он.
— Я его отец. — сзади раздается грубый и властный голос.
Я оборачиваюсь.
Мужчина в отличной спортивной форме, ростом метра два, огромный и широкий. Темные волосы на висках посеребрены сединой. Его она не портит. Грозный взгляд карих глаз, почти черные. Вот чьи глаза у Димы. Он вообще полностью его копия.
— Алиев Марат.
Доктор хмыкает, когда слышит разные фамилии, но задумавшись на минуту продолжает:
— Ваш сын спит после операции в реанимации, операция прошла успешно. Сейчас ему переливают кровь. Много потерял. И к утру перевезут в палату…
— Марат! — резкий крик Кати, прерывает речь доктора. — Что с ним? Где он!?
— Тише, все хорошо. — он так бережно касается её предплечий. И осматривает таким взглядом….. Неужели это он тот мужчина с которым ей быть не суждено?!
— Ты не врешь?! — с нажеждой спрашивает она. — Скажи мне правду? Не надо меня жалеть…
— Катюш — начинаю я. — Этот мужчина говорит правду.
Она поворачивается ко мне и кивает. Высвобождается из его рук. Обнимает меня.
— А Стас?!
— Операция еще идет — говорит доктор. — Поэтому прошу вас расходитесь, кто просто друзья. К Бестужеву пущу только завтра. Могу позволить остаться только родственникам. Всех остальных прошу на выход.
Холл пустеет, половина ушли. Отец Димы договорился с врачом кому можно остаться.
Через некоторое время, в больницу приехали родители Стаса. Я могу только позавидовать стойкости этих людей. Не слезинки у матери.
Мужчины пожали друг другу руки. И все остались ждать.
Рядом со мной сидела Инна и молча плакала. Стас очень быстро её приручил к себе. Но мне не нравится, что в больнице разрешили остаться Арине. Она так мило шебечет с его мамой. Если честно странная женщина. Её сын через столько прошел по её вине, а они болтают как лучшие подруги. Очень странно. Но взгляд у матери Стаса, как у акулы. Так бы и сожрала тут всех.
Еще через час выходит врач который оперировал Стаса.
— Состояние критическое, следующие три часа если он их переживет, то жить будет. Мы сделали все, что могли. Теперь все зависит от него. У него была остановка сердца. Мы откачали. Возможны провалы в памяти, перелом руки и пары ребер, пробито легкое. Так что ожидаем.
И он уходит. Никто не задает ему вопросов. Ау!? Это же ваш сын???? Мне просто хочется орать.
— Мне тут больше делать нечего! — встает и говорит его мать.
Ну и с*ка.
И они прото все сваливают. Да что мать вашу происходит.
У Инны начинается истерика, зовем медсестру и ей колят обезболивающее. Уводят в свободную палату.
— Мне кто-нибудь объяснит, что это было? Это же его родители? — спрашиваю я у Олега с Русланом.
— Они карьеристы. Они никогда не хотели детей. Откупаются от него как только могут. Он вырос с дедом. Ему наверно еще не сообщили.
— Мамочки — шепчу я.
Как так можно то, а? Этот город и правда сборище отморозков всех поколений.
Опускаюсь на диван и зарываюсь руками в волосы. Ко мне подсаживается отец Димы. Катя сидит напротив и не сводит с него влюбленных глаз. Интересно, а Дима знает? Так вы господин Алиев разбили не одно сердце…
— Злата…. — начинает он, а я резко поворачиваюсь к нему.
Если он меня выгонит я его пошлю. Кто знает может он как и родители Стаса…. Хотя он Диме помогает….
— Да!? — с опаской смотрю на него.
— Не надо на меня так смотреть, я не враг ни тебе, ни своему сыну. Просто наверно нам пора познакомиться! — улыбается он.
Боже… ему так идет улыбка. Его глаза они могут быть добрыми и светлыми.
— Наверно. Дима говорил, что вы не очень хорошо общаетесь.
— Да это так. Но Злата, мой сын очень измеился с твоим появлением. И мне это нравится.
— Я не буду помогать вам наладить общение! Извините! — резко выдаю я.
Он усмехается поднимает взгляд на Катю.
— Вы мне очень напоминаете одного человека….. — смеется он.
Катя слыша это громко фыркает и отворачивается.
— Просто знайте Злата, что если что вы всегда можете ко мне обратиться.
— Хорошо, спасибо Марат….. — не помню его отчества.
— Просто Марат! — улыбается он доброй и искренней улыбкой.
К нему подходит Тимур, как я слышала.
— Тормоза вашего сына были повреждены. Так что, это не случайность.
— Найди мне на Золотарева все что сможешь найти, даже то, что закрыто за семью печатями. — рычит он.
— Сделаем. — отвечает он и уходит.
— Как повредили? Но кто? — шепчет Катя.
— Подождите вы сказали Золотарев?
— Да — отвечает мне он.
— Значит все таки Артем привел свою угрозу в исполнение. Вот урод. И что теперь будет?
— Пока ничего. Мы не можем доказать его причастность, нет улик. На треке нет камер. А повредили тормоза именно там. И делали это левые люди. Поэтому просто пока об этом забываем.
— То есть он останется безнаказанным, но ведь Стас…
— Тише девочка, все будет хорошо. Стаса я не брошу, теперь он мне второй сын. А наказание каждого найдет. Иди к подруге и постарайся поспать.
Встаю и иду к Инне. Он сказал это таким тоном, что желание спорить не возникло. Теперь понятно в кого такой властный голос у моего Тёмного.
Инна спит. Ложусь на соседнюю кровать. В сон проваливаюсь очень быстро, видимо нервы дают о себе знать.
Только бы со Стасом было все в порядке.
22
Дима
Прихожу в себя. Я уже в палате, а не в реанимации.
Рядом на стуле облакотившись на мою постель, сидит полулежа Злата. Держит меня за руку и лежит на моем предплечье. Моя девочка спит. Провожу рукой по её щеке и её веки начинают дрожать. Открывает глаза, снова закрывает и опять открывает. Какие же они у неё красивые.
— Привет! — шепчет она, прижимаясь ко мне сильнее.
— Привет — очень хрипло отвечаю я.
— Как ты?
— Вроде цел, нога ужасно болит.
— Да повезло тебе, тут все шепчутся, что ты родился снова в рубашке. Дим, я так испугалась! — с её ресниц срывается слеза.
— Тише, не плачь, все обошлось. — шепчу ей. — Как Стас?
Злата опускает глаза, а у меня внутри все обрывается. Да нет же….
— Он….
— Жив! Эту ночь он пережил, врачи сказали, что она решающая для него. Он очень сильно пострадал, в него влетел его мотоцикл.
— Бл*…. Зачем полез…
— Дим, не говори так! Пожалуйста, я знаю я сейчас эгоистка, но я бы сошла с ума если бы с тобой случилось….
— Он пришел в себя?
— Пока нет. Но его показатели пришли
