Я самих людей оцениваю, – покачал головой Миша. – В общем, сам решай.
* * *
Сидя в приемной начальника службы внешней разведки Российской империи, Вячеслав Сергеевич Миловский нервничал. Внешне это никак не выражалось, но ладони, лежавшие поверх папки из натуральной кожи, то и дело приходилось вытирать платком. За всю его службу это был четвертый вызов на совещание такого уровня. Обычно общаться ему приходилось с заместителями шефа, что было проще и безопаснее.
Кроме него, других начальников отделов в приемной не было, и этот факт здорово напрягал Миловского. Простая логика подсказывала, что его отдел случайно разворошил какое-то осиное гнездо, и теперь ему, полковнику Миловскому, придется огребать начальственный гнев по самое не балуйся. Кроме него, в приемной сидел жилистый седой мужик, смутно полковнику знакомый. Но кто именно он такой, полковник вспомнить так и не смог.
Наконец, огромная дверь из натурального дерева отрылась, и в приемную из кабинета повалили тихо гомонящие заместители, помощники и прочие советники. Дождавшись, когда они покинут приемную, секретарша шефа, роскошная пепельная блондинка с холодным взглядом профессионального убийцы, повернулась к сидящим и голосом, способным довести до инфаркта своей сексуальностью, сказала:
– Господа, вы можете войти. Граф ждет вас. Благодарю вас за проявленное терпение. Срочные дела.
Молча поднявшись, оба офицера быстрым шагом направились к дверям. Заставлять ждать начальника службы внешней разведки действие не самое умное. Граф слыл человеком умным, прямым и умевшим принимать жесткие решения. Причем последние он принимал независимо от собственных симпатий. Говорят, несколько лет назад одному из замов он, скрипнув зубами, приказал устроить несчастный случай, за какие-то грязные делишки.
Пройдя в огромный кабинет, Миловский быстро огляделся и, выбрав стул где-то в середине длинного стола, собрался сесть, когда хозяин кабинета, убрав в стол бумаги, негромко сказал:
– Пойдемте к моему столу, господа.
Дождавшись, когда граф усядется за свой рабочий стол, полковник осторожно опустился в мягкое кресло, настороженно поглядывая на устроившегося напротив мужика. Между тем граф, даже не спрашивая желания подчиненных, нажал кнопку селектора и, не повышая голоса, сказал:
– Снежана, будьте добры, нам три кофе, пожалуйста.
– Одну минуту, ваше сиятельство, – послышалось в ответ.
Сидя в кресле, Миловский принялся быстро прокачивать ситуацию. Судя по обстановке и атмосфере, разнос временно отменяется или задерживается. Значит, сюда его вызвали по делу. А единственное дело, которое могло заинтересовать руководителя такого уровня, это происшествие на транспортном узле. Еще раз пробежавшись по своим выкладкам и убедившись, что понял все правильно, Миловский почувствовал себя несколько увереннее.
Секретарша вкатила в кабинет сервировочный столик и, ловко расставив на столе чашки, сахарницу, молочник и кофейник на крошечной спиртовке, все так же молча направилась к выходу, покачивая бедрами так, что оба посетителя на минуту забыли, где находятся и зачем пришли. Из состояния эротической задумчивости их вывел веселый голос графа:
– Красивая женщина. А стреляет так, что многим в нашей службе и поучиться не грех.
Моментально взяв себя в руки, Миловский тихо откашлялся и, переложив папку рядом с собой, на кресло, настороженно уставился на всемогущего шефа.
– Полковник, если вас не затруднит, налейте кофе, – попросил граф, пряча улыбку в уголках губ.
Миловский быстро выполнил просьбу, попутно радуясь нескольким выпавшим минутам, за которые он успел привести мысли в полный порядок. Седой мужик, приняв у него чашку, поблагодарил молчаливым кивком и, пригубив напиток, с блаженным видом закатил глаза.
– Понравилось, Иван Матвеевич? – повернулся к нему граф. – Настоящий. Прямо из халифата.
