- Тамми, я только хотел помочь, - примирительно начал он, едва Тамми выгрузила свои подарки на импровизированный стол. – Возможно, я ошибаюсь насчет твоего мужчины…
- Конечно, ошибаешься! - резко перебила его она. – Трэгг не такой. Он ни за что не причинил бы мне вреда. Это я его подвела, - с горечью сказала Тамми, - это из-за меня у него огромные проблемы и неприятности! - Как она ни старалась, слезы все равно вырвались наружу. Тамми яростно вытерла щеки и попыталась перевести разговор на другую тему, но Нортон ей не позволил.
- И, тем не менее, - настойчиво сказал он, - у тебя есть могущественный и очень сильный враг. Я уже говорил, что послать сюда четырех человек, чтобы убить тебя – удовольствие не из дешевых. Считаешь, что твой мужчина не мог этого сделать – хорошо, пусть так и будет, но тогда кто?
- Я думаю, - неуверенно сказала Тамми, - что, может, меня хотят убить, чтобы навредить Трэггу.
- И каким же образом твоя смерть навредит ему? – насмешливо спросил Нортон. – Да не просто смерть, а смерть с помощью таких сложных и запутанных ходов! Ты говоришь, что должна была отбывать наказание совсем в других условиях. Так вот так просто осужденного невозможно перебросить из одного места в другое. Чтобы подобное организовать надо стольких людей, отвечающих за исполнение приговора подкупить, что я даже не представляю, о каких суммах может идти речь! И для чего? Чтобы ты погибла в первый же день? Но ведь тебя можно было убить еще когда ты находилась в тюрьме или когда тебя из тюрьмы возили в суд… Прости, - быстро сказала Нортон, увидев, как побелела Тамми. Он раскаянно сжал ее руку, но было заметно, что он все еще продолжает думать о своих словах.
- Ничего, я вдруг вспомнила, как видела в фильмах, как расстреливают неугодных свидетелей у здания суда. Хорошо, что я не знала о том, что кому-то мешаю, иначе, сошла бы с ума от страха, она невесело усмехнулась, но Нортон ее не поддержал, он все еще продолжал прокручивать в уме известные факты, которые никак не желали кладываться в картину.
- Не понимаю, - с досадой сказал он. – Если мешал Трэгг, то проще было бы организовать его убийство или организовать провокацию, которая бы дискредитировала его. А так… А что ты такое страшное сотворила, что попала под суд?
- Да ничего я не творила! – с отчаянием ответила Тамми. – Я просто послала несколько сообщений своей подруге по электронной почте, но как-то так получилось, что в эти сообщения открыли канал, по которому ушла очень секретная и конфедециальная информация! Только и всего. Меня обвинили в краже этой информации. Трэгг встал на мою защиту. Благодаря ему я отделалась только шестью годами тюрьмы, с возможностью пересмотра приговора после трех лет отбывания наказания. А оказалась… здесь. – Тамми всхлипнула.
- Черт, - выругался Нортон. – Вообще ничего не понятно.
- Возможно, существуют какие-то обстоятельства, о которых никто не знает и не догадывается, - неуверенно предположила она. Нортон несколько мгновений обдумывал ее слова.
- Знаешь, что, - неожиданно попросил он, - может, ты мне расскажешь обо всем во всех подробностях, учитывая каждую мелочь, каждую деталь…
- Ты говоришь о моей работе у Трэгга? – уточнила она.
- Да, - кивнул Нортон головой. – Но не только о работе, мне кажется имеет смысл рассказать и о том, как начались твои отношения с Трэггом.
- А это еще зачем? – мгновенно окрысилась она, интуитивно почувствовав в своих словах угрозу для Трэгга.
