Читаем без скачивания Парадокс перфекциониста - Тал Бен-Шахар

Некоторые думают, что, если у них улучшается настроение, когда другие делятся с ними своей болью, значит, они испорчены. Для этого явления у немцев есть слово schadenfreude, которое Гэри Коулман из мюзикла «Авеню Кью» определяет как «радость при неудачах других». Но есть другое, более добродушное объяснение, почему знание о страданиях других может идти нам на пользу: мы чувствуем себя лучше, потому что понимаем, что мы не одиноки.

Призыв к эмоциональной открытости — это не призыв выворачивать себя наизнанку. Но между полной открытостью и абсолютной замкнутостью есть здоровая середина. Когда мы отвечаем на искренний вопрос: «Как ты себя чувствуешь?» — то нам может стать лучше, если мы честно ответим: «Мне немного грустно» или «Я немного беспокоюсь», и окружающие нас люди станут немного веселее и будут надеяться на большее. Возможно, самые откровенные признания стоит приберечь для постельных разговоров, бесед на кушетке у психоаналитика или запароленного компьютера. Но мы поступим правильно, если будем меньше пользоваться своей идеальной маской, прибегая к ней только на скучных корпоративных заседаниях или на вечеринке в Хеллоуин.

Бытует мнение, что по окончании Викторианской эпохи мы деградировали в эмоциональном смысле. Психиатр Юлиус Хойшер, жалуясь на нынешнее пренебрежительное отношение к эмоциональной открытости, цитирует легендарного эстрадного певца Мориса Шевалье: «Раньше девушки краснели, когда их стыдили, а теперь они стыдятся, когда краснеют». Вместо того чтобы критиковать викторианские нравы, нам надо добиться настоящего прогресса — и для этого требуется быть честным с самим собой.

Упражнение: Составление предложений

Максимально быстро продолжите каждое предложение как минимум шестью вариантами. После того как предложения будут составлены, посмотрите на свои ответы, поразмышляйте над результатом, а затем запишите действия, которые надо предпринять.

Чтобы выражать свои чувства более откровенно…

Если я буду более откровенным в своих чувствах…

Если я внимательнее отнесусь к своим страхам…

Когда я скрываю свои эмоции…

Чтобы реальнее смотреть на вещи…

Глава 17. Десятое размышление: знание и незнание

Неизменный признак мудрости — видеть чудесное в обыкновенном.

Мы боимся неизвестности. Мы хотим знать, что случилось прошлым летом, или прошлой ночью, или в доисторические времена. Мы хотим знать, что случится на следующей неделе и как будет выглядеть мир через десять лет или через тысячу. Мы ищем определенности в настоящем. Мы боимся не плохих новостей, а их отсутствия; неопределенный диагноз часто пугает нас больше, чем определенный, пусть и плохой. Помимо простого любопытства наше стремление к знанию — это глубокая экзистенциальная потребность: если знание — это сила, то ее отсутствие подразумевает слабость.

Открытие — или, как утверждают некоторые — изобретение Бога уменьшает тревогу, которая порождена незнанием. Смертные, которые обещают стабильность, — это венчанные на царство цари. Когда наше будущее находится под угрозой, скажем в военное время, мы идем за лидером, который обещает нам радость точного знания. Когда мы больны, то преклоняемся перед врачом. В детском возрасте мы обращаемся к взрослым, которые кажутся всезнающими, чтобы они успокоили нас. Позже место родителей занимает Бог, духовный учитель или справочник.

И все же, чем сильнее наша обеспокоенность, тем лучше мы осознаем глубину своего незнания. История, археология и психология не могут полностью объяснить прошлое общества и человека. Красочные описания жизни после смерти, гороскопа на следующий месяц и, увы, даже милости фортуны не рисуют нам ясной картины того, что готовит нам завтрашний или послезавтрашний день. И когда мы действительно задумываемся об этом, у нас нет даже намека, который дал бы нам понять, что творится сейчас.

Как мы боремся с этим страхом? Безусловно, на помощь приходит религия, которая объясняет, почему верующие, как правило, счастливее неверующих. Принадлежность к группе с четкими правилами и рамками также может внести некоторую ясность в наши путаные представления о будущем. Чтение перед сном «Медицинского журнала Новой Англии», «Психологического бюллетеня», «Европейского журнала археологии» или последнего выпуска «Научного журнала» может помочь нам крепче заснуть. Но по большому счету этого недостаточно.

Итак, что можно сделать? Надо признать, что иногда мы не знаем и не можем знать. Необходимо согласиться с неопределенностью, чтобы чувствовать себя более уверенно, а потом обратить свою тревогу перед неизвестностью в чувство благоговения и изумления. То есть мы вновь учимся воспринимать мир — и нашу жизнь — как чудо.

