— Итак, — мастер Мун хлопнул в ладоши, — кидаем ножи.
…разумеется, он увернулся от всех. Нет, не так: он поймал все в полёте и, как ни в чём не бывало, уложил себе за пазуху.
— Что ж, — заключил он, вновь сводя руки вместе. — Все помнят о том, что я сказал — что мои команды должны встречаться не вопросами, а действием?..
Семь молчаливых кивков подтвердили это.
— Отлично, — он улыбнулся. — Тогда вот ваше первое и главное задание, основная цель всего вашего обучения, одна на всех семерых.
Небольшая пауза.
— Убейте меня.
…чего? Нет, кажется, этого она не ожидала.
* * *
Конечно, я не был бессмертным, в отличие от Виссариона. Но… я уже успел оценить силу этих семерых подростков, и варианта, в котором они справятся с заданием, не допускал. А к моменту, когда они окажутся в состоянии провернуть такой фокус, меня уже здесь не будет, так или иначе.
— Уточню, — внёс я своё главное отличие от учебного плана Виссариона, — убить меня должны именно вы. Просить помощи у кого-либо другого нельзя — только сами, своими силами.
Семеро учеников глядели на меня одинаковыми глазами по пять царских копеек и потрясённо молчали. Впрочем, нужно отдать им должное — вопросов не задавали.
— Каждый день, — продолжил я, — вы должны предпринять как минимум одну попытку убийства на всех. Действуйте в одиночку или коллективно, сбивайтесь в группы, продумывайте планы — решать вам. Способы не должны повторяться — это важно. И, конечно же, цена ошибки.
Я улыбнулся. Моей ценой ошибки был месяц взаперти. Что ж, здесь мне нужно что-нибудь более практичное.
— Каждый, кто провалит попытку или повторится в способе… Получает спарринг со мной. Учебную драку. Впрочем, будем честны: при разнице в моём и вашем уровне это будет скорее избиение.
Мир, где каждая победа приносит тебе силу. Мир, где всё напитано магией — в отличие от моего родного мира! Я половину ночи изучал Кодекс Силы, стараясь постичь принципы, по которым это работает — и, наконец, понял.
Кроме убийств, неплохой «подпиткой» являются страдания. Кровавые ритуалы, пытки, физические и психологические — всё берёт своё начало именно здесь.
А теперь вопрос на засыпку: что будет для учеников большей пыткой, чем очередная безнадёжная драка с учителем?
— Прошу прощения, — дисциплинированно подняла руку Чон Бэтами, — учитель… А что, если у кого-то из нас…
— Получится? — хмыкнул я. — Это вряд ли. Но если это всё-таки произойдёт — то мне останется лишь гордиться тем, что я хорошо вас выучил.
Я хлопнул в ладоши.
— Не стесняйтесь пытаться в любое время, без предупреждений и извинений. Неожиданность — ваш друг!.. Но помните о цене и о том, что истраченный впустую вариант уже нельзя будет повторить.
Я двадцать лет играл в эту игру с другой стороны. Может быть, я не был бессмертным, но я достаточно поднаторел в этом для того, чтобы теперь мне было даже слегка интересно — что же придумают мои ученики?
Глава 22
— Быстрее! — покрикивал я, бодро вышагивая впереди. — Не отставать, кто придёт последний — будет готовить обед для всей группы!
Пожалуй, готовить обед — далеко не самое тяжёлое наказание. Но это только на первый взгляд. Стоит учитывать, что все мои ученики — аристократия, знать от мозга костей, и готовка для них — унизительная, недостойная работа. Разумеется, после моих слов все переглянулись — и ускорили шаг.
Мы шествовали по петляющей холмистой дороге по направлению к месту моей недавней стычки со Светлыми. Ха!.. Какие же они всё-таки нежные, домашние фиалки. Ну, половина так точно. Плетутся так, будто мы на ногах уже целый день, хотя мы идём меньше часа.
Местность, на которой обосновался славный город Хончи, располагалась на лесистых холмах; в этом смысле дорога и правда была тяжела для тех, кто не привык к походам по природе — постоянные подъёмы, спуски, бесконечные выбоины и повороты. С другой стороны, всё это создавало городу какую-никакую естественную защиту на случай войны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В самом хвосте плелись братья Мо — старший, слегка пухлый, как для будущего воина, краснел и отдувался, младший вообще почти выдохся. Недалеко от них ушла и Дайе Нигай, чьи понты сильно превышали возможности.
