Вот и вся моя хваленая вундервафля. У того, который отбил удар, меч если даже и уступал моему, то очень ненамного. Такое впечатление было, что я врезал по каменной стене. Впрочем, у моего противника ощущения должны были быть похожие, даже более неприятные - я - то был сильнее. А вот второй рубанул меня со всей силы.
Кольчуга выдержала, и поддоспешник смягчил удар, так что обошлось, похоже, без переломов - мне эти ощущения хорошо знакомы. Однако все равно рука онемела, и меч со звоном запрыгал по каменному полу. Но до момента, как тело осознает боль, еще оставалась какая-то секунда, и я кувырнулся назад, одновременно вскидывая неповрежденную правую руку с зажатым в ней маузером.
Я, конечно, не первый меч в этом мире. Зато первый пистолет - точно! И не только первый, но и единственный, что, кстати, ничуть не ущемляет моих многочисленных достоинств. Таких, например, как умение стрелять. Два выстрела - два трупа, точнее, два полутрупа, но это ненадолго. Тому, который меня достал, пуля угодила в грудь, прикрытую кольчугой с укрепленными на ней стальными пластинами, проткнула одну из таких пластин, разворотила кольчужные кольца за ней, и бесформенным куском металла продолжила свой путь. Это я реконструирую, естественно, видеть такое просто невозможно. Однако позже, посмотрев на рану, я решил, что именно так все и было - уж больно жутко для такой маленькой пули выглядела рана.
Пробив стеганый поддоспешник (надо же, успел надеть - профессионал, уважаю) тяжелый сердечник угодил в тело, разорвал кожу и легко проник внутрь. Остановился он уже в одном из спинных ребер, раскрошив его, но не сумев вырваться наружу. Однако по дороге он успел сделать главное - в клочья разорвать аорту и тем самым поставить крест на карьере этого несомненно опасного противника. Даже удивительно, как он оставался живым еще несколько минут.
Второму повезло больше. Или меньше, но это уж с какой стороны посмотреть. Пуля попала ему в живот и, похоже, разворотила все внутренности. Против человека в доспехах бронебойная пуля работала куда эффективнее, чем против бездоспешного, и это радовало - значит, не зря старался, добывая такие патроны. Сейчас раненый лежал, скорчившись, на полу и даже не стонал - только скрипел зубами. Ну что же, есть, кому вопросы задать.
- Ну что, козел, рассказывай, кто здесь из ваших еще есть? - спросил я, стараясь держаться бодро, хотя в глазах темнело от боли. Рука быстро обретала чувствительность, но лучше бы она этого не делала. Сейчас ощущения были, мягко говоря, не очень приятными.
Куда послал меня раненый, приводить не буду - это не то что писать, слушать неприятно. Пришлось заняться делом грязным, но, тем не менее, необходимым. Если конкретно, я пару раз слегка стукнул его в живот, что вызвало новую вспышку ругани, но, тем не менее, развязало пленному язык. Результат меня вполне удовлетворил - пристрелив эту парочку, я остался единоличным хозяином замка, если не считать нескольких слуг, забившихся еще с вечера в свои комнатушки, да старого мага, медленно отдающего концы в своей комнате. Очень хорошо!
Я свернул раненому шею, что было с моей стороны жестом милосердия - с такими ранениями не выживают. Второй раненый к тому времени благополучно откинул коньки сам, без посторонней помощи. Очень замечательно, теперь можно было и своими проблемами заняться.
Изорванную куртку и кольчугу я стянул с трудом, поддоспешник и рубаху - тоже. Увиденное меня, честно говоря, не обрадовало. Рука в месте удара опухла и наливалась нездоровой синевой. Ощупав ее, я в силу своих невелики медицинских познаний сделал вывод, что перелома все же нет, зато ушиб получился знатный. Пальцы сгибались с трудом - отек пошел вниз, и они напоминали сардельки. Теперь надо было или отлеживаться, или снова сходить в туман. Если, конечно, меня туда пустят. И если то место будет лечить меня, как и прежде. В любом случае, следовало проверить, потому что на отлеживание времени не было. Но вначале все же я хотел сделать дело.
Из аптечки, которую я таскал во внутреннем кармане, можно было извлечь массу интересного. Еще бы - я взял за основу стандартную АИ-2 и творчески ее доработал. Сейчас мне нужен был промедол - хорошая штука, хотя и запрещенная к свободной продаже.
Вколов его, уже через минуту я почувствовал облегчение. Все-таки хорошая вещь - жаль, что нарики наши ее опошлили. Уже за одно это их слоило бы расстреливать, но это так, лирика. Главным было сейчас не заснуть, а то есть у промедола такое вот побочное действие, причем даже не знаю - из-за самого препарата, или из-за того, что ушла боль. Чтобы не заснуть вот в эти, первые минуты, надо было срочно на что-то отвлечься, поэтому я решил осмотреть трофейные мечи.
Клинки, кстати, были очень простыми, без какой-либо отделки, однако удар моего меча оставил на одном из них лишь небольшую зарубку, хотя, по идее, должен был перерубить его, как бумагу. Я отложил меч и задумался. Интересно девки пляшут, по четыре сразу в ряд - получается, я теряю свои преимущества с нереальной скоростью. Плохо, очень плохо. Теперь мне еще и придется гадать, не нарвусь ли я на противников с такими вот мечами.
Но кольчугу все же этот клинок прорубить не смог… Хорошо, что я не поддался в свое время на соблазн сделать кольчугу с короткими рукавами, как мне советовал один шибко продвинутый реконструктор, а сделал полноценную металлическую рубаху, да еще и рукава двойного плетения… или как это называется… в общем, в два слоя. Да еще и поддоспешник с длинными рукавами сделал, а не безрукавку, как многие. Получилось тяжелее, движения стали чуть скованнее, но при моей нынешней силе это не играло никакой роли. Зато надежнее. Надо мной, помню, посмеивались, но я банально прикинул, что руки - наиболее часто поражаемое место, и потому их надо беречь. Вот и пригодилось.
В этот момент меня чуть не убили еще раз. Хорошо, что я услышал за спиной шорох и мгновенно переместился. Дзен-н-нь! В щеку мне впились каменные крошки, а у самого лица блеснули четыре тонких и острых металлических зуба. В камень стены у самой моей головы ударились вилы, оружие простолюдина, не ставшее от этого менее опасным. Особенно для безоружного и бездоспешного.
Да-да, именно безоружного и бездоспешного. Все оружие, кроме ТТ, лежало у стены вместе с кольчугой, а сам ТТ был в застегнутой кобуре на бедре. Не услышь я приближение своего противника - и надел бы он меня на острия, как бабочку на булавку. В результате сейчас мне пришлось танцевать, уворачиваясь от ударов, с одной работающей рукой. А ведь мне и нужна то была несчастная пара секунд на то, чтобы расстегнуть кобуру и достать ствол. Мужик - здоровенный, толстый, хотя и бедно одетый - как будто чувствовал, что убивать меня надо до того, как я достану пистолет, и тыкал вилами с нереальной скоростью. При этом знать, что пистолет - оружие он не мог. Или мог? Помнится, у них боевые амулеты есть очень похожие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
