Тотчас один из сидевших рядом, весь обвешенный патронташами и револьверами здоровенный громила с квадратной небритой челюстью и ямочкой на подбородке, вскочил с места, схватил свою шляпу, подлетел к негру и стал этой шляпой с остервенением чистить ему ботинки. Негр прихлебывал пиво и кивал благосклонно.
Выпив пиво, он рыгнул на весь салун, отпихнул ногой громилу, шарахнул пустую бутылку об пол - только стекла жалобно зазвенели, - встал, опрокинул столик, пошел, пошатываясь, к выходу, по дороге перевернул еще один стол, остановился, обернулся, заорал: "Будьте здоровы, задницы!..", пнул дверь и был таков.
- А почему он не заплатил? - спросил Иван, когда к нему вернулся дар речи.
- Они никогда не платят, - буркнул бармен, утираясь грязным полотенцем.
- Да? - заинтересованно спросил Иван. - А кто же это?
Бармен пожал плечами.
- Да никто. Безработный, живет на пособие, пьянствует, попрошайничает, работать не может и не хочет...
-А как же... - ошарашенно начал Иван и умолк.
- Это наш долг, - с достоинством сказал бармен. - Долг общества перед аутсайдерами.
Иван посмотрел в окно на повешенного и, сказавши неопределенно: "Да-а...", залпом допил остаток виски.
Бармен вопросительно посмотрел на него. Иван кивнул.
- Наливай, - сказал он и, глядя, как стакан наполняется жидкостью цвета янтаря, добавил: - И рассказывай дальше. Бармен открыл было рот, но тут кто-то заорал на весь салун:
- Ба! Кого только здесь не встретишь!..
Иван вздохнул и посмотрел в сторону входа. Ну конечно: там стоял его двойник, верста коломенская. Руки в боки, шляпа на затылке, ремень с двумя револьверами чуть ли не на коленках, радостная улыбка до ушей. Иван невольно поморщился - неужели и он сам выглядит таким же идиотом? Нет уж, дудки: мне за ремень больше двух пальцев не просунешь, подумал он с некоторым удовлетворением.
- Всем привет! - По-прежнему улыбаясь, двойник направился к стойке. Билли, старый хрыч, как дела? Заведение, надеюсь, процветает?
- А как же, - солидно ответил бармен, без лишних просьб ставя на стойку такой же, как у Ивана, большой стакан и наливая туда виски. - Сам знаешь, мы лучше всех.
- Вы что, знакомы? - вполголоса спросил Иван у бармена.
- Конечно, - ответил тот рассеянно. - Он тут часто бывает.
"Ну и ну", - подумал Иван, приветливо улыбаясь своему двойнику.
Вслух он сказал:
- Давненько не виделись, дружище двойник. Как здоровьичко?
- А что мне сделается? - подмигнув, сказал двойник.
Он взял стакан, пробормотал: "Будем здоровы..." и, выдохнувши в сторону, влил в себя содержимое посуды, после чего зажмурился, помотал головой и поставил стакан на место.
- И без закуски? - участливо спросил Иван. - Огурчик бы сейчас солененький не помешал бы небось. Или гамбургер: какие здесь, право слово, соленые огурцы...
Двойник противно ухмыльнулся и хотел было что-то сказать, но его прервали.
- Привет, Билли! - раздался вдруг чей-то громкий веселый голос. - Налей-ка мне вечернюю порцию!..
К стойке подошел очередной негр - точная копия двух предыдущих. Иван даже не удосужился посмотреть в окно: и так было понятно, что первый из тройняшек места своего пребывания не сменил.
- Привет, - равнодушно улыбнулся бармен, наливая негру. Тот выпил, крякнул, бросил на стойку монетку, дружески кивнул бармену - тот спокойно кивнул в ответ - и неторопливо вышел из салуна. Никто не обратил на него никакого внимания.
Иван посмотрел на бармена.. Тот равнодушно протирал стойку.
Иван решил на всякий случай не расспрашивать о причинах странной амбивалентности отношения окружающих к совершенно одинаковым неграм.
- Так вот, - заговорил тем временем двойник, - по поводу еды. В разных местностях разные правила...
- Подожди, - перебил его Иван. Ему вдруг в голову пришла странная мысль-Успеешь еще рассказать... Послушай-ка, Билли, - обратился он к бармену, - а что, индейцы у вас тут появляются?
- Ты имеешь в виду в городе? - уточнил бармен. - Бывает такое, а как же. И в салун ко мне заходят другой раз. Только это не настоящие индейцы, понимаешь, а так- подделка...
- Как это - подделка?
- Гм... - сказал бармен. - Как бы тебе это объяснить... Понимаешь, во-первых, наш город - не то место, где они, настоящие индейцы, воины то есть, должны появляться, хоть здесь и находится центр мира... или миропорядка, ежели угодно. У них хватает и тех мест, где они чувствовали бы себя вполне комфортно и действительно находились бы там, где должны. Сюда они попадают или по ошибке, хотя, сам понимаешь, никаких ошибок здесь быть не может, или по каким-то делам... не знаю уж, по каким. Но бывают иногда и серьезные посещения, особенно когда приходят те, кто был до индейцев... или те индейцы, что чувствуют свою не-важность...
- Подожди, - ошеломленно проговорил Иван. - Что за бред ты несешь?..
- Трудно объяснить, - вздохнул бармен. Голос его неуловимо изменился, стал каким-то бесплотным. - Мы строим свой мир, основываясь на совершенно отличных от индейских позициях, и в принципе им нет места в нашем мире, как нам нет места в их. У нас различные цели и средства достижения этих целей. Благополучие человека, его место под солнцем, его обязанности и долг перед сущим мы представляем совершенно по-разному. Ничто не стоит на месте: мы пришли, чтобы сменить их, они сменили кого-то, кто был еще раньше. Но ничто не исчезает, и об этом тоже надо помнить...
Бармен замолчал. Ивану вдруг показалось, что воздух на мгновение затвердел, застыли и все окружающие, но вот мир дрогнул и поплыл в сторону, покачиваясь на волнах воображения. Лицо бармена, грустное и какое-то даже отрешенное, смазалось, потекло вбок, подернулось рябью и обрело новые черты. Иван хотел нервно хихикнуть - перед ним, невинно улыбаясь, стоял профессор, но не смог шевельнуть ни малейшим мускулом лица. Мир вокруг изменил свои краски. Только что он был серо-коричневым, затхлым, мглистым, в нем ползали унылые замшелые паразиты, озабоченные только одним - как бы сделать так, чтобы можно было много жрать и мало делать, и каждый искал свой уголок среди шершавых колючих зарослей, проход в беспечное мягкое нечто, очень личное и очень свое, при этом наглухо отгороженное от другого... и вдруг все стало Отдельным. Ярко-желтая земля, какая-то ухмыляющаяся собака, сидящая на задних лапах, тень от исполинской птицы... Иван очень хотел посмотреть, что это была за птица, но не смог ни поднять, ни повернуть головы...
- Что с тобой? - услышал он голос двойника, доносившийся будто бы из-под земли. - Перебрал, что ли?..
"Если бы", - хотел сказать Иван, но не смог. Во рту было сухо, тело сотрясала мелкая дрожь. Он попытался сглотнуть и закашлялся. Потом все-таки сумел поднять глаза.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
