Все это было и остается очень далеким от распространенных во всем мире образовательных стандартов. Концепция обучения в MIGM представляла собой решительный отход от традиций, особенно в Японии, характерным для нее автократичным, подчеркивающим роль преподавателя стилем обучения, упором на механическое заучивание и поч-и одержимостью письменными тестами.
Когда в 1979 г. институт начал принимать заявления о приеме на первый курс, рассчитанный на 23 места, некоторые наблюдатели сомневались в том, что будет достаточно претендентов. Мацусита сказал, то им не стоит беспокоиться. Он обещал начать занятия даже с од-им студентом10. В том году общее количество подавших заявление MIGM составило 904[68]11.
Основу концепции института определили размышления Мацуситы о собственном жизненном опыте. Трудности, повторял он снова снова, могут оказаться полезными для воспитания характера, выработки мотивации, честной самооценки. Поэтому в обучении должны быть трудности. Студенты не будут жить в роскошных апартаментах их не будут пичкать заданиями и идеями. Они будут жить в скромной обстановке, много работать, принимать активное участие в составлении собственной программы обучения.
Поскольку он придавал особое значение в достижении успеха мотивации и решимости, прием в MIGM не должен был основываться только на интеллектуальных критериях, большую роль должна была играть оценка личных целей и побуждений. Ввиду значения, которое в условиях глобализации приобретало знание международных экономических аспектов, все студенты должны были пройти интернатуру за пределами Японии.
Основное внимание должно было уделяться познанию, а не преподаванию12. В его институте почти не было традиционных занятий в аудиториях, но большое внимание уделялось росту. Чтобы развить «ум сунао» и коммерческую ориентацию, студенты должны были проходить интернатуру (практику под руководством опытных наставников). Каждому предстояло общаться с другими людьми и изучать их, причем не только представителей элиты, но и рядовых граждан, научиться понимать их проблемы и сопереживать им. Каждый должен был иметь идеалы и смелые мечты, которые часто делают человека лидером, и, чтобы развить их, все студенты изучали жизнь и философию К. М.
Критики института постоянно задавали вопрос, не было ли его целью создание «культа Мацуситы»13. Однозначно ответить на этот вопрос нельзя. Неоспоримым является тот факт, что в то время, когда традиционная система образования подвергалась усиливающимся нападкам как в США, так и в Японии, институт предложил альтернативную модель, коренным образом отличающуюся от действующей.
История Хироясу Комине, окончившего двухгодичный курс MIGM, типична во многих отношениях14. Впервые он услыхал об институте, будучи студентом университета. Друг показал ему брошюру с фотографиями Мацуситы и студентов, работающих на заводе и на ферме. Список приглашенных лекторов включал известных в Японии людей, как из академической сферы, так и из других областей. Во время учебы в университете Комине встречал нескольких студентов MIGM и некоторое время работал вместе с ними в качестве волонтера во время избирательной кампании. На последнем курсе он подал заявление в MIGM.
Процесс поступления включал несколько тщательно разработанных этапов. Сначала Комине заполнил форму заявления, написал краткую биографию и небольшое сочинение о том, почему он хочет учиться институте, и прошел собеседование с сотрудником и одним из выпускников института. После этого он сдал экзамены по общеобразовательным предметам и английскому языку, затем еще один письменный экзамен и прошел вторую серию собеседований. Наконец он должен был встретиться с пятью членами институтского совета директоров. В результате он был отобран вместе с тринадцатью другими молоды-ш людьми из большого числа претендентов.
В апреле 1989 г. Комине поселился в спартанском общежитии MIGM. Еще во время поступления ему стало ясно, что это учебное заведение не похоже на другие, но последовавшая затем официальная церемония посвящения в студенты окончательно убедила его в этом. Вместо начала занятий Комине и другие участвовавшие в ней новоиспеченные претенденты должны были публично выступить и рассказать о своих надеждах и планах на будущее.
В первый месяц учебы в MIGM они знакомились с жизнью Коносуке Мацуситы и его философией. Люди, знавшие К. М., читали лекции, которые сопровождались изучением книг и статей. В мае профессор Токийского университета начал читать курс по экономике Японии. Одновременно студенты начали планировать самостоятельную работу.
