компаниях есть руководители, пользующиеся доверием. Почему? Они держат слово. Следуют своим заявлениям. Не просто обещают блюсти интересы своих подчиненных, но делают это на практике. Не просто восхваляют справедливость, но поступают справедливо. Не просто советуют быть честными и цельными, но сами так живут.
Одной группе руководителей я дал следующую основу предложения: «Если я хочу, чтобы люди считали меня достойным доверия…» Вот типичные окончания: «Я должен держать свое слово», «Я должен быть беспристрастным в отношениях», «Я должен меньше говорить и больше делать», «Я должен придерживаться того, о чем заявляю», «Я должен защищать интересы своей команды», «Я должен быть последовательным». Любой руководитель, желающий стать достойным доверия, прекрасно знает, что для этого требуется.
Есть родители, которым доверяют их дети. Есть и другие, к которым у детей доверия нет. Почему? Принцип тот же самый: соответствие. Дети не всегда могут поделиться тем, что они знают. Но они знают.
КОГДА МЫ ПРЕДАЕМ СОБСТВЕННЫЕ КРИТЕРИИ
Чтобы разобраться, почему нарушения целостности наносят вред самооценке, давайте подумаем, с чем эти нарушения связаны. Если мои действия противоречат моральным ценностям кого-то другого, а не меня самого, я могу быть прав или неправ, но меня нельзя обвинить в том, что я предал собственные убеждения. Если же я поступаю так, как сам считаю неверным, если мои действия противоречат заявленным мной ценностям, тогда я поступаю против собственных суждений и предаю собственное мышление. Лицемерие по природе ослабляет эго. Разум отрицает сам себя. Нарушение целостности подрывает мои силы и отравляет самоощущение. Оно наносит мне такой ущерб, как ни один упрек или отторжение со стороны.
Предположим, я проповедую честность своим детям, но лгу друзьям и соседям. Возмущаюсь и негодую, когда люди не держат обещаний, данных мне, но забываю о собственных обещаниях другим. Заявляю о приоритете качества, а сам спокойно сбываю клиентам подпорченный товар. Продаю облигации, которые, как мне известно, должны упасть в цене, клиенту, доверяющему моему суждению. Обещаю, что учту идеи своих подчиненных, а сам уже принял решение. Обманываю коллегу и приписываю себе его достижения. Прошу других принести жертвы, говоря о трудных временах, а сам начисляю себе гигантскую премию. При этом я могу делать вид, что не замечаю собственного лицемерия, и приводить сколько угодно разумных объяснений, но факт остается фактом: я наношу своей самооценке такое оскорбление, какого не смоет ни одно оправдание.
Только я могу повысить себе самооценку – и точно так же ее уронить.
Величайший самообман – говорить себе: «Об этом знаю только я».
Только я знаю, что я лжец: только я знаю, что вел себя неэтично с людьми, которые мне доверяют; только я знаю, что не собирался держать обещание. А суть здесь такова: мое мнение о себе не важно, только мнение других принимается в расчет. Но когда речь заходит о самооценке, я должен больше бояться собственного суждения, чем мнения кого-то еще. Во внутренней «судебной палате» собственного разума в расчет принимается только мой собственный приговор. Мое эго, «я» в центре моего сознания и есть тот неумолимый судья, от которого не скрыться. Я могу избегать людей, которым известна обо мне унизительная правда. Но от себя не убежишь.
По большей части проблемы целостности, с которыми мы сталкиваемся, не столь уж велики, однако каждый наш сделанный когда-то выбор влияет на наше самоощущение.
Несколько лет назад мне довелось читать статью об одном ученом-медике с высокой репутацией, который, как выяснилось, много лет подделывал данные, получая один грант за другим и одну награду за другой. Подобное поведение не могло не стать катастрофой для его самооценки даже прежде, чем мошенничество было раскрыто. Он сознательно предпочел жить в нереальном мире, где его достижения и престиж тоже были нереальны. Он знал правду задолго до того, как ее узнали другие.
Мошенники такого рода, живущие ради иллюзорного представления о них в глазах других людей, чье мнение для них важнее истины, не могут обладать высокой самооценкой.
По большей части проблемы целостности, с которыми мы сталкиваемся, не столь уж велики, однако каждый наш сделанный когда-то выбор влияет на наше самоощущение.
Я веду еженедельные постоянные «группы самооценки» для людей, которые собираются с особой целью – повысить самоэффективность и самоуважение. Однажды я дал группе такую основу предложения: «Если я внесу в свою жизнь на 5 процентов больше целостности…» Вот какие окончания получились:
Я бы не молчал, когда люди совершают неприятные мне поступки.
Я бы не стал раздувать счет на представительские расходы.
Я бы честно сказала мужу, сколько стоили мои наряды.
Я бы заявила родителям, что не верю в Бога.
Я бы признался, что флиртую.
Я бы не заискивал перед теми, кто мне не нравится.
Я бы не смеялся над тупыми и вульгарными шутками.
Я бы прилагал к работе больше усилий.
Я бы больше помогал жене по хозяйству, как обещал.
Я бы говорил покупателям правду о товаре, который они покупают.
Я не говорил бы только то, что люди желают услышать.
Я не продал бы душу за популярность.
Я бы говорил «нет», когда хочу это сказать.
Я бы признал свою вину перед людьми, которых обидел.
Я бы возместил убытки.
Я бы держал обещания.
Я бы не изображал согласие.
Я бы не отрицал, что злюсь, когда бываю зол.
Я бы старался быть справедливее и не срывался бы с катушек.
Я бы признал, что люди мне помогают.
Я бы признавался перед детьми, когда бывал неправ.
Я бы не уносил канцтовары из офиса домой.
Легкость и быстрота реакции членов группы указывают, что такие проблемы не слишком глубоко залегают под «поверхностью» осознания, хотя по понятным мотивам люди стараются их избегать. (Одна из причин действенности метода завершения предложений – это его способность обходить многие блоки и отторжения.) Трагедия многих жизней состоит в том, что люди сильно недооценивают последствия и цену лицемерия и бесчестности, за которые приходится расплачиваться самооценкой. Они думают, что в худшем случае почувствуют легкий дискомфорт. На самом же деле душа принимает дозу яда.
ЧУВСТВО ВИНЫ
Суть вины, большой или малой, – моральные упреки в свой адрес. Я поступил неверно, хотя возможно было поступить по-иному. Вина всегда связана с выбором и ответственностью, и неважно, чувствуем ли мы ее сознательно или неосознанно. Но обязательно нужно отдавать себе отчет по поводу того, что в нашей власти, а что нет, что