В английском языке слово miracle однокоренное с латинским словом mirus, которое переводится как «чудо». Слово «чудеса» обозначает события, которые «вызывают восхищение и благоговение» и происходят не только в сказках, в истории прошлых поколений и святых людей — но и в области сверхъестественного. Сама природа в своей нераздельности является чудом. Как напоминает нам Ральф Уолдо Эмерсон: «Если бы звезды появлялись раз в тысячу лет, то как бы люди восхищались и хранили на протяжении многих поколений память о граде Божьем, показанном им! Но эти посланники красоты спускаются на небеса каждую ночь и озаряют Вселенную своей предостерегающей улыбкой».

По сути, звезды, деревья, животные — это мистифицирующее явление, чудо. Сам факт, что мы пишем, видим, чувствуем и мыслим — что мы есть, — это чудо. Непостижимая нить времени, соединяющая прошлое, настоящее и будущее, — чудо. Говоря словами Джорджа Бернарда Шоу: «Мы не можем объяснить чудеса как явления, окружающие нас со всех сторон: сама жизнь — это чудо из чудес».

В признании собственного незнания и незнания других нет ничего пораженческого. В своем эссе «Лидерство как узаконенное сомнение» специалист в области организационного поведения Карл Вейк доказывает, что самые успешные люди соглашаются с неопределенностью и не боятся признаться в своем невежестве 1.

И все же здравое отношение к неопределенности не должно заходить столь далеко, как у Сократа, который, заявив, что он мудрее всех живых, добавил: «Я знаю, что я ничего не знаю». Конечно, наше знание о некоторых вещах очень определенное. Так, несмотря на то, что звезды внушают нам благоговение, мы знаем, что они будут светить вновь, как только день сменится ночью; нам известно, что деревья растут, если достаточно солнечного света, воды и воздуха; и хотя я не властен над смертью, сейчас я знаю, что жив — что настоящее действительно есть, и именно сейчас я знаю свои мысли и знаю, что я существую.

С точки зрения здравого смысла наше вездесущее и даже избирательное невежество реально. Нам надо согласиться с вещами, которые как доступны, так и недоступны нашему сознанию. В следующий раз, делая серьезный выбор, вместо того чтобы отнестись к нему со страхом (неизвестно, что произойдет в будущем, было в прошлом или происходит прямо сейчас), мы можем научиться относиться к нему с благоговением. В конце концов, мы сами — чудеса во плоти.

Упражнение: Просто идите вперед

Покойный Фил Стоун, один из пионеров позитивной психологии, был для меня больше чем учителем. Помимо того что он передал мне свои обширные познания в области гуманитарных наук, он никогда не жалел времени, чтобы помочь мне делом или советом. Он является для меня примером образцового учителя, каким я пытаюсь быть для своих студентов.

В 1999 году Фил взял меня с собой в город Линкольн, на первый в истории саммит, посвященный позитивной психологии. На второй день саммита выдалась типично сентябрьская погода — на небо набегали облака, дул теплый и приятный ветерок. После того как утренние доклады были сделаны, Фил сказал мне:

— Пойдем погуляем.

— Куда мы пойдем? — спросил я.

— Никуда, просто погуляем.

Это был один из самых важных уроков, который мне приходилось усваивать.

Выходите на прогулку, без особых намерений, просто чтобы расслабиться — насладиться богатством окружающего мира и оценить его. Просто остановитесь на минуту, чтобы ощутить ритм города, деревенский покой, морскую ширь или великолепие лесов. Пусть простая прогулка станет вашей повседневной привычкой.

Хелен Келлер рассказывает историю о своей подруге, которая только что вернулась с прогулки по лесу. Когда Келлер спросила ее об увиденном, она ответила: «Ничего особенного». Келлер пишет: «Я удивилась, как можно было гулять час по лесу и не увидеть ничего интересного. Я человек, который не может видеть, открыла сотни вещей: изящную симметрию листа, гладкую поверхность серебристой березы, грубую, жесткую кору сосны. Как слепой человек, я могу лишь намекнуть зрячим: пользуйтесь своим зрением, как если бы завтра вас сразила слепота. Слушайте музыку голосов, пение птиц, мощный звук струнного оркестра, как если бы завтра вас настигла глухота. Прикасайтесь к каждому предмету так, как если бы завтра пропало чувство осязания. Вдыхайте аромат цветов, смакуйте каждый кусочек, как если бы завтра вам суждено было лишиться чувства вкуса или обоняния. Берите у ваших чувств все, что они могут дать. Славьте все оттенки, радость и красоту, которую открывает вам мир.»