Читаем без скачивания Современный Американский детектив - Рекс Стаут

— Правда? Вы в этом разбираетесь?

— Нет. Но как здешний охранник я не рекомендовал бы вам оставлять такую вещь без присмотра.

— Благодарю за совет, — сказала она без намека на благодарность и с минуту помолчала, прихлебывая из бокала.

— Я не хотела вам грубить, просто у меня голова кругом идет. — Она перегнулась ко мне через столик, изображая живейший интерес. — Давно вы занимаетесь охраной?

— Больше двадцати лет, если считать и те годы, что проработал в полиции.

— Вы были полицейским?

— Был.

— Тогда вы, наверное, можете мне помочь. Я попала в неприятную историю. Сейчас у меня нет настроения вам объяснять, как там и что, скажу только, что я пригласила некоего Сиднея Хэрроу приехать сюда со мной. Он уверил меня, что он частный сыщик, но оказалось, он занимался лишь розыском краденых автомобилей. Он скор на расправу. Чуть что, хватается за гаечный ключ. Да и вообще он человек опасный. — Она допила бокал и передернула плечами.

— Откуда вы знаете, что он опасен?

— Он едва не убил моего дружка. И за револьвер тоже чуть что хватается.

— Так, значит, у вас есть и дружок?

— Я только называю его так, — сказала она с усмешкой, — на самом деле мы с ним скорее как брат и сестра или отец и дочь, то есть, я хочу сказать, мать и сын, — усмешка сменилась жеманной улыбкой.

— Как его зовут?

— Это не имеет ни малейшего отношения к нашему разговору. Я вам это рассказала только потому, что Сидней Хэрроу едва не застрелил его вчера вечером.

— Где это происходило?

— Прямо перед домом моего дружка. Тут-то я и поняла, что Сидней человек необузданный и нам с ним не по пути. Фотография и прочие бумаги остались у него, но он ничего с ними не делает. А я боюсь пойти к нему и потребовать их обратно.

— И вы хотите поручить это мне?

— Возможно. Но пока я ничем не хочу себя связывать, — сказала она с апломбом дурехи, ничего не смыслящей в мужчинах и без конца попадающей из-за этого впросак.

— А что Хэрроу следовало делать с фотографией и бумагами?

— Разузнать кое-что, — сказала она осторожно. — Для этого я его и нанимала. Но я сделала большую глупость — заплатила ему вперед, и теперь он засел в мотеле и беспробудно пьет. Он уже два дня мне не звонил.

— В каком мотеле?

— В «Сансете», на побережье.

— Как вы связались с Хэрроу?

— И вовсе я с ним не связывалась. Один знакомый привел Хэрроу ко мне в гости на прошлой неделе. Он мне показался парнем энергичным, а я как раз такого и искала. — И, словно поднимая тост в память этой многообещающей встречи, она поднесла к губам бокал и слизала последние капли. — Хэрроу напомнил мне отца в молодости.

И она предалась приятным воспоминаниям об отце и Хэрроу. Но при ее переменчивом нраве такое настроение продержалось недолго. Глаза ее тут же потускнели — счастливые воспоминания были забыты. Она встала и направилась в кухню, но на полпути вдруг остановилась, словно натолкнувшись на невидимую стеклянную стену.

— Слишком много я пью, — сказала она, — и слишком много болтаю.

Оставив в кухне бокал, она вернулась в гостиную и подошла ко мне. Глаза у нее были несчастные, она смотрела на меня подозрительно, словно видела во мне причину всех своих несчастий.

— А теперь уходите, хорошо? И забудьте о том, что я вам рассказала.

Я поблагодарил ее за выпивку, спустился на Ошен-бульвар и поехал к мотелю «Сансет».

Глава 5

Мотель занимал одно из зданий старой застройки в прибрежной части Пасифик-Пойнта — внушительное двухэтажное строение из красного кирпича. Напротив мотеля, в бухте, шлюпки лежали на стапелях, как птицы с опущенными крыльями. Несколько «Капри» и «Сишеллов», подгоняемых январским ветерком, неслись по каналу.

Я оставил машину у мотеля и пошел в контору. Вежливая седая дама, смерив меня натренированным глазом, мигом определила мой возраст, вес, вероятный доход, возможный кредит, а также семейное положение. Она отрекомендовалась миссис Делонг. Я справился о Сиднее Хэрроу, и ее глаза не хуже бухгалтерской книги показали, как упал мой кредит.

— Мистер Хэрроу уехал.

— Когда?

— Вчера вечером. Вернее, ночью.

— Не заплатив по счету?

Глаза ее оживились:

— Значит, вы знаете мистера Хэрроу?

— Только по слухам.

