала, а изготавливать еще одну куклу, хотя бы в половину натуральной величины, мои друзья категорически отказались. Работал или нет своеобразный прибор и, если да, насколько точно, было совершенно непонятно. По прямой до гостиницы, где остановилась Фина, видимо, было куда дальше, а потому упершееся в верхнюю планку перышко с места не двигалось.

Ну а третье добавление к артефакту Алколит, немного утомившийся к полуночи неожиданно сложной (ибо требовалось внимательно следить за каждой мелочью) работой, в сердцах обозвал эмпатическим эхолокатором. Выглядело оно как дырявый шарик из воска, прикрепленный к груди фигурки. С его помощью можно было попробовать уловить чувства девушки, если она находилась не слишком далеко. Испытание, проведенное сразу после создания приспособления, показало, что девушке очень хочется спать и немного скучно. Правда, сразу появился вопрос, а почему она вообще не спит.