Почти одновременно с нажатием курка защищавшейся хозяйки дома убийца здоровой рукой схватил её за волосы и притянул к себе. Та завопила и вцепилась руками в маску чёрта. И одновременно коленкой упёрлась ему в пах. Оттолкнулась и сорвала маску с убийцы. А когда лицо открылось, то она с изумлением и непониманием испуганно смотрела на своего бывшего мужа.
Эдуард проснулся в холодном поту. Нельзя было терять ни секунды. Резко соскочив с кровати, он метнулся к включателю и зажёг свет. Ася, лежавшая у стены, что-то буркнула во сне и перевернулась на другой бок. Пока он надевал мятую рубашку, журналистка открыла глаза.
– Куда ты собрался на ночь глядя? – сонно сказала девушка.
– Это с-срочно. М-мне н-нужно. Н-нет времени объяснять, – проговорил он, наспех застёгивая ремень на брюках.
У журналистки сон как рукой сняло. За пять дней, что они обитали в гостях у её подруги, Эдуард вёл себя странно. Угрюмое выражение лица стало для него теперь нормальным явлением. Он все эти дни редко разговаривал. Большую часть времени старался уединиться и просил при этом его не беспокоить. Ася знала, что он переживает сильнейшую депрессию. Ей и самой в последнее время было не по себе.
Где-то далеко внутри прочно засело подавляющее чувство страха. Беспредельная тревога мрачной пеленой окутывала сознание. Асе, так же как и Эдуарду, нужны были поддержка и внимание. Вместо того чтобы оказывать их друг другу, они всё глубже уходили в себя. Каждый искал успокоения в одиночестве, не допуская никого в свои мысли. Подруга журналистки, в те редкие моменты, что бывала дома, призывала пойти им на контакт и поделиться своими соображениями. Такие призывы Эдуард и Ася попросту игнорировали и на все советы приютившей их женщины так же не обращали внимания. Создавалось такое впечатление, что за эти дни между ними выросла пропасть, которая будет увеличиваться и дальше, если они не предпримут радикальных мер. Они, как и раньше, спали вместе в одной постели, и до секса дело почему-то не доходило. Подавленные очередными прошедшими сутками Эдуард и Ася погружались в сон, которому не предшествовали ни нежные слова, ни ласка.
Несомненно, они оба понимали, что так долго продолжаться это не сможет, рано или поздно кто-то не выдержит, и будут расставлены все точки над "i". Нужен был лишь удобный случай, но он пока не возникал. Ничего не изменялось, и они также ничего не могли с собой поделать.
Эдуард заторопился к выходу, в темноте на ощупь пробираясь к коридору. Ася шла за ним следом. Они миновали комнату со спящей на диване хозяйкой дома. Эдуард, оказавшись в прихожей, зашнуровал кроссовки и принялся за открывание запоров входной двери. Ася наблюдала за его действиями, стоя в проёме смежной комнаты со скрещенными на груди руками. Ещё пару секунд назад ей хотелось затеять сложный разговор с выяснением отношений. Хотелось окончательно разобраться в Эдуарде и в себе самой. Она открыла рот, чтобы сказать ему что-то важное, наболевшее на душе, а вместо этого услышала себя словно со стороны.
– Я должна пойти сейчас с тобой, – заявила она, неожиданно для самой себя.
– Н-нет. Я один. Всё решится б-без тебя, – он справился с механизмом замков и, выбежал на площадку, не удосужившись прикрыть дверь.
Ася чувствовала внутри образовавшуюся пустоту. Исчезли все эмоции. Она растворилась в вакууме. Её взгляд, направленный на слабоосвещённую площадку этажа за открытой настежь дверью тонул в бездне. Ася видела безысходность, которая не имела подвластных разуму границ.
Тем временем Эдуард бежал в ночь, не замечая ничего вокруг. Он всё больше ускорял темп. Следом за ним неслась бездомная собачонка, норовясь схватить его за штанину. Озлобленный лай, остался позади, а он продолжал движение. Не чувствуя усталости от нахлынувшего адреналина, спотыкаясь об ухабы, Эдуард добрался до шоссе, ведущего с окраины к центру города. По другой стороне дороги вихрем пронеслась иномарка, внутри которой слышалась безумная молодёжная музыка.
Трасса пустовала.
"Господи, только бы не опоздать. Надо успеть. Я ещё могу спасти кого-нибудь", – мелькали в голове отчаянные мысли.
Он рванул вперёд, держась в центре пустынной трассы. Ему было всё равно от той мысли, что таким ходом ему светит добраться до места не раньше утра. Эдуард ощущал потребность в каком-либо действии. Уповать на проведение было бессмысленно. Сомнения его не терзали. Только цель впереди, только цель.
"Добраться любой ценой и остановить безумие", – диктовал внутренний голос.
Подсознание, подобно аккумулятору, питало энергией его тело. Ноги несли вперёд, подчиняясь рефлексу. У Эдуарда открылось второе дыхание. Шоссе с обеих сторон окаймлял хвойный лес. Изредка встречались фонарные столбы, освещающие участки дороги. На фоне этого – бегущий человек. Этакий обезумевший субъект, потерявший счёт времени и заблудившийся в пространстве. Немного впереди, буквально в нескольких метрах от Эдуарда, тёмное существо пересекло трассу поперёк за считанные секунды. Бегущий позавидовал животному (скорее всего это был заяц, а может…) обладающему подобной скоростью. Повинуясь нахлынувшему внезапно интуитивному чувству, Эдуард всё чаще не сбавлял ходу. Бежал, оглядываясь через плечо назад. Казалось, лесному массиву не будет конца и края. Пока он бежал, не встретилась ни одна машина. Высшие силы словно сговорились не оказывать ему никакой помощи. Со времён детства Эдуард знал одну единственную молитву. По просьбе матери он выучил её наизусть и каждый день зачитывал про себя перед сном.
Став старше, он перестал молиться и обращался к Богу лишь в самых исключительных случаях. Теперь, спустя двадцать два года, он вспомнил каждое слово обращения к Богу. И мысленно повторял молитву вновь и вновь. Всевышнему потребовалось время, чтобы откликнуться на взывающего к нему Эдуарда. Оглянувшись, в очередной раз, он заметил светящиеся точки. Машина приближалась. Свет фар становился всё ярче.
Эдуард, повинуясь инстинктам, прекратил движение и развернулся лицом к автомобилю. Водитель затормозил, заметив преграждавшего путь высокого молодого человека делающего руками жесты, призывающие остановиться.
Из машины пулей вылетел подросток с всклокоченными волосами, одетый во всё светлое. Он подбежал к Эдуарду.
– Мужик, у тебя явно не все дома. Я ведь мог тебя сбить, – парень задыхался от волнения.
– Н-нет времени на раз…разговоры. П-поехали! – Эдуард подбежал к машине.
– Ты псих. По тебе дурдом плачет. Идиот, – ругался юноша, заняв водительское сиденье.
– П-парень, вопрос жизни и смерти. Гони со всей мощи, – Эдуард назвал ему нужный адрес и вкратце объяснил, как туда быстрее добраться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
