Читаем без скачивания Бах. Моцарт. Бетховен - Сергей Базунов

Вся жизнь этого великого музыканта и особенно его смерть дают яркую характеристику отношения людей к своим гениальным современникам. Отказывая им в должной оценке и уважении при жизни, современники сами себе воздвигают вечный памятник бесславия. Гении же, подобные Моцарту, не имеют надобности в том, чтобы люди напоминали о них ничтожными сооружениями из камня и металла; они сами себе воздвигают нерукотворные вечные памятники, и человечество не могло бы соорудить им более драгоценного, даже если бы вылило его из чистого золота.

ПАМЯТНИК МОЦАРТУ В ВЕНЕ. ФОТОГРАФИЯ СДЕЛАНА МЕЖДУ 1890–1900 ГГ.

По желанию многих коронованных особ и некоторых из богатых почитателей имени Моцарта фирмою «Брейткопф и Гертель» в Лейпциге начато было собрание всех сочинений, когда-либо им писанных, на что потребовалось более 7 лет. Теперь это большое предприятие окончено, и вот краткое извлечение из каталога, в котором одно перечисление названий занимает 16 страниц.

Музыка для пения: 15 месс, 7 литаний и вечерен, 31 маленькая духовная пьеса с оркестром, 3 кантаты, 2 оратории, 21 опера, 47 арий, дуэтов, терцетов и квартетов с оркестром, 40 различных романсов с фортепиано, 20 канонов.

Пьесы для оркестра: 41 симфония, 52 разные пьесы для оркестра, 24 сборника танцев, 20 концертов для различных инструментов с оркестром.

Музыка камерная: 9 квинтетов, 30 квартетов, 4 дуэта и трио.

Для фортепиано: 28 концертов, 11 квартетов, квинтетов и трио, 45 сонат для фортепиано и скрипки, 8 сонат в четыре руки, 21 соната и фантазия для фортепиано, 15 вариаций для фортепиано, 15 сонат для органа с другими инструментами, 53 неоконченные большие вещи, в том числе «Реквием».

Всего 580.

Вот тот незыблемый грандиозный храм, который воздвиг над своей могилой гениальный строитель.

«К нему не зарастет народная тропа» до тех пор, пока на земле не замрет последний звук музыки.

В заключение считаю не лишним сообщить некоторые сведения о ближайших родных Моцарта. Отец его окончил свою полезную, деятельную жизнь шестидесяти семи лет. Он и в старости обладал хорошим здоровьем и лишь за месяц до кончины чувствовал недомогание, от которого, впрочем, оправился. Смерть постигла его неожиданно 28 мая 1787 года, всего за несколько лет до преждевременной кончины его гениального сына.

Сестра Моцарта, Наннерль, подруга его младенческих лет и товарищ первых триумфов, всю жизнь провела в Зальцбурге, занимаясь преподаванием музыки, и уже немолодой, в 1784 году, вышла замуж за Бертольда Зонненбурга.

Вдова Моцарта еще долгие годы терпела нужду, но в 1809 году вышла вторично замуж за старого и преданного друга их дома, Ниссена, который обеспечил ее, усыновил двоих детей Моцарта, дал им образование и вместе с женой, собрав богатый биографический материал, заключавшийся в семейной переписке Моцартов, написал первую биографию своего покойного гениального друга.

Старший сын Моцарта, Карл, почти всю жизнь прожил в Италии и даже плохо говорил по-немецки; он был мелким чиновником государственного контроля. Обращение его отличалось необыкновенной простотой и скромностью. Младший сын, родившийся всего за полгода до смерти отца, посвятил себя музыке; но хотя он и назывался Вольфганг Амадей, однако с именем его отца на него не перешел его гений. Старший сын не был женат, младший тоже умер бездетным, и с ними прекратился род Моцартов.

Источники

1. «Новая биография Моцарта». А. Д. Улыбышева. (Перевод М. Чайковского с примечаниями г. Лароша. Изд. Юргенсона).

2. «Моцарт» Людвига Ноля.

3. «В. А. Моцарт» Отто Яна.

4. «История литературы фортепианной музыки». Курс А. Г. Рубинштейна. 1888–1889. Составитель Ц. Кюи.

5. «История музыки» Саккетти.

6. Каталог произведений Моцарта: «Mozart’s Werke». Издание Брейткопфа и Гертеля в Лейпциге.

Людвиг ван Бетховен. Его жизнь и музыкальная деятельность

Биографический очерк И. А. Давидова

Введение

Музыка как одно из непосредственнейших проявлений человеческого духа находится в тесной связи с различными фазисами его развития. Она является неотлучной спутницей человека, верной выразительницей его внутренней жизни на пути ее постепенного роста и представляет собой чуткий отзвук каждой эпохи, каждого народа, его религиозного мировоззрения, высоты его нравственного и умственного уровней.

В древности музыка, наряду с другими искусствами, составляла часть культа и всюду сопровождала важнейшие религиозные обряды и церемонии. Музыка Средних веков, сообразно общему духу этой эпохи, долго всецело и беззаветно служила религии, пока не обратилась в один из бесчисленных великолепных, но лишенных внутреннего содержания церковных обрядов того времени. Толчок, данный Реформацией, вернувшей христианство к его первоначальной искренности и простоте, вызвал к жизни и музыку как самостоятельное искусство. За время ее беззаветного служения церкви она окрепла и развилась, и теперь, когда внутреннее содержание заменило внешнюю обрядность, она должна была проявиться во всем своем величии. И действительно, на музыкальном небосклоне засияло двойное созвездие: Бах и Гендель – патриархи музыки. Усилившееся значение светской власти и то наивно-беззаботное, чистое отношение к жизни, которое пришло после периода неограниченного, сурового властительства церкви, отразились в классических творениях Гайдна и Моцарта.

Но человечество шло вперед; оно стремилось свободу своих религиозных верований распространить на весь свой нравственный мир. Великий подъем человеческого духа, характеризующий конец XVIII века, произвел переворот и в музыке: явился Бетховен. Он представляется истинным сыном своего века, выразителем веяний и стремлений своего времени.

Его бедная внешними событиями жизнь полна глубокого внутреннего содержания. Он вступил в нее неподготовленным и бедняком и до самой смерти не научился ни улучшить своего внешнего существования, ни примириться с его требованиями. Чтобы призвание Бетховена совершилось до конца, судьба окружила его полнейшим безмолвием, совершеннейшим одиночеством. И может быть, никогда полнее не выражалось соответствие между духовным призванием и обстоятельствами жизни, чем у Бетховена. Что сломило и уничтожило бы других, то его только укрепило и сделало свободным; однообразие внешней жизни, в котором заглохли бы другие, оживляло его и доставляло ему минуты высших радостей и высшего счастья; даже тот роковой недуг, который, как проклятие, тяготел бы над всяким другим музыкантом, убивая его внутренний мир, для Бетховена сделался как бы таинственным благословением на выполнение его призвания. Вся жизнь его была в искусстве. И мы понимаем по его произведениям, что он действительно имеет нам многое сказать, и притом про нас самих: то, что мы чувствуем и переживаем, он сам перечувствовал и пережил, и все наше счастье и страдание он сам испытал и глубже, и сильнее. Перед нами встает образ не только великого художника, но и человека выдающегося по своему внутреннему миру и силе воли. Он относился с одинаково глубокой серьезностью как к жизни, так и к искусству. Его жизнь составляет основу всей его деятельности: великий художник неотделим от великого человека.