княгиня, обмахиваясь веером. – Уверяю вас, я ценю все, что вы для меня сделали, и умею быть благодарной. Теперь я предана вам навеки и готова пойти с вами даже в ад! А если потребуется, даже покажу туда дорогу.
Оба весело расхохотались.
– К тому же мои навыки могут быть вам чрезвычайно полезны, – добавила княгиня Щергина.
Она слегка встряхнула веером, и из тонких планок выдвинулись острые блестящие иглы, каждая около десяти сантиметров длиной. Княгиня размахнулась и метнула веер. Вращаясь в воздухе, подобно бумерангу, он пронесся по гостиной и вонзился иглами в стену над камином. Княгиня довольно усмехнулась:
– Старые способности и правда возвращаются.
– И я очень этому рад, – сказал Ипполит Германович. – Но расскажите, как вас угораздило лишиться жизни?
– Всему виной как раз мои особые навыки, – с сожалением вздохнула княгиня. – Вы ведь помните, чем славилась моя семья?
– Род профессиональных отравителей, – мгновенно ответил Бестужев. – Я помню, что никто лучше вас не разбирался в ядах и отравлениях. Каждая игла в вашем веере источает особый яд, а все рецепты разработаны членами вашего замечательного семейства. Вы – последняя в роду Щергиных, и иногда даже боссы криминального мира Санкт-Эринбурга обращались к вам за вашими специфическими услугами.
– Вам действительно многое обо мне известно. Я польщена, Ипполит Германович. Считайте, что оказание подобного рода услуг и привело меня к гибели. Я потеряла бдительность, стала несколько беспечной и поплатилась за это. Впредь буду осторожнее. Не каждому выпадает шанс начать все сначала.
– Ваши услуги будут нам полезны, я в этом просто уверен. Но что там с Марией Гольданской?
– Гольданская… – Княгиня задумалась. – Сколько ее помню, она всегда была не слишком общительной, я бы даже сказала, нелюдимой. Со мной она общалась лишь потому, что хорошо знала мою мать. Мария всегда увлекалась черной магией, и у нее были впечатляющие способности. Настоящие, а не дешевые трюки наших шарлатанов из дворянского собрания. Однажды в моем присутствии она оживила фарфоровую куклу, заставив ее ковылять по столу, а затем с такой же легкостью лишила ее жизни. Мария своими руками мастерила все эти жуткие игрушки для своего магазина, и у нее были свои постоянные покупатели. Коллекционеры всего необычного. Помимо всего прочего, у нее была страсть к старинным антикварным зеркалам. В подсобке ее магазина всегда стояло три больших мутных зеркала в человеческий рост.
– Именно это меня особенно интересует, – заволновался Ипполит Германович. – Мы привезли эти зеркала сюда, сейчас они хранятся в подвале особняка. Но ответьте, помимо кукол и зеркал, Гольданская хранила у себя какие-нибудь артефакты? Необычные предметы, связанные с оккультизмом?
– Я поняла, к чему вы ведете, – улыбнулась Ольга Эдуардовна. – Кое-что у нее действительно было. Я видела этот предмет лишь раз. Однажды я зашла в служебное помещение при магазине Гольданской. Мария была там, она как раз держала его в руке. Увидев меня, она перепугалась и тут же спрятала его в сейф. Я, конечно, сделала вид, что ничего не заметила, и не стала задавать лишних вопросов. Но, думаю, она на это не купилась. С тех пор наши отношения начали потихоньку остывать, и мы все больше отдалялись друг от друга.
– Что это был за предмет?
– Да вы ведь уже и сами догадались, председатель. Небольшой хрустальный куб, покрытый загадочными иероглифами.
Ипполита Германовича прошиб холодный пот.
– Размером примерно десять на десять сантиметров, очень изысканная старинная вещица, – продолжила княгиня.
– Вот такая? – Бестужев подошел к своему сейфу и извлек наружу обскурум.
– Точно! – кивнула княгиня Щергина. – Очень на него похож. Только символы на гранях, насколько я помню, были несколько иные. Понятия не имела, что их несколько. Это коллекционный экземпляр?
– Вы правы. – Ипполит Германович вытащил из кармана большой носовой платок и промокнул взмокший лоб. – Из одной очень древней и весьма дорогостоящей коллекции. Интересно, куда подевался ее обскурум? После исчезновения Гольданской мы тщательно обыскали дом и магазин, но хрустального куба нигде не было.
– Возможно, она забрала его с собой, – предположила Ольга Эдуардовна.
– Куда?
– Куда бы ни отправилась. Она ведь частенько исчезала без всякого предупреждения, но потом всегда появлялась вновь.
– Видимо, не в этот раз, – вздохнул Ипполит Германович. – Ее магазин пустует уже несколько месяцев!
– Думаю, она поняла, что ее личность вызвала подозрительный интерес у Клуба Калиостро, и сбежала, прихватив с собой все самое ценное.
– Дорого бы я дал, чтобы отыскать ее! – злобно пробормотал Бестужев. – Ну а пока спасибо и на этом, княгиня. Вы мне очень помогли!
– Мне известны многие вещи, Ипполит Германович, – вкрадчиво сказала княгиня Щергина. – Не только о Марии Гольданской, но и о других участниках дворянского собрания. Обо всем, что творилось в Клубе Калиостро во время вашего отсутствия. Мои прежние ошибки стоили мне жизни, но теперь все будет иначе. Я готова сотрудничать, и на этот раз исключительно на ваших условиях.
– Очень рад слышать, дорогая княгиня. – Ипполит Германович почтительно склонил голову. – Иногда смерть – это не конец, а лишь прекрасное начало. Думаю, мы с вами будем друг другу весьма полезны.
Ольга Эдуардовна подошла к камину, выдернула из стены свой веер и со щелчком сложила его.
– Уверена в этом, – согласилась она.
Глава 24
Старые колодцы
– И что теперь, пойдем к Куприянову? – осведомилась Агата, когда они с Денисом вышли от Татьяны Евгеньевны.
– Хочешь пообщаться с бывшим бандитом, про которого говорят, что он все еще поддерживает связи с местным криминалом? – Денис усмехнулся. – Успехов!
– Думаешь, он не захочет с нами беседовать? – Агата стянула с руки перчатку и слегка шевельнула пальцами. В ее ладони полыхнуло голубое пламя. – Я смогу его разговорить.
– Нисколько в этом не сомневаюсь. Но Бестужев просил нас соблюдать осторожность и не светить свои способности понапрасну. А общаться по доброй воле Куприянов, конечно же, не захочет. Предлагаю взять с собой Ипполита Германовича, предварительно все ему объяснив. Думаю, эти двое стоят друг друга. Бестужев сумеет найти с ним общий язык. Как говорится, рыбак рыбака…
– Где говорится? – не поняла Агата.
– Ты что, никогда не слышала этой пословицы? – удивился Чернокнижец.
– Нет…
– И все же, откуда ты к нам приехала?
– Не твоего ума дело, – послышалось в ответ. – Идем к Ипполиту Германовичу.
Агата и Денис вернулись в особняк, но там уже никого не оказалось. Лишь Лариса занималась уборкой на первом этаже, таская за собой большой пылесос. Увидев их, она состроила недовольную мину, но все же сообщила, что Ипполит Германович и его телохранители уехали на стройплощадку. Пришлось им отправиться туда же.
Пока они шли