В июне началась их первая интернатура. Комине поехал в город Карацу в префектуре Сага, где работал на металлургическом заводе Yoshida как простой рабочий. Цель, как было сказано ему и другим студентам, состояла в том, чтобы помочь им лучше познакомиться с жизнью большинства населения и узнать, что думают люди об обществе, политике Японии. По возвращении в MIGM Комине написал отчет и сделал to нему доклад.
В течение нескольких летних недель студенты обсуждали проблемы мировой экономики под руководством профессора Токийского университета. Затем с середины августа по октябрь у них была вторая интернатура, на этот раз в одной из азиатских стран. Комине отправился в Южную Корею, где работал в Pohang Steel Corporation, р начал с учебного центра этой корпорации, изучая саму компанию страну в целом, там же он прочитал лекцию о современной экономической истории Японии. Затем он отправился на завод и работал непосредственно на производстве. В конце октября, когда студенты вернулись из Тайваня, Сингапура, Таиланда, Малайзии, Индонезии и Южной Кореи, каждый из них сделал доклад о том, что ему удалось узнать.
В течение ноября профессор университета Цукуба читал курс по внутренней и международной политике, затем студенты изучали конкретные темы в небольших группах. Группа Комине занималась «технологической стратегией Японии». Его темой стала передача японской технологии другим странам, и в качестве анализа конкретной ситуации — состояние корейской экономики.
В январе большинство студентов в качестве волонтеров приняли участие в избирательной кампании, помогая выпускникам MIGM. Комине работал с кандидатом в Токио. В феврале студенты посетили Киото, чтобы взять уроки чайной церемонии у Великого Мастера. В это же время они начали подготовку к третьей и более длительной интернатуре. Комине выбрал содействие одному из выпускников MIGM в организации конференции, посвященной проблемам защиты окружающей среды, в которой приняли участие более 2000 человек, и занимался этим с мая по декабрь 1990 г.
Те, кто продолжал обучение на третьем, четвертом и пятом курсах, сосредоточивались на выполнении собственных проектов. Многие выбирали для этого работу в тех местах, где могли начать создавать базу для политической карьеры. Такие студенты проводили политические исследования, встречались с влиятельными людьми, создавали организации. Некоторые работали секретарями у политиков. Все они должны были писать ежемесячные отчеты для своих наставников в MIGM.
После окончания института большинство выпускников поддерживают с ним тесную связь. Они предлагают проекты для студентов, помогают друг другу в избирательных кампаниях. И надеются, по крайней мере некоторая их часть, изменить характер японской политики.
В 1982 г. трем студентам MIGM был задан вопрос: «Что самое трудное в институтской программе?»15
Кунихико Окада, выпускник Токийского университета: «Мы осуществляем процесс планирования собственного обучения, индивиду анализируем его. Мы отвечаем за принятые решения, за то, что делаем и что выполняем. Я думаю, что если бы нам давались конкретные задания, это было бы намного легче, но не столь продуктивно».
Сумийо Симояма, выпускница Токийского университета: «Мне было трудно составить свой план, поскольку нужно было учесть, как будушее японское общество воспримет в качестве лидера женщину. Я студент ка второго курса. Иногда мне кажется, что следовало бы специализироваться в той или иной конкретной области. Не удается каждый раз принимать верное решение и выбирать лучший вариант, неизбежны пробы и ошибки. Поэтому это очень трудно».
Тосихико Ёкоо, выпускник Университета Кейо: «Главная проблема для студентов в этом институте состоит в том, что нужно самим принимать решения. Как отметил г-н Окада, мы должны сами составлять учебный план и выбирать темы работ. Чтобы составить наилучшую программу, нам нужно было бы знать об обществе все. Но это невозможно. Мы стараемся встретиться со многими людьми, воспользоваться их мудростью и советами, но это тоже сложно. Даже составив подобную программу, мы нередко испытываем трудности, поскольку предъявляем к себе весьма высокие требования. Иногда мы, студенты, особенно те, кто поступил в институт в первый год его существования, называем себя „пионерами века“. Институт состоит из людей, которые экспериментируют. В каком-то смысле мы являемся пионерами общества».