— А вы не подскажете, как его отыскать? Он дал нам свой служебный адрес в Сан-Диего. Но там сказали, что он работал у них неполный день, что они не несут за него ответственности и не могут дать его домашний адрес, если у Хэрроу таковой и имеется, — она перевела дух. — Знай я, где он живет, я напустила бы на него полицию.

— Возможно, я смогу вам помочь.

— Это как же? — спросила она недоверчиво.

— Я частный сыщик и тоже разыскиваю Хэрроу. Его комнату уже убрали?

— Нет еще. Он оставил на двери табличку: «Просьба не беспокоить». Правда, он ее почти никогда не снимал. А я только недавно заметила, что его машины нет на стоянке, и открыла номер отмычкой. Хотите посмотреть его комнату?

— Очень не прочь. Кстати, миссис Делонг, пока не забыл: какой номер его машины?

Она заглянула в картотеку.

— KIT-994. Машина старая, с откидным верхом, бежевого цвета, заднее стекло разбито. Почему Хэрроу разыскивают?

— Пока не знаю.

— А вы в самом деле сыщик?

Я показал ей ксерокопию удостоверения, она успокоилась и, старательно записав мою фамилию и адрес, вручила ключ от комнаты Хэрроу.

— Номер двадцать один на втором этаже, вход со двора.

Поднявшись на несколько ступенек, я пошел по дорожке, огибающей здание мотеля. Еще со двора я заметил, что окна двадцать первого номера плотно задернуты шторами. Повернув ключ, я толкнул дверь. Из темной комнаты потянуло застоявшимся запахом табака. Я отдернул шторы — в комнату полился свет. На кровати явно не спали, хотя покрывало было скомкано, а сдвинутые к изголовью подушки примяты. На тумбочке у кровати, на обложке малоприличного фотожурнала стояла наполовину опорожненная бутылка хлебного виски.

Меня несколько удивило, что Хэрроу оставил бутылку недопитой. К тому же на полочке в ванной я увидел зубную щетку, тюбик пасты, трехдолларовую бритву, баночку бриллиантина и пульверизатор пряного одеколона под названием «Свинджеру». Похоже было, что Хэрроу либо собирался вернуться, либо уехал второпях. Второе вероятнее, подумал я, обнаружив в самом дальнем углу шкафа одинокий ботинок. Новехонький, узконосый, черного цвета итальянский ботинок на левую ногу. К нему б еще правый — и двадцати пяти долларов за пару не жаль. Но правого ботинка не было. Зато в процессе поисков на верхней полке шкафа под запасными одеялами я наткнулся на конверт. В нем лежала маленькая фотокарточка выпускника университета. Улыбающийся молодой человек на снимке очень напоминал мне Айрин Чалмерс; по всей вероятности, это был ее сын Ник. Догадка моя подтвердилась, когда я увидел на обороте конверта написанный карандашом адрес Чалмерсов: 2124, Пасифик-стрит. Я положил снимок в конверт и сунул его во внутренний карман пиджака, решив унести с собой.

Доложив миссис Делонг в общих чертах обстановку, я пересек улицу и направился в бухту. Шлюпки, зажатые в лабиринте, образованном плавучими доками, захлестывало волнами. Мне захотелось сесть в одну из них и уплыть далеко-далеко.

Знакомство с жизнью Сиднея Хэрроу плохо сказалось на мне. Слишком его жизнь походила на мою, в этом, наверное, и было все дело. Разъедающая душу тоска накатила нежданно, как туман.

Но ветер с океана развеял тоску: ветер почти всегда так на меня действовал. Я миновал порт, пересек асфальтовую пустыню автомобильных стоянок и вышел на пляж. Волны стеною обрушивались на берег, и мне вдруг показалось, что я могу убежать от прежней жизни.

Только никому это еще не удавалось. В конце пути меня ждал видавший виды бежевый «форд» с откидным верхом и выбитым задним стеклом. «Форд» стоял поодаль от других машин, на самом краю асфальта, его заносило песком. Просунув голову сквозь разбитое стекло, я увидел на заднем сиденье скрюченную фигуру — лицо человека было залито кровью. В нос мне ударил запах виски и «Свинджеру». Дверцы «форда» были открыты, ключи торчали в зажигании. Я чуть не поддался искушению открыть багажник. Однако вместо этого я сделал все, что положено в таких случаях. Я выехал за пределы лос-анджелесского округа, а местная полиция не терпела посягательств на свои территориальные привилегии. Отыскав ближайший телефон у подножия волнореза, в лавчонке «Все для рыболова», я позвонил в полицию. Потом вернулся к машине и стал ждать полицейских. Ветер швырял мне в лицо песок; на море вздымались грозные зеленые валы, а над ними, как некий сложный мобиль, подвешенный в небе, кружили чайки и крачки. Машина городской полиции, проскочив стоянку, затормозила рядом со мной.