За ними шагали Юнджи Арин и Тэмин Убин. К ним я почти не мог придраться — несмотря на то, что и девушке, и худосочному очкарику было явно тяжело шагать в таком темпе, они оба старательно и сосредоточенно выполняли команду, стараясь не показать слабости. Да уж, в мире, где слабость является причиной тебя прикончить, её лучше не демонстрировать, и они оба отлично знали это правило.
Быстрее всех шли Джиан Кан и Чон Бэтами. Мелкий граф, как мне казалось, просто красовался, рисуясь перед остальными, ну, а дочь военного… Похоже, она шла, не замечая своей скорости — отец позаботился о том, чтобы она была в форме.
Ну, и я, конечно же. Я шёл легко и упруго, быстро, даже не напрягаясь. Пешей ходьбой меня было не напугать — уж не после тех странствий, которые я испытал в мире Виссариона, добираясь до очередного артефакта или союзника. На моих губах играла улыбка, глаза уверенно смотрели вперёд, и я даже насвистывал мелодию какой-то попсовой песенки, услышанной пару дней назад, ещё в Питере. Слова её я бы не вспомнил, хоть убейте — а вот незамысловатый мотивчик вцепился в сознание намертво, как клещ.
У меня было отличное настроение.
Кто бы мог подумать, что это занятие будет приносить мне такое удовольствие? Изначально я рассматривал роль учителя как способ закрепиться в местном обществе, узнать побольше о способах вернуться домой, возможно, стать сильнее… Но я и сам бы удивился, если бы мне сказали, что это будет настолько приятно.
— Эй, в хвосте! — не сбавляя шага, я развернулся и махнул рукой отстающим. — Вы хотите на место к закату прийти?
— У-учитель! — громко выдохнул красный, как рак, Хёнсо Мо. — Мы стараемся…
— Вы стараетесь недостаточно.
— Мы же идём…
— Вы плетётесь, как улитки.
— Мы даже ещё не завтракали…
— Лично тебе, Мо, не помешала бы крепкая диета, — поставил я точку в этом споре.
Джиан хмыкнул на мои слова. Кажется, он был доволен тем, что сейчас идёт впереди — его самолюбие медленно исцелялось после случая с кинжалами. Ладно-ладно, сейчас вернём всё на круги своя.
Мостик, на который мы ступили, даже не был мостом в полном значении слова — так, скромные четыре досточки, перекинутые через тихо журчащий ручей, глубиной доходящий ребёнку до колена. Я на ходу оглянулся, глядя, как Джиан и Чон заходят на него…
Наверное, за то время, что они лежали тут, доски изрядно прогнили. Один мощный удар ногой — и опора выбита; оба подростка летят вниз, поднимая брызги воды. Секунды две молчания — и позади раздались тихие смешки.
— Учитель… — Джиан снова изумлённо воззрился на меня, сидя в воде и даже не пытаясь встать. Ничего-ничего, скоро они перестанут удивляться подобным вещам…
— Внимательность и осторожность, — отчеканил я, становясь прямо и заводя руки за спину. — Вот два главных пункта, которые обеспечат вам долгую и успешную жизнь. Будь это мост через реку поглубже — и вы бы уже тонули. Расслабился — пропустил удар. Расслабился — не заметил врага. Расслабился…
Я щёлкнул пальцами и ткнул в поднимающуюся Чон.
— Продолжи.
— Расслабился — эээ… Попал в ловушку? — с той текла вода, и девушке было сложно сосредоточиться на столь отвлечённых вещах.
— Сойдёт, — кивнул я. — Джиан, поднимайся. Продолжаем путь.
До нашей цели оставалось уже немного — всего каких-то полкилометра.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})* * *
После эпизода с ручьём Джиан чуть поотстал; не то, чтобы у него кончились силы — кажется, он просто не хотел, чтобы остальные таращились на его мокрые штаны и капающую вниз воду. Впрочем, от Юнджи всё равно не укрылось его злобное выражение лица.
Местный «золотой мальчик» был всерьёз недоволен происходящим.
