Читаем без скачивания Год людоеда. Игры олигархов - Пётр Кожевников

— А кто ей толковал-то, не ты случайно? — Игорь лукаво посмотрел на милиционера. — Ладно, потом так потом! Нам бы сейчас с совершеннолетними управиться, а малолетки нам не опасны. Здесь важен момент наказания за преступление, совершенное именно против нас, против наших близких, друзей, а остальное нас как-то мало интересует. Правильно, генерал?

— В принципе, да. — Рамиз кивнул и сохранил услужливое выражение, хотя ему очень не нравилось, когда шеф называл его «генералом», он усматривал в этом иронию, если даже не издевку. — Их можно в любой день грохнуть, а взрослые враги, они сами все время напасть готовы.

— Ты не скажи, дружок, что этих балбесов никто не хватится! — зло молвила хозяйка. — Не забывай, пожалуйста, какие у них заступники существуют и сколько они мне, например, крови попортили. Одна эта журналистка с грудями-тыквами чего стоит! А этот полудурок со своей игрушечной рацией? А про Федора я уже и не говорю! Кстати, Кумир, Морошка тоже для нас может представлять определенную опасность, я думаю, они там все вместе про наши дела с детишками да с их квартирами копают. Да и Стас, я тебе доложу, еще тот правдоборец: и денег нет, и жена ушла, а жизнь его так ничему и не научила!

— Может быть, Ангел, но мы-то тоже на месте не стоим! — Игорь Семенович погладил сидящую вблизи женщину по плечу, облаченному в шелковый иранский халат. — Как только я на свой пост заберусь, я им всем кислород перекрою! На меня тогда не один Рамиз будет работать, а вся милиция и все фээсбэшники! Мы с тобой ни одного врага не оставим! Даже скучно будет, не с кем размяться! Итак, что у нас по Засыпному? Какая его ждет участь?

— Ну с этим конкурентом, как мы и договаривались, все в полном ажуре. — Капитан отхлебнул кофе и заел его шоколадной конфетой с ликером. — По вашей команде я извлек глухонемого из изолятора, и он готов к работе.

— Это очень хорошо! Ты даже не представляешь, дорогой мой, как это хорошо! Только ты предварительно объясни своему глухонемому, чтобы он хорошенько потерзал свою жертву: что-нибудь там отрезал, раскидал по кабинету. Смекаешь? Кто у нас сейчас самый модный герой? — Кумиров отодвинул пустую чашку из-под кофе, прищурился и сценически кашлянул. — А вот после того, как твой исполнитель все закончит, ты должен и от него избавиться. Понятно?

— Как это лучше сделать? — Милиционер наклонил голову, словно пытался получше расслышать своего собеседника. — У вас есть какие-нибудь пожелания?

— Ты хочешь, чтобы я тебя научил убивать? — развел руками, словно для дружеских объятий, Кумиров. — Я полагаю, что действовать надо по обстоятельствам. Но главное, чтобы он напоминал людоеда, на которого в нашем чудо-городе сейчас серьезная мода, и он, кстати, вполне мог бы стать одним из наиболее реальных претендентов на пост губернатора. Пусть все думают, что это не кто иной, как сам Людоед Питерский, захотел отведать директорских почек. Второй бесценный совет — больше огня: в нем навсегда исчезнут все улики!

— Я вас понял. А что с другими, Семеныч? Специалисты не требуются? — В руке Шалманбекова расцвела сиреневым дымом очередная сигарета.

Да пока вроде на всех хватает: князя должны убрать провинившиеся Мастино и Буль. Ты их, конечно, знаешь? Я их с Сашей в Финляндию отправлял, так они его прозевали, — пусть теперь искупают свою вину! Насчет Вадика Сидеромова я завтра похлопочу с Электриком. И с ним ты тоже должен быть знаком. С малолеткой есть определенные проблемы: он — сводный брат Борьки Следова, а этот блаженный такую вонь после его пропажи разведет, что тут и губернаторское кресло покачнется! — Игорь Семенович изучающе посмотрел на Рамиза. — Ну что с этим, что с другим, ты, пожалуй, прав, мы потом разберемся. Я вам, друзья, другое хочу поведать: мы должны будем и от этих исполнителей избавиться! Ты ведь находишься на заводе вполне легально: твоя территория, ты — участковый, — нет вопросов! Ну вот, и следом за Трошкой ты убираешь Никандрушку. Он уже хорошо пожил и много хороших дел сделал. Во всяком случае, по некоторым показателям он нас превзошел на несколько поколений! Сделаешь?

— А не много ли? — с неуверенностью в голосе спросил капитан. — Это у нас просто уже какая-то война получается! Эдак мы наподобие господина Скунса станем знаменитыми!

— Кстати, о Скунсе, — словно спохватился Кумиров. — Я тут думал-думал: а что, если нам с ним замириться?

— С ним? — вскрикнула, будто ужаленная, Ангелина. — Да ты что, уже забыл, что он и Вершка, и мою доченьку убил? С ним замириться?! Да я сама ему глотку перегрызу!

— Ну ладно, Ангел, не сердись на меня! С этим господином действительно сложнее всего разобраться. — Игорь еще раз погладил одноклассницу, потом подсел к ней поближе и обнял обеими руками за плечи. — За что же нас с тобой так припечатало? Просто в толк не возьму!