– Заметно, ваше сиятельство, – решительно кивнул седой.
– Кстати. Вы знакомы? – спросил граф, теперь уже у Миловского.
– Виделись пару раз, но по службе не пересекались, – обтекаемо ответил полковник, смакуя роскошный кофе.
– Ну, тогда знакомьтесь. Генерал-майор Иван Матвеевич Волков. Наш, так сказать, главный волкодав, – пошутил граф.
Услышав фамилию, Миловский невольно вздрогнул так, что чуть не расплескал кофе. Про этого генерала по СВР ходили легенды, одна страшнее другой. Генерал возглавлял отдел контрразведки и силовых операций.
– Полковник Миловский Вячеслав Сергеевич, начальник аналитического отдела, – продолжил процедуру знакомства граф. – И, полковник, не надо так волноваться. Генерал здесь не ради вас, – добавил начальник службы, продолжая иронично наблюдать за Миловским.
– Хотелось бы думать, – осторожно поддержал шутку начальства полковник.
– Не стоит так сильно доверять слухам, Вячеслав Сергеевич, – усмехнулся полковник.
– Дыма без огня не бывает, господин генерал, – не остался в долгу Миловский.
– Это верно. Всякое бывает. То ничего-ничего, а то вдруг так припрет убить кого, что аж сил нет, – рассмеялся Волков.
Услышав его ответ, граф громко, от души рассмеялся. Потом, одним глотком допив кофе, сказал, аккуратно отставляя чашку в сторону:
– Ну, пошутили, настроение подняли, пора и о деле побеседовать. Вячеслав Сергеевич, расскажите, что вам удалось нарыть по инциденту на переходе?
– Если в двух словах, то там произошел теракт, свидетелем которого стал один наш соотечественник. А когда мы решили узнать подробнее, что это за человек, вдруг выяснилось, что все данные по нему засекречены. Даже обычные исходники. Вместо ответа на официальный запрос к нам примчался полковник из спецотдела генштаба с требованием обосновать наш интерес.
– Ответа на запрос так и не получили? – уточнил граф.
– Так точно.
– А в приватной беседе что удалось выяснить? Вы же с тем полковником на короткой ноге, если я не ошибаюсь, – проявил осведомленность граф.
– В приватной беседе выяснилось, что это бывший капитан воздушно-десантных войск, секретоноситель, которого наши доблестные смежники за мордобой, вполне справедливый, кстати, разжаловали в рядовые и отправили куда подальше. Дослужив свой срок, он расторг контракт и покинул пределы империи.
– История с наркотиками в пехотном полку? – неожиданно спросил Волков.
– Она самая. Вы хорошо осведомлены, – удивленно кивнул Миловский.
– Пришлось принять косвенное участие, – скривился генерал.
– Тогда, может быть, вы, Иван Матвеевич, посвятите нас в детали, которых нас так старательно пытаются лишить? Поясню сразу. Из нескольких независимых источников стало известно, что на переходе произошло что-то неординарное. И это совсем не банальный теракт. Наши заклятые друзья постарались сделать все, чтобы скрыть информацию, но кое-что просочилось. Поэтому принято решение очень плотно пообщаться с этим свидетелем. Ну, а по результатам общения будет видно, что делать с ним дальше.
– В каком смысле? – насторожился генерал.
– Свободный, отлично подготовленный кадр, привыкший действовать самостоятельно. Ни дома, ни семьи, ни привязанностей. Идеальный пилигрим. Не находите?
– Ну да. Предложение само собой напрашивается, – подумав, кивнул генерал.
– Вот именно. А теперь мы вас внимательно слушаем.
– Наш отдел привлекли к этому делу позже. Когда суды офицерской и дворянской чести, не сговариваясь, вынесли всем фигурантам жесткие приговоры. Пришлось в срочном порядке прокачивать всех причастных, для выявления кандидатов на возможные контакты с заклятыми друзьями.
