то и вышло шесть человек. Я был среди первых — чтобы показать личным примером, как нужно делать… Или хотя бы попытаться сделать, потому что утяжелители потянули вниз и, чтобы удержаться на средней линии пришлось использовать в четыре раза больше усилий.
Моим достижением было то, что ребята Кота сдались чуть раньше. Последний вынырнул, не доплыв до бортика трети пути. А я, с горящими легкими, всё-таки сумел добраться до противоположного конца бассейна и уже собрался было вынырнуть, как… Неожиданно осознал, что воздух мне как бы и не нужен!
То есть, он был нужен, вот только… Он начал поступать не через рот, а через поры кожи. Причем через те участки кожи, на которых я увидел синеватые оттенки. Такие проблески возникли, когда в меня выпустили Водяными Выстрелами.
Сперва я удивился, потом чуть запаниковал, но в итоге подавил панику и заставил себя развернуться, чтобы плыть обратно. Со мной явно творилось что-то не то, но что именно — это надо было выяснить вместе с сэнсэем Норобу.
Я плыл точно также, как Кот, не двигая руками и ногами, а только пользуясь инерцией тела.
Уже подплывая, я услышал сквозь толщу воды, как Кот говорит сэнсэю:
— А твой парень хорош! Я никогда не видел, чтобы моё упражнение повторили с первого раза.
Это было приятно, но вместе с тем, я всё ещё находился в недоумении относительно того, что на моем теле появились какие-то синеватые проблески. Впрочем, когда я вынырнул, то эти проблески исчезли, как будто их и не бывало.
А может они только мне почудились?
— Босс, это было круто, — сказал Киоси. — Дай я попробую?
— Да пожалуйста, — улыбнулся я в ответ. — Дорожка свободна.
— Изаму-кун, это действительно было круто, — кивнула Кацуми. — Не знаю — смогу ли я так, да ещё и с утяжелителями…
— Я верю в тебя, Кацуми-тян, — кивнул я одобряюще. — Ты справишься.
Никто так и не справился с упражнением точно также, как мы с Котом. Моих друзей затягивало на дно, они выныривали, отфыркивались, отплевывались. Кацуми доплыла до бортика, но там вынырнула, чтобы глотнуть воздуха. Ребята Кота старательно пытались плыть, но им тоже не хватало выдержки добраться туда и обратно.
— Ребята, вы хотели доплыть, заставляя мышцы работать всё время. Однако, это не совсем правильно. Это утомляет. Не все мышцы включаются одновременно. В мышцах проходят волны сокращения и расслабления одновременно. Умение расслаблять мышцы, которые не используются, сохраняет энергию и предотвращает утомление, — произнес Кот. — Ну что же, будем учиться…
К чести Кота, он оказался терпеливым учителем. Объяснял и показывал, как правильно нужно делать, чтобы проплыть дальше и меньше устать. В конце вечера каждый из учеников, даже шабутной Киоси, смогли повторить его трюк с плаванием под водой.
Я только присвистывал, глядя на подобные успехи. Ребята Кота по завершению тренировки спокойно оделись и покинули бассейн ровными рядами. Мои же двинулись вразвалочку, стряхнув с себя мокрые утяжелители. Как последнему, проделавшему тренировочный путь, Киоси пришлось тащить мешок.
Кацуми поблагодарила Кота и Норобу за отлично проведенное время и отправилась домой. Мы же двинулись на базу, а Кот с ребятами в детский дом.
Уже на базе, после ужина, когда большинство собралось в общей гостиной, произошла кульминация спора Малыша и Шакко.
Шакко спустилась с учебником и тетрадью Малыша и уселась в удобное кресло у окна. Она уставилась в телефон, явно просматривая какую-то социальную сеть. Зато через десять минут прискакал Малыш. Довольный, как слон после купания, он шлепнул заданием Шакко на столик и поднял руку вверх:
— Вот и всё! Я справился! Всего-то понадобилось тридцать минут!
— Да? Какой ты умница, — покачала головой Шакко. — А вот я только дату задания написала…
— Видишь, я доказал, что мужчина умнее! — Малыш обвел нас довольным взглядом. — Всего-то и надо было, чтобы напрячь чуточку извилины. А ты вон… ничего и сделать-то не успела! А ещё спорила! Говорила, что женщины умнее и хитрее! Да ни фига!
Малыш радовался, как ребенок, которому наконец-то подарили собаку. Он ещё до конца не понимал, почему на лицах сидящих мотоциклистов появляются улыбки.
— Да, признаю. Мужчина в самом деле умный и хитрый. Нам, женщинам, далеко до вас. Спасибо за сделанное домашнее задание, милый Малыш, — Шакко сунула ему в руки его тетрадь с учебником и похлопала по щеке. — Извини, что твоё сделать не успела. Я же глупая и тупая… А ты молодец. Ты умный!
Тут уже перестали сдерживаться находившиеся в гостиной молодые люди. Грянул такой хохот, что люстра покачнулась под потолком. Громче всех ржал Тигр. Он буквально упал на пол и начал кататься, дрыгая ногами и обхватив живот руками.
Под общий хохот Шакко горделиво удалилась, оставив Малыша смотреть на его тетрадь и учебник.
— Я же говорил, что обманет, — хлопнул я его по плечу. — Вот и заставила сделать за себя домашнюю работу.
Он как будто очнулся, обвел вокруг взглядом, а потом улыбнулся:
— Зато она назвала меня милым!
Глава 17
Вечером сэнсэй зашел ко мне в комнату. Он всегда это делал без стука, будучи уверенным, что я всегда его жду и всегда рад видеть. Я ещё не улегся спать и пялился в телефон на очередную серию анимешного сериала, валяясь на футоне. Герой сериала — мальчик-сирота, обучался боевым искусствам и вместе с тем познавал окружающий мир. Чем-то походил на меня.
— Здарова, атец! Не спится в ночь глухую? — взглянул я на сэнсэя.
Сэнсэй прошел по комнате туда-обратно, уселся возле стены, взглянул на меня и вздохнул:
— И давно у тебя это?
— Телефон? Вроде месяца три назад купил, — ответил я. — Но точно можно на чеке посмотреть.
— Не тупи, — одернул Норобу. — Я видел, как на твоей коже появлялись синие пятна. Это что?
— Ну вот, в своей комнате уже и потупить нельзя. Куда мы катимся?
— Тень, — с угрозой произнес сэнсэй.
— Ладно-ладно, мне просто нравится видеть, как ты злишься. Ты от этого начинаешь бородкой трясти, как козел перед морковкой.
— Я тебе сейчас ноги за ушами в узел завяжу.
— Всё-всё-всё, не надо вставать, — замахал я руками в ответ и посерьезнел. — Сам не знаю откуда взялось, но… В общем, когда на меня и Кацуми напали золотоглазые, то эта хрень помогла отразить Водные Выстрелы. Я уже думал, что мне хана пришла, когда синева выступила на коже и поймала все снаряды. А потом в бассейне проступила и дала возможность дышать под водой.
Сэнсэй вздохнул. Он помолчал, глядя в стену напротив, а после произнес:
— Это родовая
