— И как же… это нам поможет? — Недоверчиво прищурилась девушка, заставив Нэймана вновь обратить на себя внимание.
— Здесь… на моей земле действуют старые законы и король, и тем более его ублюдок Амделл обязаны считаться с этим хотят они того или нет. Потому, когда они явятся сюда, я могу затребовать права истинности намерений и тогда, вызвав драконыша на бой, даже если размозжу его голову о брусчатку, а после помочусь на его хладный труп, король вынужден будет оставить все как есть. Ну, а если Амделл убьет меня, то до вас ему будет уже не добраться, а значит вы будете в праве беспрепятственно вернуться домой.
В комнате повисла тяжелая тишина и только дрова в камине позволяли себе нарушать ее легким потрескиванием в жадном пламени.
— Вы что-то недоговариваете? — Спросила девушка, чувствуя, что что-то зловещее кроется за сосредоточенным взглядом, который остановил на ней этот здоровенный мужчина, которому и правда больше шло быть безродным разбойником, чем благородным дворянином. — Вы кажется что-то упоминали о жертве…
— Вам придется собственной честью подтвердить перед королем истинность моих намерений.
— Что? Что это значит? Я должна… соврать ему о чем-то?
— Нет, — печально улыбнулся Нэйман и, помедлив, подался вперед, по-прежнему смотря девушке прямо в глаза, — соврать в таком нельзя. Наши жизни теперь зависят от вас. И если вы пожелаете дать всем нам шанс на спасение, то Кассандра… вам придется стать моей женой. По-настоящему.
58
— Признайтесь, вы с самого начала именно это и задумали! — Развернулась к нему девушка только для того чтобы обвинительно выкрикнуть это в лицо, а после вновь, взмахнув подолом синего платья, заспешила вверх по лестнице.
Как бы Нэйман не пытался остановить ее и закончить разговор, она только быстрее удалялась. Быть может и стоило оставить ее сейчас одну, дать пережить это… вот только мужчине жизненно важно было услышать ответ. Не только потому что времени, вероятно, совсем не осталось, ведь его люди уже несколько дней томились в плену жестокого принца, но и потому… Что он должен был услышать от нее ответ. Сейчас. Иначе сердце могло выпрыгнуть из груди или разорваться в ней от бесконечного ожидания!
Вместе с тем что Нэйман не мог, в силу своего упрямства, вот так просто признаться Кассандре в своих истинных чувствах, он страстно желал найти их взаимными… и этот замкнутый круг заставлял его, точно привязанного следовать за ней по коридорам собственного замка, теряя лицо.
— Кассандра, да постойте же вы. Мы должны обсудить…
— Ничего я вам не должна!
— Куда вы идете?
— В свои покои, куда еще! Уберите свои руки! — Зло прошипела она, когда Нэйман попытался взять ее под локоть.
— Позвольте проводить вас, вы явно заблудились. Ваши покои в гостевом крыле, этажом ниже.
— Ох, вам не запутать меня! Я точно знаю, что иду правильно — туда, где вы наконец отвяжетесь от меня! Как вы вообще… да как вы могли предположить, что я и вы…
— Я так плох? — Горько усмехнулся мужчина и добавил почти со злобой. — И насколько же хуже для вас, чем Амделл?
На это девушка только яростно сверкнула на него глазами.
— Кассандра, я понимаю, что это решение во многом определит вашу судьбу. И я приму любой ваш ответ, но дайте мне по крайней мере объясниться перед вами и рассказать…
— Да что вы знаете о том, что мне пришлось пережить? Вы просите от меня жертвы, но я уже перенесла достаточно! Вы обманщик! Обманщик! Вы поклялись вернуть меня и Милти домой, а не… и вы сказали, что никогда не притронетесь ко мне!
— Я не всесилен, но вы вернетесь домой, если просто позволите мне…
— Я не желаю вас слушать и видеть больше не хочу! — Выкрикнула она, развернувшись у двери в его покои. Те, в которых они вместе провели минувшую ночь. — Пойдите вон! Оставьте меня!
— Не хочу вас расстраивать, миледи, но это не ваша спальня. — Ровным тоном ответил Нэйман, раскрасневшейся от гнева девушке.