— Между прочим, у меня на этих Нетаковых дальний прицел имеется. Дениска-то вряд ли из больницы выберется: у него, говорят, кожи на теле вообще не осталось. Можно? — Рамиз мечтательно посмотрел на бутылку. Хозяйка гостеприимно кивнула, и он стал наполнять свой бокал. — В общем, малый, можно сказать, не в счет. А Трошку-Ленина мы, как уже договорились, к Засыпному приплюсуем. Вот и получается, что фатера бесхозной остается. Не сложно будет ее на кого-то из хороших людей оформить?

— __ Не-а! — выставил вперед лица свои крупные верхние зубы Кумиров. Зазвонил его мобильный телефон, и он менторски поднял левую ладонь, а правой поднес аппарат к уху: — Слушаю вас! Как пожар? Какой телевизор? Да на хер мне сейчас твой телевизор, ты мне скажи! Да пусть они себе показывают, — они и показывают потому, что у них такого дома никогда в жизни не будет! Что с домом? Сгорел? Совсем сгорел? Люди были? А чьи останки? Когда выяснят? Ладно, не трепись, зачитай мне сейчас все телефоны на пейджер и оцепи дом, чтобы там никто не шастал. А где была охрана? Вообще никого? Их останки? Да, ты умеешь порадовать! Ладно, жди, я сейчас приеду! Какие мосты? Навигация? Да ну ее в жопу, твою навигацию!

— Значит, так, дорогой, — со строгой улыбкой начал Игорь Семенович, оставшись с Шалманбековым наедине в «лексусе» цвета морской волны. — После решения заводских проблем у нас на очереди наша гостеприимная хозяюшка. Это твой главный поступок на пути к серьезной карьере. Понятно?

— Как? Да вы же с ней столько лет? Дел-то сколько общих! — Капитан силился изобразить недоумение, но Кумиров, кажется, понимал его притворство и продолжал улыбаться, словно его лицо было уже не способно иметь другое выражение. — Нас ведь моментом вычислят. Да и подряд столько дел? Может быть, есть возможность компромисса? То есть как-то подождать с этим решением?

— Если бы было можно подождать, я бы тебе, наверное, не давал задания. Ты понимаешь, что ее пасут и вот-вот захомутают? Думаешь, она будет обо всем молчать? Да она уже просто рехнулась от своих несчастий! Ну не выдержала баба, сошла с дистанции, — нам-то нужно дальше скакать! — Кандидат в губернаторы поднял правую руку к подбородку, зажал свою бородку и нервно повел руку вниз, словно отжимал растительность, столь искусно маскирующую его вдавленный подбородок. Повторив эту комбинацию несколько раз, Игорь обратил на капитана свои настороженные глаза: — Ну что, помощник губернатора, согласен?

— Послезавтра, да? — послушно спросил Рамиз Шалманбеков, насытив свой взгляд неотвратимостью судьбы. — А потом что?

А потом встретимся у меня в офисе и подведем итоги. — Кумиров величественно посмотрел через тонированное стекло на пустую ночную улицу. — Постарайся без стрельбы, чтобы это было похоже на заводскую расправу. Спишем все на людоеда, как на стихийное бедствие. Ты сам-то человечины никогда не пробовал? Да ладно тебе гримасничать, будто ты ее очень жалеешь! Она мне, кстати, уже давно все печенки проела, чтобы тебя поскорее убрать, а то ты больно много о всех наших делах знаешь. Не веришь — спроси ее перед смертью! Интересно, что она тебе ответит? Сможешь, запиши на диктофон или на камеру сними — потом вместе посмотрим!

Глава 23. Бои без правил

Несмотря на позднее время, клуб «Вечная мерзлота» был по-прежнему полон народу, казалось даже, что зрители все еще продолжают прибывать. Конечно, большинство любителей крутых зрелищ интересовал финал соревнований, в котором должны встретиться самые тяжелые бойцы этого дня. Предыдущие участники уже отработали свои, в основном кровавые, раунды и теперь расслаблялись за столиками с разгоряченными болельщиками или с приглянувшимися особами женского пола, понимающими толк в любовных качествах бойцов без правил.

— Уважаемые дамы и господа! Настало время представить вам гвоздь, а правильнее, наверное, все же выразиться, дюбель нашей программы — выступление супертяжеловесов! — многообещающе начал Нашатырь. — Вот они вообще-то уже как бы и следуют к месту своего, скажем, исторического сражения. Да, хочу вам честно признаться, у меня бы не вызвало никакого желания на старости лет схватиться с господином Тарановым и быть поверженным его могучими руками на борцовский ковер! С другой стороны, я вот сижу тут в мягком кресле и представляю, что бы со мной приключилось, если бы мне накатил слева да справа господин Уздечкин! Должен вас предупредить, будьте осторожней: эти ребята не на шутку распалены и к ним сейчас лучше не заводиться! В красный угол, как вы, наверное, уже успели рассмотреть, направляется боец в трусах одноименного цвета, это знаменитый единоборец, это, можно сказать, чемпион соревнований под девизом «Бей своих, чтоб чужие боялись!», это участник ровно тридцати боев без правил, двадцать восемь из которых он выиграл, причем одиннадцать из них — сокрушительным нокаутом! Перед вами — сам Дмитрий Таранов по кличке Таран! Что ж, при такой фигуре и таком стиле боя, когда противник оказывается выброшенным на судейский стол, это прозвище, надо сказать, в данном случае вполне уместно!