- Тамми, - как можно мягче сказал Нортон, - я не прошу тебя говорить о интимных подробностях, я прошу лишь рассказать, как и при каких обстоятельствах начались ваши отношения… - увидев, что Тамми упрямо поджала губы, явно не собираясь ему ничего рассказывать, терпеливо объяснил: - Была бы ты мужчиной и , допустим, рассказала, что познакомилась с красивой девушкой в тот момент, когда вы ехали в лифте и внезапно в здании отключилась электроэнергия, и вы просидев рядом полчаса, начали встречаться, в этом случае можно было бы заподозрить умысел, заподозрить, что поломка лифта была подстроена, чтобы иметь возможность познакомиться поближе. В твоем случае таким «лифтом» является нападение на тебя, которое также позволило вам стать ближе друг к другу… я говорю об этих совсем неслучайных случайностях. - В ответ Тамми вполне искренне рассмеялась:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Нортон, - немного успокоившись сказала она, - сам подумай: я рядовая сотрудница, самого, что ни на есть рядового отдела, через который не проходит никакой важной информации… и босс, который в своих руках держит все секреты. Скороее уж речь должна идти о том, что это я использовала нашу связь, чтобы выведать секреты… - Тамми вдруг запнулась, и слезы снова покатились по щекам. Ведь именно в этом ее и обвинили. Нортон досадливо вздохнул, но отступать явно не собирался.
- Может и до этого нападения было что-то, на что ты просто не обратила внимание? – осторожно, но настойчиво сказал он. - Расскажи все с самого начала. Ну, например, с того момента, как ты узнала о фирме Трэгга и отправила ему свое резюме. – В ответ горестно вздохнула, явно не желая ничего говорить. Тамми и сама не понимала, почему она не хочет ничего рассказывать. Какое-то подсознательное чувство удерживало ее, мешая это сделать. Она словно ощущала, что рассказывать Нортону совсем не то же самое, что рассказывать адвокату или следователю, которые заранее были настроены против Тамми, хотя изо всех сил делали вид, что сочувствуют ей. С Нортоном ее рассказ будет совсем другим, и Тамми почему-то этого очень боялась.
Когда она разговаривала с представителями закона, то в основном отвечала на их вопросы, и ее ответы звучали так: «Да. Я звонила… Я не знала, что это нарушает правила конфиденциальности… Полностью признаю свою вину… Нет, он не знал». Разговор же с Нортоном будет намного более личным, каким-то интимным что ли, и Тамми это страшило. Но Нортон не отставал
Он буквально вывернул ее наизнанку, выспросив до мелочей не только о том инциденте, за который ее осудили, он заставил ее рассказать обо всем, что произошло за много-много дней до этого случая. А главное, он выпытал ее собственное мнение, заставил рассказать, как она видит все происшедшее, вынудил рассказать, о некоторых сомнениях, что не давали ей покоя, и о которых она никому не решалась говорить до этого.
- А тебя ничего не настораживало в ваших отношениях? – настырно выспрашивал Нортон. Тамми хотела сказать, что ничего, но запнулась и ненадолго замолчала. – Ага! – торжествующе закричал мужчина, - значит, в ваших отношениях было что-то такое, что тебе казалось странным?
- Не то чтобы странным, - неуверенно начала Тамми. Понимаешь, после того нападения на еня я думала, что мы начнем встречаться, но Трэгг постарается все держать в тайне и никоем случаем не афишировать наши отношения… Понимаешь, - неловко стала объяснять она, - в него влюблены все женщины, что находились рядом с ним, а их было немало, и многие из них были такими необыкновенными, что я и сама понимала, насколько не подхожу ему. – Тамми судорожно вздохнула, впервые произнеся слова, что постоянно маячили на краю ее сознания: - Я ему не подходила, - четко почти по слогам повторила она. – Не подходила ни по образованию, ни по воспитанию, ни по происхождению, ни по уму! – при последних словах ее голос истерически дрогнул.
- Зачем он выбрал тогда тебя? Влюбился? Как он себя вел, когда вы оставались наедине? Не мог нацеловаться? – Услышав эти слова Тамми быстро взглянула на Нортона, но он смотрел куда-то в сторону безразличным, равнодушным взглядом и только алеющие пятна на скулах, говорили, что это не так.
- Не буду я с тобой ничего обговаривать! И рассказывать больше ничего не буду, - закричала Тамми вскочив на ноги, возмущенная тем, что Нортон спрашивает о таких личных вещах. Но Нортон не отпустил ее. Он искренне попросил прощения за свою назойливость, грубость и бестактность, потом снова усадил Тамми на камень… и снова стал ее расспрашивать.
- Как Трэгг проявлял свое внимание к тебе до того нападения, - издалека начал он.
