— Ты думаешь, граф ходил к своей жене через коридор?
— Что происходит? — спрашиваю насторожено, наблюдая, как Швецов закрывает все двери номера на ключ изнутри и приближается ко мне.
Разглядывает. Кажется серьезным, но глаза улыбаются, как у кота. Ослабляет идеально завязанный галстук, снимает его через голову и отбрасывает на кресло.
Внизу моего живота ухает от возбуждения, а по коже начинают разбегаться мурашки.
— Ты такая красивая, — хрипло шепчет Швецов, подойдя вплотную. Сначала осторожно касается корсета платья, а потом, исследовав его пальцами, сжимает талию и заглядывает мне в глаза. — Хочу тебя такой…
Впивается в мои губы поцелуем, слизывая всю помаду.
— Саша, — нервно и возбуждённо смеюсь я ему в ответ, — нас там ждут, там сотня человек, а у меня платье…
Он снова затыкает мой рот поцелуем и бесцеремонно начинает задирать фатиновые юбки.
— Нереальное у тебя просто платье, и ты в нем прекрасна, — рычит Швецов, — но кое-чего не хватает, — он резко разворачивает меня к себе спиной, — поставь ручки на комод.
— Я сгорю со стыда, Саша, — послушно исполняю его требование и постанываю от поцелуев по шее и плечам. — Саша, все поймут… Я так не могу.
— О…, хочу твоих красных щёчек, — шепчет он, прикусывая жемчужную сережку вместе с мочкой.
Я со стоном оседаю и крепче стискиваю руками комод.
— Саша…
— Хочу, чтобы пряталась в моих руках, Варя… — задыхается он от возбуждения. — Все утро думал, где тебя в платье поймать.
Как вообще можно отказать будущему мужу, когда он ТАК тебя хочет? Нет, это невозможно. Особенно ели будущий муж- Александр Швецов. Тело отзывается на его желание всегда безропотно.
— Ооо… — я нетерпеливо сжимаю бёдра, пока Саша расстёгивает брюки и сдвигает в сторону мои трусики.
Толчок его бёдер, мой несдержанный стон, и мы, задыхаясь от ощущений, начинаем двигаться навстречу друг другу. Швецов не отпускает мои губы. Я глухо вскрикиваю ему в рот на каждое вторжение в своё тело.
В дверь стучат. Мы угораем от пикантности ситуации. Мне даже хочется, чтобы кто-то зашёл и увидел нас со стороны. Это должно быть очень красиво. Саша в порыве страсти перехватывает меня за шею и врывается в рот пальцами, растягивая мне щеку.
— Хочу твой ротик вечером, — рычит в ухо, — чтобы ты была в платье, в фате на коленях передо мной. Моя маленькая…
Я взрываюсь оргазмом от этих пошлостей. Швецов очень быстро догоняет меня. Я чувствую, как его член увеличивается внутри, и в панике оглядываюсь, чтобы найти какой-нибудь халат или полотенце. Но уже в следующую секунду, когда Саша крепче перехватывает мои бёдра, понимаю, что они не потребуются. Я попалась.
Мысленно считаю дни цикла и хнычу.
— Какой же ты гад, Швецов.
Он зацеловывает меня. Плечи, шея, губы.
— Люблю тебя, маленькая. Пожалуйста, пусть будет…
Прикусываю ему в отместку губу.
На самом деле я уже не сильно против второго ребёнка. Саша очень хочет. Мне кажется, что он заслужил.
Ещё немного понежавшись, мы помогаем друг другу привести себя в порядок и снова расходимся по разным номерам, как порядочные жених и невеста.
В дверь снова раздаётся стук. Ещё сильнее, чем предыдущий.
— Невеста! — Слышу я голос организатора свадеб, — у вас все хорошо? Через две минуты выходим. Дочь ждёт вас внизу. Кормит Бонифация.
— Да! — Откликаюсь я. — Все в порядке!
Кто такой Бонифаций?
Я смотрю на себя в большое зеркало на стене и признаю, что любовь действительно красит женщину лучше профессионального макияжа. Глаза блестят, румянец, припухшие губы. Только прическа испорчена безнадёжно. Я вытаскиваю из неё шпильки и просто прикалываю на макушку фату.
Мне кажется, что так стало даже лучше. Нежнее.
Выходя на улицу к гостям, все равно страшно волнуюсь.
— Ну пойдём? — со вздохом смотрю на Марью, которая сидит на корточках в зелёной траве и тычет кусок ветчины в морду жирному, явно уже обожравшемуся рыжему коту.
— Котя не покушал, — вздыхает она и протягивает мне ладошку. — Вытри.
Перед нами с Машей длинная дорожка, усыпанная лепестками белых роз. По обе ее стороны на стульях в несколько рядов сидят гости. На их лицах улыбки, кажется, вполне искренние. Очень много охраны, потому что на торжество позвали только несколько проверенных журналистов. Желающих «облизать» наше торжество было сильно больше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Дочь крепко держит меня за руку и чинно держит пальчиками платье. Не знаю, кто ей это подсказал, но зрители действа в восторге.
Швецов уже ждёт нас возле красивой цветочной арки и смотрит на меня собственническим, нетерпеливым взглядом. Этот взгляд тоже стоит того, что было между нами.
В первых рядах гостей сидят самые близкие: Сашины сотрудники, несколько моих новых подруг с работы, наша с Машей бывшая соседка и, конечно, тетя Ира.
— Ты так медленно шла, — шепчет мне Саша, когда я ступаю на небольшую деревянную эстраду, — я думал, развернёшься и убежишь.
— Я ее держала, — совершено серьезно отчитывается ему Марья.
— Я на тебя рассчитывал, — улыбается ей Швецов. — Давайте начинать, — кивает работнице ЗАГСа.
Речь регистраторши про «в богатстве и бедности, здравии и в болезни» вызывает у меня улыбку. Кажется, это уже не наш коленкор. Мы с Сашей можем все.
— … А теперь можете обменяться кольцами, — с торжественной улыбкой завершает речь женщина.
Я опускаю глаза на подушечку и совершено неожиданно вижу на ней не два, а три кольца.
Саша первым берёт самое маленькое. На Машу?
И под удивленный ропот толпы он действительно опускается к дочери, а та, будто зная, что сейчас произойдёт, протягивает ему руку.
— Согласны ли вы, — на полном серьезе спрашивает у неё Саша, — стать Швецовой Марьей Александровной?
— Да, — кивает дочь и обнимает отца за шею.
Со всех сторон на нас налетают щёлкающие фотоаппараты.
Швецов встаёт и берет с подушечки мое кольцо.
— Если это посоветовали тебе сделать новые пиарщики, — с угрозой шиплю я ему, прикрываясь букетом. — Я не знаю, что с тобой сделаю …
— Варь, перестань, — качает он головой. — Маша просто спросила, как становится мужем и женой. Я объяснил. А потом она спросила, а как папами? Я не знал, как ещё объяснить ей то, что у неё сменится фамилия и отчество. По-моему хорошо вышло…
— Прости, — перебиваю его и подаю руку. — Надевай мне уже своё кольцо.
Саше кольцо мы надеваем с Марьей вместе. Я рыдаю.
Завтра рейтинг Швецова взлетит до небес. Интересно, а что будет, если я все-таки рожу ему сына?