— Еще чего? Конечно же моя! — Выпалила она и шагнув внутрь спешно заслонила за собой тяжелую дверь, вот только сапог мужчины, ловко поставленный между косяком и створой, не дал ей довершить дело до конца.
— Нет, не ваша.
— Уйдите же, я буду кричать!
— Кричите сколько хотите. Если не желаете слушать, то по крайней мере имейте совесть не отнимать у вашего покорного слуги его собственную постель.
Нэйман с усилием дернул на себя дверь, заставив девушку отпрянуть вглубь комнаты, а после, движимый странным чувством, смесью баловства и сладкого отмщения, захлопнул ее за собой и с усилием опустил тяжелый засов, заставив Кассандру за своей спиной шумно выдохнуть от возмущения.
— Да что вы себе позволяете, лорд Рид! — С издевкой выкрикнула она, попятившись к кровати. — Немедленно отоприте дверь и оставьте меня одну, если в вас осталась хоть толика чести вашего рода!
Мужчина недовольно нахмурился. Эта маленькая грубиянка могла сколько угодно проходится по нему самому, его толстой коже не привыкать к несправедливым обвинениям, но вот трогать честное имя его семьи она была не в праве.
Решив вовсе не отвечать на такую дерзость, Нэйман скинул пыльные сапоги и босяком прошествовал к камину, чтобы подкинуть дров. Утреннее солнце сменилось грозовыми тучами и погода с тех пор продолжала выхолаживать коридоры его замка ветрами, просачивавшимися сквозь щели. Пожалуй, шесть лет — слишком долгий срок для отсутствия и пора было заняться обязанностями лорда вплотную. Наладить не только быт и сбор податей, но также заткнуть все дыры в истосковавшемуся по хозяину родовом гнезде.
— Если вы лорд, то вы не посмеете! — Сквозь зубы прорычала Кассандра и, спешно скинув с себя платье, пока Рид был к ней спиной, нырнула под одеяло. — Это моя спальня, ступайте в свою!
— Здесь вы ошибаетесь, говорю же. — Ответил мужчина и принялся неторопливо стягивать с себя жилет и шелковую рубашку. — Это как раз-таки моя спальня. А ваша — этажом ниже, в гостевом крыле.
— Не может этого быть. — Прыснула девушка и жадно подтянула одеяло к подбородку. — Я точно помню, что с тех пор как вы притащили меня в эти развалины, я спала только здесь и ни где больше!
Нэйман аж замер на месте от такой наглости. Назвав его замок развалинами эта своенравная гостья совершенно перешла все границы! Если раньше он еще думал как-то поберечь ее чувства и просто припугнуть, чтобы впредь думала, как и с кем себя ведет, то теперь решил проучить как следует, невзирая на приличия.
Дергаными, резкими движениями, он расстегнул ремень на штанах и те, брякнув стальной бляшкой о каменный пол, моментально соскользнули с его ног, оставив лорда Рида совершенно обнаженным.
Увидев мужчину что называется, во плоти, Кассандра пискнула и с головой укрылась одеялом.
— Да как же можно так себя вести! — Продолжила она возмущаться уже из укрытия. — Немедленно! Немедленно оденьтесь!
— А то что? — Усмехнулся лорд Рид и для пущего эффекта расставил ноги и упер руки в бока, явив свое сильное, мускулистое тело во всей его мощи. — Вылезете из-под одеяла и вытолкаете меня отсюда, леди Фарвелл?
Кассандра лишь на мгновение выглянула, чтобы посмотреть наглецу в глаза и тут же спряталась обратно, вспыхнув от пальцев ног до кончиков ушей. Разумеется, стоило ей посмотреть на Нэймана, как взгляд сам собой спустился с глаз на темную растительность меж его расставленных ног, между которых свисал весьма внушительных размеров мужской орган.
Поняв, что добился своего и девушка смущена настолько, что и слова вымолвить не сможет, лорд Рид с победоносным видом прошествовал к кровати и спокойно улегся с другого ее края, потянув на себя одеяло ровно настолько, чтобы укрыться.
Попробовав вернуть его на место, но потерпев неудачу, Кассандра все же сдалась и, внимательно следя за тем чтобы Нэйман не обернулся, пока она вновь натягивает платье, бросила ему, как только завязала последнюю тесемку.
— Если бы я знала, что это ваши покои, так неужели бы я пришла сюда?!
