К'алвек смотрел, как воины разбежались в разные стороны, оставив на земле только тела павших крестиксов. Когда они отошли достаточно далеко, чтобы он не мог слышать гул от их мыслей, снова попытался найти Данику или Томмела.
Ничего не обнаружив, он посмотрел на скалистый утес сбоку и, пошатываясь, направился к нему. Жить с потерей отца и так было нелегко. Он не знал, сможет ли пережить потерю связи с Даникой. Одно дело знать, что она улетит, но все равно будет где-то во Вселенной… как едва уловимое эхо в его сознании.
Он прислонился к острому камню на краю, слыша только собственное прерывистое дыхание. Он не знал, сможет ли выжить, зная, что ее больше нет. И хочет ли этого.
Глава 39
— Я не чувствую его, — сказала Даника Томмелу.
Они бежали по скалам, казалось, целую вечность. Она прижала обе руки к бокам, но от стреляющей боли это не помогло. Даника попыталась дышать через нос, но в итоге ей пришлось втягивать горячий воздух через рот. Жизнь на борту космического корабля не сделала ее выносливой, призналась она себе.
— Горы усложняют задачу, — ответил Томмел, не оборачиваясь.
Но от этого ей не легче. С тех пор как они начали бежать через горный перевал, она не могла его ощутить. Возможно, все дело было в том, что она слишком устала, чтобы сосредоточиться. Трудно сосредоточиться на эмпатии, когда хватаешь ртом воздух и пытаешься не упасть на задницу.
— У тебя ноги в два раза длиннее моих, — сказала она Томмелу, когда он оглянулся, и указала на свои.
— И не в два раза, — ответил он.
Даника закатила глаза и сглотнула, но во рту все пересохло. Она взглянула на два солнца и увидела, что они клонятся к закату. Оранжевый, казалось, сиял красным, когда опускался к горизонту, в то время как другой горел более белым желтым.
Вдалеке послышался приглушенный грохот. Скала задрожала, и Даника прижалась к шероховатой поверхности, чтобы не упасть. Томмел развернулся, прикрывая ее своим телом, когда сверху посыпались камни и покатились вдоль обрыва.
Все это длилось всего секунду, но сердце Даники забилось еще быстрее. Она посмотрела вверх, но скалы заслоняли ей обзор, так что могла видеть только то, что находилось прямо над ней.
— Что, черт возьми, это было?
Томмел отошел от нее и стряхнул каменную пыль со своих обнаженных плеч.
— Я не знаю. Никогда раньше не чувствовал, как сотрясается планета.
Это успокаивало. Даника огляделась и заметила, что на засушливой поверхности скалы теперь появились участки кустарников, торчащие из трещин. Эту часть местности она никогда не видела.
— Далеко еще? — спросила она. Хотя она и испытывала благодарность за передышку, ей не терпелось найти К'алвека.
— Не далеко. — Томмел снова побежал, и Даника изо всех сил старалась не отставать от него, искренне жалея, что не установила на корабле разнонаправленную беговую дорожку.
Она сосредоточилась и почувствовала короткую вспышку боли. Она не была уверена, что это К'алвек. Если это он, то он все еще испытывал сильную боль и скорее всего едва в сознании.
— Лучше бы тебе не умирать, ублюдок, — прошептала она.
Она не могла избавиться от беспокойства. Или чувства вины. Как она будет жить, если он умрет, ведь это она виновата, что он отправился на задание?
Даника споткнулась на тропинке и поняла, что ее взгляд затуманен слезами. Она вытерла щеки, и тыльная сторона ее ладони снова стала влажной. Она не плакала целую вечность. Потому что сейчас она его теряет?
«Я не могу потерять никого, кого люблю.» Эта мысль заставила ее почти остановиться.
Люблю? Возможно ли, что она влюбилась в К'алвека? Она покачала головой. Нелепо. Она едва знала его, но потом поняла, что это не совсем так. Она знала его лучше, чем большинство людей. Чувствовала то же, что и он, чего не могла сказать о большинстве парней. Она ускорилась, когда тепло наполнило ее грудь, которое не было вызвано перенапряжением.
Когда они завернули за угол, Томмел поднял руку, чтобы остановить ее. Горстка дотвеков подбежала к ним, и Даника увидела позади группы вспышку рыжих волос рядом с короткими лавандовым.
