Люди стали расходиться после неожиданного окончания состязания, но Роберт, вдохновленный победой, взял Лиззи за руку и повел к берегу озера. Патрик не мог спокойно смотреть, как другой мужчина ухаживает за ней, и хотел уйти, но одно слово остановило его.
— Эдинэмпл стоит у озера, очень похожего на это. Патрик похолодел. Эдинэмпл. Замок, построенный на развалинах древней крепости его семьи. Гнев охватил его, кипел внутри и искал выхода, пожирал его. Жаркий и страшный, он бился в его голове и шумел в ушах.
Голос Роберта доносился до него, каждое слово лишь сильнее разжигало пламя.
— Мне хотелось бы увезти вас туда. Мой отец всего несколько лет назад закончил строительство замка, он довольно красив. Хотя рука хозяйки ему не помешала бы.
Патрик решился. Лиззи с Робертом на земле Патрика — месте, где были убиты его родители, — это перенести невозможно.
«Если уж Кэмпбелл хочет это проклятое состязание, клянусь, он его получит».
С безрассудством, более характерным для его брата, и в гневе от отчаяния, проникшего, кажется, до мозга костей, Патрик взял лук и вернулся на линию, прочерченную на земле.
— Кэмпбелл. — Его голос прозвучал как удар грома и привлек взгляды окружающих.
Роберт удивленно обернулся.
— Вы ведь говорили — три выстрела, верно?
Кэмпбелл нахмурился и настороженно посмотрел на Патрика, чувствуя недоброе. Так оно и было.
— Да.
— Хорошо. — Патрик достал две стрелы из колчана. — Я все-таки сделаю третий выстрел. — Он осторожно вставил две стрелы в тетиву, прицелился и выпустил их — две одним выстрелом.
Он услышал, как все охнули, а потом замолчали, потрясенные.
— Вот это да! — изумился кто-то и в голосе его слышался благоговейный трепет.
Господи, какое приятное чувство. Необыкновенно приятное.
Лэрд Дан поспешил к дереву, остальные мужчины потянулись за ним. Только Лиззи, Патрик и его люди остались на месте. Сородичам Патрика и смотреть не нужно было — они и так все поняли. Они удовлетворены результатом и неважно, что будет потом. Если один из Макгрегоров побеждает Кэмпбелла — это всегда повод для ликования.
Лиззи, однако, как-то странно смотрела на него. Не удивленно, но вопросительно — как будто пытаясь что-то понять. Он встретился с ней взглядом и не отвел его. Пусть узнает правду. Он устал от лжи. Устал скрываться, устал оттого, что вынужден вести жизнь изгоя.
Поймет ли она? Если бы решение зависело только от него, он воспользовался бы шансом, но в ее руках были и другие жизни.
Толпа подошла к дереву. Раздались громкие восторженные крики, когда они все увидели. Две стрелы торчали по обе стороны от его первой стрелы.
Он победил.
Но какой ценой?
Глава 12
Это предстояло выяснить.
Роберт Кэмпбелл шел к Патрику с его стрелой. Патрик понял — Кэмпбелл злится, но еще больше его беспокоил оценивающий взгляд. Противник остановился перед ним, долго изучая его лицо.
— Вы победили, — наконец признал он.
Красив, отметил Патрик, даже в поражении. Сын Гленорхи доказал, что умеет достойно проигрывать. Черт, единственное, в чем мог упрекнуть его Патрик, то, что он сын Гленорхи. Проблема для любого Макгрегора, но не для девушки, ищущей хорошего мужа.
— В следующий раз я буду осторожнее выбирать слова. Роберт постучал стрелой по ладони.
— Удивительно. Такое я видел лишь однажды. Патрик сдержался, несмотря на возбуждение, и вежливо спросил:
— Когда же?
— Несколько лет назад я видел, как объявленный вне закона главарь Макгрегоров застрелил двоих одним выстрелом. Прозвище Стрела Гленлиона он получил не только за искусство в стрельбе из лука, но и за необычные трюки.
У Патрика ни один мускул не дрогнул при упоминании о кузене.
— Это не трюк, просто долгие часы упражнений. Я тоже видел искусство Макгрегора — тогда и подумал об этом.
Глаза у Кэмпбелла стали жесткими и непроницаемыми. Возможно, в нем все-таки есть частица от его бессердечного отца.
— Так вы знаете этого преступника?
Он подошел к опасной черте. Патрик решил, что лучше показаться откровенным и признать знакомство.
— Мы встречались. Мой лэрд несколько лет назад предоставил убежище ему и членам его клана.
Кэмпбелл задумчиво погладил подбородок.
— Да, вспоминаю. Я также помню, что этот Таллибардин защищал Макгрегоров, которых объявили вне закона.
— И в конце концов сильно пострадал за это, — напомнил Патрик. — Эту ошибку он больше не повторит.
— Хм. — Кэмпбелл покрутил стрелу в руках, потом поднес ее к глазам, изучая ствол и оперение.
Перья. Черт. Необычное оперение было такое же, как у его кузена. Патрик старался сохранять самообладание. Он заметил, что Финли подошел к ним сзади и внимательно прислушивался к разговору.
Наконец Кэмпбелл вернул стрелу Патрику.
— Говорят, у Макгрегора самые лучшие стрелы — он сам их делает.
— Неужели? — в меру удивился Патрик. Сердце у него заколотилось, он понимал, какое опасное направление принимает их разговор. — Значит, в этом мы похожи. Я тоже сам делаю стрелы.
Тут в разговор вмешалась Лиззи.
— На что вы намекаете, Роберт? Вы же не думаете, будто Патрик Мюррей имеет какое-нибудь отношение к этим мерзким людям?
Мерзкие люди. Он не вправе винить девушку после того, что натворил его брат, тем не менее отвращение, прозвучавшее в ее голосе, грызло его. Как она поступит, если узнает правду?
Сможет ли она принять его таким, какой он есть? Один из Макгрегоров. Человек вне закона. Этот вопрос он не отваживался никогда задать даже самому себе.
Кэмпбелл еще раз внимательно посмотрел на него, потом повернулся к Лиззи. Очевидно, ответ Патрика его удовлетворил.
— Простите, — сказал он. — Конечно, я не забыл, чем мы обязаны Мюррею. Я ценю его воинское искусство. — Лукавая улыбка тронула его губы. — Несмотря на то что проиграл состязание.
Лиззи немедленно ответила на его великодушные слова и принялась утешать его раненую гордость. — Но вы тоже очень хорошо показали себя. Я никогда еще не видела такой отличной стрельбы.
Черт побери, возмутился Патрик, глядя, как Лиззи обнимает за плечи соперника. Даже проиграв, Кэмпбелл умудрился обогнать его.
Группа всадников, возвращавшихся в замок, заметно притихла. Драматичное завершение состязания в стрельбе из лука, казалось, истощило их эмоции, то же произошло и с Лиззи.
Она не могла поверить в то, что совершил Патрик — выпустил две стрелы одним выстрелом, и обе предельно точно. Никогда еще она такого не видела.
С первой встречи Патрик Мюррей показался ей воплощением девичьей мечты. Романтический загадочный рыцарь, ворвавшийся в ее жизнь, чтобы сразить дракона. Ей хотелось верить в сказку, но ее прошлое заставляло быть осторожной. Способен ли Патрик полюбить ее, а не просто уложить в постель?
