сжал волосы на затылке. — Если Вику уволят, то и я тут с тобой загарать не собираюсь. Мы оба уйдем туда, где твой папочка не сможет подсуетиться. Поэтому включай свою предприимчивую головку лучше. — Лишь я, во время этой тирады, заметила в коридоре его благоверную. Тут же оскалилась и властно дотронулась до его ширинки. Промурлыкала:
— Может мне лучше включить твою головку, что здесь? — эротично облизалась, введя Бермуда в знакомый и мой любимый ступор. Пользуясь моментом, прильнула к мужским губам. Целовать получилось пару секунд, но потом в мои волосы снова вцепилась рука. Закричала от боли и инстинктивно последовала за хваткой.
— Вика! — слышу голос Геры, пока меня тащат, черт знает куда.
— Пусти, дура! Гера, помоги!
— Вик… Отпусти её, пожалуйста, — молебный голос бывшего.
— Ещё раз приблизишься к моему жениху — сниму скальп, сучка, — грозно прорычала кондитерша, прямо мне в ухо. Хватка тут же ушла, а я осела на пол. Оппонентка, бормоча проклятия и нелестные определения, стремительно уходила. Герман шёл за ней. Вот тряпка!
— Вик, погоди, — слышу его удаляющийся голос. — Всё не так было…
Да, беги, оправдывайся. Попотей немного. С чувством выполненого долга и маленькой победы поправила убитую причёску. Спасибо, хоть по лицу не била.
— Не устала ещё? — хихикала Элина, когда вновь делилась с ней своими приключениями с её братцем. — Наша семейка вся упрямая, но Гера самый крепкий орешек.
— Я хлеще. Я небезразлична твоему брату, — убеждала подругу. — Ты бы видела, как он смотрит на меня. Он — однолюб. Даже если та деревенщина ему нравится, то только на физическом уровне. Не факт, что когда он трахает её, то не видит в этот момент меня.
— Ты слишком высокого мнения о себе, Ликусь, — сестра Геры блаженно отпила коктейль и покачала головой. — Да, он любил тебя, как сумасшедший при чём, едва руки на себя не наложил, когда узнал о твоих развлечениях. Но он слишком живо всё помнит и ненавидит тебя теперь до безумия.
— Именно. Ненавидит! Потому до сих пор не смог вытравить меня из своего сердца. А кондитерша хреново ему помогает. Минус ей в копилку.
Элина разложилась в кресле и насмешливо смотрела на меня.
— Что с беременностью-то фальшивой делать собираешься? Через девять месяцев надо ребёнка выдавать, а ещё раньше начнутся вопросы. Будем воровать липовые животы в отделах для беременных?
— Я потом с этим разберусь, — раздраженно отмахнулась. — Выкидыш всегда можно состряпать. Если я с УЗИ справилась, то с потерей плода точно не оплошаю.
— Ну да, Илюшка рад с тобой покувыркаться в качестве оплаты.
— Это останется нашим маленьким секретом, — подмигнула подруге.
— Да, Ликусь, дошутимся мы с моим братцем. Предательства Герман никогда не прощает, — уверенно покачала головой Элина. — Уж я-то хорошо его знаю.
И вот тут меня вдруг осенило. Предательство!
— Кажется, я знаю, кто мне может подсобить, — улыбнулась победно.
Савва — рыжий красавчик, который не ускользнул и от моего женского внимания. Не знай я своего Геру, сказала бы, что Вика настоящая кретинка, если отказывает такому самцу. Но нет, Герман шикарен в сравнение с тобой, рыжик. Ничего личного.
Попробовав, однако, поговорить с ним, поняла что и этот мачо обычный тупой индюк и амёба.
— Ты что добрый самаритянин? — возмутилась, скривившись. — Мне нужен Герман, тебе твоя кондитерша. Мы оба будем в выигрыше!
— Считаешь, что я позволю тебе унизить Вику?! Играть на её чувствах?! — зелёные глаза парня почернели от злости. — Даже перед таким дерьмом, как твой Герочка?! Нет уж. Без меня.
— Чего вы все так перед ней течёте?! — возмутилась я. — Трахается что ли хорошо?! — Пожалела, что ляпнула. Кулак втесался в стену совсем рядом со мной. Испуганно вздрогнула, проследив место удара. На штукатурке осталась кровь мужчины. Сглотнула. — В следующий раз буду метить в тебя… Не посмотрю, что ты баба, — прорычал он, убивая взором и ушёл.
Ни хрена, себе! Общепит весь такой горячий?! Кажется, я испытала небольшой оргазм от этого альфа-самца. Но и у него в башке гребанная Вика.
Вика, Вика, Вика! Грохнуть бы тебя и дело с концом, но до мокрухи я ещё никогда не скатывалась. Восседать на нарах — не царское дело.
На данном этапе, у меня пока получалось вносить разлад в союз повара и кондитерши. Этим и кормилась. Рано или поздно кому-то из них крышу сорвёт, главное, чтобы не по мне…
— Детка, зачем тебе этот кухарёнок? — в который раз не понимал папа. — Его брат холост. Не Аполлон, но тоже неплохая партия для тебя. И папе своему бы подсобила в бизнесе.
— С Герой наша семья так же получит часть их семейного бизнеса, — махнула капризно рукой и обняла отца со спины.
— Ты лёгких путей не ищешь.
— Да. Но я уже не знаю, что придумать, папуль. Они понимают, что всё происходящее — мои интриги и реагируют соответственно. Мне бы к ним поближе. Так сказать, порыться в грязном белье.
— В дом твоего Германа устроилась работать племянница нашей кухарки, — задумчиво припоминал отец. — Света, кажется. Позолоти ей ручку и, думаю, она не откажет тебе в сотрудничестве. И уши, и глаза под боком Геры и его кондитерши.
— Папуля, ты, как всегда, лучший в мире мозг, — радостно сжала его в объятиях и расцеловала. — Я тебя так люблю!
— Всё для моего обажаемого ангелочка, — подобно большому старому коту замурлыкал мужчина.
Наконец, повезло. Светлана оказалась той ещё интриганткой и с удовольствием приняла моё предложение. Телефонные разговоры, беседы Вики с женихом, подругой, сестрой — всё это было теперь у меня, как на ладони. Поручив половину миссии холопам, погрузилась в обольщение бывшего.
Имея яркую внешность, не оставалась без мужского внимания, которое с удовольствием принимала. То и дело совали номера телефонов либо дарили цветы. Герман напряженно наблюдал за всем, но старался игнорировать.
Однажды, менеджер отеля, высокий и довольно милый Серёжа, уединился со мной на лестничной клетке, вполне настойчиво прося о свидании. Я, понимая, что это не в мою пользу, отнекивалась, продолжая флиртовать.
— Свалил! — вздрогнула от знакомого грозного баса.
— Не понял, — Сергей приподнял удивленно бровь.
— Дважды повторять не буду, — любимая синева глаз искрилась от молний гнева. Дёрнул меня за локоть и требовательно отодвинул от мужчины.
— Бермуд, у тебя свадьба на днях, — опешил менеджер, — а ты уже с другой бабой цацкаешься. Бедная Вика…
Договорить парню не дали. Гера вцепился в ворот его рубашки и притянул к себе.
— Сейчас будет бедный Серёжа! — прорычал Герман.
Я же в восторге и с гордостью наблюдала за своим мужчиной.
— Всё, всё… Понял! Остынь! — менеджер, сдаваясь поднял вверх