— Вы в порядке! — Даника протолкалась сквозь громадных воинов к Холли и Бексли, обнимая женщин.
— Полегче с Погом, — сказала Бексли, осторожно отодвигая зеленую пушинку в сторону. — Его ранили в драке.
Холли крепко сжала ее в объятиях и отстранилась.
— Ты жива. Мы думали, что ты была на корабле, когда он взорвался.
— Конечно, я жива, — сказала Даника, прежде чем поднять руку. — Что значит, корабль взорвался? Какой корабль?
Холли повернула голову к своему капитану.
— Разве ты не слышала грохота? — Она указала за спину Даники в сторону пустыни. — Мы видели, как корабль Мурада вошел в атмосферу и разнес что-то на куски прямо там, где разбился наш корабль.
Даника резко повернула голову, чтобы посмотреть вдаль. В воздух поднималось большое чернильное облако дыма.
Черт
Ее радость от того, что она нашла Холли и Бексли, испарилась, но она резко покачала головой.
— В этом нет никакого смысла. Из-за Мурада мы и так разбились здесь. Зачем ему возвращаться и взрывать наш корабль?
Бексли пожала плечами.
— Потому что он колоссальный мудак? Кто знает, почему он вообще что-то делает? Может быть, чтобы убедиться, что мы навсегда исчезли с его дороги?
Даника не хотела сейчас думать о том, что это значило для них, поэтому выбросила это из головы и убрала в категорию «побеспокоюсь об этом позже». Она оглядела дотвеков и нахмурилась.
— А где К'алвек?
Один из двух дотвеков, стоявших по обе стороны от Холли и Бексли, махнул рукой в их сторону.
— Он послал нас вперед.
— Он думает, что ты взорвалась вместе с кораблем, — сказала Холли и прищурилась, глядя на Данику. — Что-то происходит между тобой и инопланетным красавчиком?
Даника проигнорировала лукавую усмешку Бексли, и ее сердце сжалось. Она сосредоточила все свои мысли на К'алвеке.
Не дожидаясь Томмела, она бросилась бежать.
Глава 40
К'алвек стоял на краю обрыва и смотрел на скалы внизу, груз неудач обрушился на него всей тяжестью. Он не сумел спасти своего отца и отомстить за его смерть. Он не смог спасти Данику и сохранить ее в безопасности. Она исчезла. Эта мысль камнем лежала у него на душе.
Он сжимал и разжимал кулаки, думая о Данике. Он даже не мог обвинить крестиксов в ее потере. Он держал барьер вокруг своего разума, чтобы никто не мог до него достучаться. Ни другие дотвеки, которые бежали, чтобы поймать крестикса и похищенную подругу из команды Даники. И не его соплеменники, направляющиеся в пустыню. Если Даника ушла, он не хотел больше ничего чувствовать.
— К'алвек!
Он думал, что ему померещился ее голос, пока до него не дошло, что звук доносится с другой стороны склона. Обернувшись, он увидел, что она бежит к нему, ее лицо было залито слезами, а светлые волосы развевались позади нее. Он уперся ногами, когда она, рыдая, бросилась в его объятия.
Томмел появился позади нее, и когда тот замедлил шаг, К'алвек прочел облегчение на его лице.
Он обнял Данику и ощутил, как у нее подкосились ноги. Опустившись на землю вместе с ней, К'алвек баюкал ее и гладил по волосам, пытаясь осмыслить, что она жива. И что она рада его видеть.
Ее тело дрожало, когда она плакала, и он чувствовал, как волны счастья захлестывают его разум. Счастье исходило от них обоих.
— Я так испугалась, — сказала она, глядя на него снизу вверх и касаясь его щеки. — Я боялась, что потеряю тебя.
Он вытер влагу с ее щеки и нежно поцеловал, чувствуя на губах солоноватый привкус слез.
— Я думал, ты умерла.
Она покачала головой.
— Я рядом. — Она положила руки на его грудь, где валун оставил синяки. — Ты ранен.
К'алвек слегка дернул головой.
— Я в порядке. Я исцелюсь. — Он изучал ее лицо. — Ты больше не сердишься на меня?
