который несколькими неделями ранее взял штурмом Лувье, был также ответственен за захват Шато-Гайяр, хотя не совсем ясно, был ли он сдан ему в результате измены или просто захвачен врасплох. Позднее двое мужчин были казнены, поскольку замок был захвачен "по их вине и недосмотру": Колин ле Франсуа, который нес ночную вахту, и англичанин Томас Сурич, который был женат на женщине из семьи ле Франсуа и в ту ночь отсутствовал без разрешения[315].
Уильям Бишоптон избежал казни, но дорого заплатил за свою "небрежность, беспечность или слабое сопротивление". Бедфорд заключил его в тюрьму в Руане на 32 недели и освободил только из сострадания, потому что Уильям стал терять зрение. Чтобы получить помилование, Бишоптону пришлось выплатить из своего кармана жалованье гарнизону за три месяца и штраф в размере 2.000 т.л. (116.667 ф.с.), который, должен был быть перечислен капитану Ле-Кротуа для покрытия расходов на зарплату гарнизона за шесть месяцев. Кроме того, Бишоптону пришлось заплатить Ла Гиру, который держал в заложниках его сына, огромный выкуп за собственную свободу, [316].
Наказание Бишоптона было столь суровым, потому что он потерял не только важный опорный пункт, но и одного из самых ценных пленников, мессира де Барбазана, который находился в замке в заключении с момента сдачи Мелёна Генриху V в 1420 году. Ла Гир освободил его, но когда Бишоптон с гарнизоном выходил из замка, Барбазан отозвал его и официально попросил освободить его от обязательств пленника, чтобы он мог снова взяться за оружие. Освободившись Барбазан сделал это с таким успехом, что Карл VII назначил его своим генерал-лейтенантом в Шампани, а через некоторое время после этого, с помощью монаха, который впустил его и его людей через ворота, он захватил Вильнев-ле-Руа у Перрине Гриссара, который едва избежал плена, лишь спрыгнув со стен и бежав обратно в Ла-Шарите[317].
Однако самым пагубным последствием неожиданного освобождения Барбазана стало время его освобождения. Англичане только что договорились обменять его на Толбота, который был захвачен в плен в битве при Пате, 18 июня 1429 года. Теперь эта сделка была невозможна, и в результате один из самых эффективных английских капитанов просидел в плену еще три года[318].
В Англии, в ответ на настойчивые мольбы Бедфорда, 6 ноября 1429 года, Генрих VI был коронован королем Англии. Церемония была проведена в Вестминстерском аббатстве кардиналом Бофортом и формально ознаменовала конец роли Глостера как протектора. Он по-прежнему оставался главным советником Англии, но бразды правления теперь, по крайней мере, официально, перешли к его племяннику. На практике, поскольку Генриху не исполнилось еще и 8-и лет, Совет оставался под контролем Глостера, а его обязанности и состав оставались неизменными. Из трех главных государственных чиновников Джон Кемп, архиепископ Йоркский, и Уолтер, лорд Хангерфорд, в 1426 году были назначены канцлером и казначеем соответственно, а Уильям Алнвик, епископ Норвичский, остался хранителем Тайной (Личной) королевской печати назначенным на эту должность вскоре после смерти Генриха V. Вместе с Глостером и Генри Чичеле, архиепископом Кентерберийским, они составили ядро Совета, обеспечив опытную и умелую преемственность управления[319].
В декабре Парламент выделил исключительно большую сумму: две целые субсидии, одна из которых должна была быть собрана 14 января 1430 года, что было необычно коротким сроком, а другая — 30 декабря 1430 года. Каждая субсидия выплачивалась из налога на движимое имущество по обычным ставкам: одна пятнадцатая часть в сельской местности и одна десятая часть в городах. От уплаты налога освобождались только те, у кого движимое имущество стоило менее 10 ш.[320].
Целью этих субсидий — первых английских субсидий на ведение войны за семь лет — было финансирование экспедиции во Францию, которая должна была вернуть все, что было потеряно после осады Орлеана, включая Реймс, и коронация Генриха в качестве короля Франции. В январе передовой отряд из 3.199 солдат пересек Ла-Манш под командованием кузена Генриха, Джона, бастарда герцога Кларенса, а в феврале для сопровождения короля было набрано еще 4.792 человека. Это была самая большая армия, отправленная во Францию во время правления Генриха VI, и она была необычной по двум параметрам: соотношение латников и лучников стало один к пяти, а не один к трем, что было обычной английской практикой, а контракты на службу заключались на год, вместо обычных шести месяцев. Вместе эти два войска представляли собой самые тяжелые обязательства Англии перед Францией со времен вторжения 1417 года.
Эти меры отражали масштаб предстоящей задачи, важность демонстрации богатства и власти, чтобы произвести впечатление на французских подданных Генриха, а также необходимость обеспечить ему подходящее содержание, двор и администрацию. Юного короля должны были сопровождать 22 пэра, включая 18-летнего герцога Йорка, совершавшего свой первый визит в королевство, которым он впоследствии будет управлять в качестве генерал-лейтенанта короля, и трех старших епископов, Бат-энд-Уэллса, Норвича и Эли. Более половины контрактов на службу, были заключены членами королевского двора, начиная с высших государственных чиновников и заканчивая менестрелями, капелланами и хирургами, но Джон Хэмптон, королевский мастер по снаряжению, также подписался отправиться с компанией из 89-и человек и получил 2.222 ф. 17 ш. 11 п. (1.17 млн. ф.с.) на приобретение артиллерии. (Он закупил в Кале две большие пушки, одна из которых весила 6.780 фунтов, другая — 7.022 и в знак уважения к юному королю меньшая была названа "Генрих")[321].
Также были предприняты все усилия для привлечения герцога Бургундского, чье присутствие на коронации должно было стать важным призывом к сплочению всех подданных, чья верность после коронации Карла VII поколебалась. 7 января 1430 года Филипп Бургундский женился на Изабелле Португальской, что было важным выбором, поскольку обе его предыдущие жены были арманьячками: Мишель (ум. 1422 г.), сестра Карла VII, и Бонне д'Артуа (ум. 1425 г.), чей первый муж был убит при Азенкуре. Изабелла была племянницей кардинала Бофорта и кузиной Генриха VI, с которым она провела месяц в Англии, прежде чем отправиться во Фландрию на свою свадьбу. Свадьба была отмечена обычными экстравагантными пирами, зрелищами и поединками на рыночной площади Брюгге, но также и более памятным событием — основанием нового рыцарского ордена, Ордена Золотого Руна. Основанный по примеру английского Ордена Подвязки, он должен был состоять из 24-х рыцарей безупречной репутации, благородного и законного происхождения из Бургундской державы[322].
12 февраля кардинал Бофорт, который последовал за своей племянницей во Фландрию, чтобы заручиться военной помощью герцога в предстоящей кампании, убедил его подписать контракт на службу молодому королю с 1.500 солдат в обмен на выплату 12.500 марок (4.38 млн. ф.с.). Через месяц графство Шампань было уступлено герцогу Бургундскому и его наследникам мужского пола, чтобы дать ему стимул отвоевать его у арманьяков, а один из его новых рыцарей Золотого Руна, Гуго де
