Врач после осмотра села за свой стол и несколько минут просто прожигала меня взглядом, я молчала. Боялась снова просить, ведь она и так меня услышала. Не знаю, что она увидела во мне, но в бумажке написала «Девственная плева не повреждена».
В тот же вечер, я встретилась с человеком, благодаря которому, я здесь.
Я смотрела на мужчину, сидящего передо мной, и не могла разобраться, что чувствую в этот момент. Конечно, дяденьку, который приносил мне игрушки, трепал мою кудрявую голову, и держал периодически на руках я узнала сразу. Даже несмотря на то, что он достаточно сильно изменился. Единственное, что я в детстве не знала его имени, для меня он был просто добрый дядя, что всегда меня баловал.
- У тебя хорошая память Василиса! – Чернов смотрел на меня исподлобья, явно понимая, что я его узнала.
Он, поставив локти на стол и сложил вместе руки.
Я промолчала, просто не нашла, что ему сказать. У меня были настолько противоречивые чувства, что слов нет совсем. Передо мной сидит лучший друг моего отца, я его помню очень хорошо. Даже не знаю, почему именно его так хорошо запомнила.
- Вы даже играли для меня деда мороза, когда мне было шесть, – наконец произношу я.
Станислав поднял уголок губ в ухмылке.
- Да, я тоже слишком хорошо помню тебя ребёнком, именно по этой причине не позволил парням развлекаться с тобой, и просто в бордель не могу тебя отдать. Да и судя по заключению врача, я могу очень и очень неплохо, заработать на тебе…
- В бордель жалко, а продать не жалко?
- Знаешь, поговорка есть, «Глаза не видят, сердце не болит» - Это бизнес Васенька.
- А оно у вас есть? Сердце, я имею введу – мужчина снова улыбается.
- Ты повзрослела Вася! И на маму, похоже не только внешне, но и темпераментом.
Я снова молчу.
- У каждого даже самого отбитого бандита есть слабые места. У твоего отца, это ты Василиса. Больше у него их нет! Я, честное слово искал, – последнее он проговорил с долей пренебрежения и лукавства. Ещё и этот жест, поднятые руки вверх, мол «сдаюсь».
Вот он передо мной, настоящий, друг моего отца. Возможно, моё сознания рисуют ложные картинки, ведь сейчас, я вспоминаю его и другую сторону. Почему-то помню его полный ненавистью взгляд, когда он смотрел на папу, в моменты, когда тот был занят чем-то другим. Дружеские рукопожатия и улыбки в глаза. И ненависть, и злоба за спиной папы. Притворства, лесть.
- Твой отец не хочет делиться. Ему всегда всё легко доставалось, и бизнес с Ахмедом, и уважение солидных людей, и женщины, – про женщин, он сказал чуть тише и с горечью в голосе.
Дольше я наблюдала, как Чернов подкурил сигарету и отстранённо о чём-то думал.
- Это из-за моей мамы???
- Иди Василиса! – резко и достаточно строго.
Мне повторять не нужно, я развернулась и вышла из кабинета Чернова. Это точно из-за мамы…
С самого утра нас начали готовить к аукциону. Нет, несомненно, всех девчонок красили, делали маникюр, педикюр и всё такое, но именно к нам троим было особое внимание. У меня на теле не очень много волос, они светлые и я их, не удаляла ни разу, поэтому депиляцию, первую в свое жизни, я перенесла очень болезненно.
У меня вообще болевой порок достаточно низкий и нечто такое, я едва ли смогла вытерпеть. Но когда мой образ был полностью закончен, девчонки бросали на меня завистливые взгляды, я же лишь мельком посмотрела в зеркало. Там всё равно не я была, а какая-то распутная блядь, прости Господи.
Нет, накрасили меня красиво, мои и без того немаленькие глаза, казались и вовсе огромные. На мне белоснежное нижние бельё и… всё!
Ну, если не считать тонкой, ажурной, совершенно прозрачной тюли, цвета морской волны, что девушка, наряжавшая меня, платьем обозвала. Оно было длинное, в пол, и к низу расклешенное из-за чего очень напоминало рыбий хвост. Волосы мои распустили, и у меня получился образ русалки. Лола, была викингом, ну правда, она очень красива и это компенсировало сполна её рост и широкую кость. Такая знаете, кровь с молоком. А Оксана была в откровенном сарафане, что так же ничего практически не скрывал. На голове кокошник, и образ у неё такой, в меру… В меру весёлый, в меру пошлый, хотя нет, пошлый не в меру. В общем, образ русской бабы смотрелся немного нелепо, и она очень сильно злилась. Кто-то из девчонок ещё пошутил, что не хватает коромысло с вёдрами. Несмотря на то, что, посмеявшись, девочки стали её утешать, мол, посмотри, какая ты красивая, и это правда, она действительно на куклу похожа, Оксана всё равно осталась недовольна.
Меня очень сильно трясло и я, не хотела выходить на сцену, но выбора не было, либо туда, либо вышвырнут на свалку, а перед этим пустят по кругу. Никаких намёков не было, ко мне подошёл охранник и сказал, напрямую, что это приказ Чернова.
Я спрашивала у Жанетт, что ждёт девушек, которых купили после того, как ими наиграются.
- Понятие не имею!
Я не смогу смириться с участью подстилки, но выбора нет. Я не могу ничего сделать. Я лишь надеюсь, что папа что-то придумает и заберет меня. А если всё же не сможет меня спасти. Пусть лучше, я тогда окажусь под одним извращенцем, чем под целой толпой. Я не переживу этого. Мои мысли всё чаще стали утекать в сторону того, что жить не хочется. Нервное перенапряжение, и усталость так хочется тишины и спокойствия, просто, чтобы меня никто не трогал.
- Я не поняла! Это что, Портовский? – в закулисье, перед сценой, на которую нас должны были выводить уже буквально через пару минут, началась суета. Девчонки все очень сильно напряглись, и я, потихоньку снова подошла к Жанетт, она вместе с остальными девочками должна, вроде как развлекать пришедших извращенцев, а их тут, вообще не мало.
- Что происходит Жанна?
- Ооо Василиска, лучше не спрашивай, Там Портовский, — Мерзкий слизняк – брезгливо скривив лицо, говорит с отвращением, — Собственной персоны, и он, сто процентов будет участвовать в аукционе, – то насколько нервно и взвинчена она это говорила, заставило меня задрожать ещё больше, – Он дважды покупал у нас девчонок, первая продержалась неделю, её изуродованное, истерзанное тело нашли на одной из свалок города. Вторая, продержалась три дня.
