Ну как почти, в левое плечо, а не в сердце жертвы, как планировала. Нужно сосредоточиться. И почему нельзя один глаз использовать? Бред же. Выполняю те же подготовительные упражнения, снимаю с предохранителя пистолет и на выдохе стреляю, внимательно глядя на жирную черную точку.
– Отлично! Прямо в цель!
Еще бы я промахнулась – в школе отлично стреляла, однако слова оставила при себе. Я лишь слегка улыбаюсь, глядя на образовавшуюся по центру бумаги дыру.
– Ну что, на этом можно закончить. Через неделю сдашь экзамен и получишь разрешение на ношение оружия. Поздравляю, Сточ.
– С чем? – спрашиваю равнодушно.
– Ты моя лучшая ученица. За две недели уделала всех мужчин.
Вновь улыбаюсь. На первом занятии я набрала больше очков, чем все мужчины в группе, после чего замечала на себе косые взгляды. И нет, вовсе не приветливые, скорее завистливые и злые. Может, мне так показалось? Не важно. Факт в том, что теперь я занимаюсь отдельно от всех. На этом настоял мистер Бонд, а я не сопротивлялась. Зато быстрее всех получу разрешение на ношение оружия и куплю себе желанный пистолет. Для чего? Думаю, вопрос риторический.
Еду в торговый центр в нормальном расположении духа. То есть ни в каком. Равнодушном, что ли. Элис ждет меня на парковке, Аманда с Крисом в садике. Моя принцесса. Улыбаюсь, вспоминая самое дорогое сокровище в моей жизни. Ради нее я записалась на курсы по стрельбе. Ради нашей безопасности. Ради того, чтобы моя девочка улыбалась и не знала бед, даже от собственного отца.
За эти две недели он ни разу не объявился, хотя обещал. Сообщений от него не получала, звонков не поступало. И я почти расслабилась, почти позабыла о том, что в моей жизни присутствует один сумасшедший. С одной стороны, облегчение пронизывало грудь, а с другой…
Разочарование…
Затишье перед неминуемой бурей, которая снесет нас с лица земли…
– Ты чего так долго? – Элис докуривает сигарету и выкидывает бычок в урну.
– Прости, на курсах задержалась, – целую подругу в щеку.
– А, плевать. Пошли уже. Нам надо расслабиться, пока я с ума не сошла от этого придурка.
– От какого? – смотрю внимательно на подругу, чьи глаза моментально темнеют, а длинные пальцы с идеальным маникюром сжимают перила эскалатора.
– Уильям требует уменьшить алименты! Ты представь! Я воспитываю нашего ребенка, кормлю его, содержу, откладываю на достойное образование, а этот мудак отнимает последние гроши!
Вообще-то не последние. Насколько я знаю, подруга ни в чем не нуждается, как и ее сын. Она покупает все самое лучшее для Криса, балует его, позволяет видеться с отцом, хотя сроки общения слишком коротки. Ее любовь видно за километры, неудивительно, что переживает за алименты.
– Будешь подавать в суд?
– Пока попытаюсь договориться так, а дальше посмотрим. Не позволю этому ублюдку экономить на моем ребенке! – Элис переводит дыхание, несколько раз глубоко вдыхает и выдыхает. – Ладно, черт с ним. Сегодня мы тебя вылечиваем, потом детей.
О да. Дети в особенности страдают.
– Кстати, Крис ждет не дождется, когда мы поедем в парк.
– Сегодня же и поедем. Я Аманде обещала.
Вспоминаю наш разговор. Если папочка не исполнил ее желания, то сама отвезу. Без его наглой морды справимся.
Шопинг помогает нам обеим разгрузиться, забыть о реалиях, проблемах и их решениях. Однако этот эффект длится недолго, как после алкоголя. Пока ты пьяный – все отлично, но стоит проснуться с утра – ты уже с больной головой и проблем больше, чем вчера. Наверное, поэтому Элис когда-то не дала мне спиться, а Эндрю и Алекс переехали сюда.
Время быстро бежит. Даже не так – летит. Элис зашла в очередной магазин нижнего белья, я жду на лавочке. Надо подумать о подарке ребятам на свадьбу, но в голову пока ничего толкового не приходит.
Вздрагиваю от вибрации в кармане. Входящее сообщение. Угадайте, от кого.
Себастьян: «В красном пальто ты выглядишь прекрасно. Не забывай есть – ты сильно похудела».
Оборачиваюсь, смотрю по сторонам, но нигде не вижу знакомых темных глаз. Не чувствую. Откуда он знает, что я сейчас в пальто? Надеваю его нечасто – слишком яркое для начала весны. Неужели нанял частного детектива и следит за мной? Неудивительно – в прошлом такой трюк проделывал.
Поиски заканчиваются ничем. Не вижу в толпе ни единого схожего силуэта, ни единого образа, связанного с Себастьяном. И из-за этого мне беспокойно. Страшно. Просила отпустить еще в тот день, когда узнала правду, когда отвез нас домой и оставил с болью в груди. Я просила его, умоляла, но тщетно.
Себастьян: «Можешь не искать. Вечером я приеду к дочери. Никуда не уезжайте».
Серьезно? Он будет указания давать?
Я: «У нас другие планы».
Себастьян: «Я рад. Жди меня в семь дома».
В семь, значит? У меня есть время перехватить Элис, забрать Аманду и Криса из садика и уехать на выходные в Торп-парк. Недалеко от Лондона, заодно и в город заедем.
– Элис! – кричу через весь торговый центр, когда она выходит из бутика. – Поехали за детьми.
– Что случилось?
– Себастьян будет в семь, нужно уехать раньше.
– Тогда давай быстрее. Надеюсь, он за нами не следит?
– Не знаю. Сказал, что я в красном пальто шикарно выгляжу.
– Ох уж этот самец! – Элис закатывает глаза. – Поедем на моей.
Сомневаюсь, что фокус с машинами сработает, но все же соглашаюсь с подругой. Перетаскиваем детское кресло из моей машины в ее и едем в садик. Я вся на нервах, пальцы сильно вцепились в сумку, оставляя на черной коже полукруглые следы.
Я не готова к встрече с Себастьяном. Не готова видеть его глаза и каждый раз думать, как именно он смотрел на брата, когда вливал ему в капельницу яд. Не хочу представлять, как он подстроил аварию моих родителей, и не хочу знать, что на него нарыл папа перед смертью.
За какую такую информацию мой отец поплатился жизнью…
– Добрый вечер, мисс Ласки, – приветливо улыбается миссис Портер. –
