Читаем без скачивания Выйти замуж за Лешего (СИ) - Витко Ивето

— Мальчики, я буду по вам скучать! — с грустью констатировала растроганная честностью детей Веригодская.

— И я буду по Вам скучать, — деловито заявил Андрей, начав подниматься по ступенькам автобуса.

Гриша Завада не последовал за другом. Он вплотную подошёл к Оксане и тихо сказал:

— Мамка замуж выходит второго июля.

— Это же хорошо? — уточнила Веригодская.

— Я не знаю. Жить будем здесь, в Княжицах, — шептал ребёнок.

— Жених — Егор Кузьмичёв?

— Да. Приходил на выходных. Лего мне подарил. Огромное!

— Раз лего подарил, значит нужно ему шанс дать, — твёрдо постановила Оксана.

— И я так решил! — оживился Гришка. — Он ещё на охоту обещал меня взять.

— Хороший жених!

— Правда так думаете? — Григорий пытливо всматривался в лицо Оксаны, стараясь определить, на сколько искренне она говорит.

— У тебя другие мысли? — уточнила Веригодская.

— Нет. Вроде дядька Егор нормальный, только выпивает иногда, а кто не пьёт? — в словах Гришки отчётливо слышались отголоски речей Зины Завады, и Оксана в очередной раз подумала, что мальчик слишком сильно привязан к матери.

— Знаешь что, Григорий, — Веригодская присела перед своим воспитанником, — я рада переменам в твоей жизни. Хорошо, что ты в Княжицах будешь. Если какие проблемы по учёбе возникнут, то всегда приходи ко мне, и просто так забегай. Договорились?

Мальчишка кивнул.

— А летом можно заходить, когда с Потасовыми играть буду? — робко спросил он. — Вы же всё ещё у дядьки Тараса живёте. Это в одном доме с Потасовыми.

— Конечно можно, Григорий! Забегай ко мне любое время, — разрешила Оксана.

Гриша Завада, счастливо улыбнувшись, поспешил в автобус. Уже через минуту он вместе с Андреем Карасём и другими школьниками весело махал рукой Веригодской, которая в ответ улыбалась и интенсивно размахивала обеими руками.

Когда школьный автобус, выехав с парковки, медленно покатил по Княжицам, чтобы развезти Оксаниных воспитанников по домам. Веригодская отправилась в интернат, где вместе с бабой Машей и Данутой приготовила комнаты к летнему ремонту, после чего все трое вернулись в школу и заняли столик у окна в школьной столовой. За этим столиком они, непринуждённо беседуя, долго пили чай с выпечкой, оставшейся с прошедшей накануне вечеринки, а после тепло распрощались: няньки уходили в отпуск.

На следующий день Оксана забежала к Щуровой, чтобы сдать ключи от интерната. Взамен она получила ключи от кабинета химии и лаборантской.

Из кабинета директора Веригодская вышла в самом прекрасном настроении и с удивлением увидела бредущую по коридору Марию Ивановну Потасову.

— Баба Маша, что Вы в школе делаете? — расширила глаза Оксана. — У Вас ведь первый день отпуска!

— А ты что, Оксаночка Владимировна, здесь делаешь? У директора была? — баба Маша кивнула на дверь Щуровой.

— Ключ от кабинета химии получила, — пояснила Оксана.

— Точно-точно. Ты же вчера говорила, что теперь будешь наших лоботрясов химии учить! — хитро прищурилась Мария Ивановна и понизила голос. — Сразу понятно было, что Люда не выстоит против тебя. Щурова хорошая женщина. Даже не знаю почему у тебя с ней нелады были. Она за всех учителей переживает, как за родных. Не могла Людмилочка Петровна тебя обидеть.

— Что ж Вы мне этого раньше не сказали?! — возмутилась Оксана.

— Так посмотреть было интересно, как ты проблемы решаешь, — призналась Мария Ивановна.

— Развлеклись, баба Маша?

— Развлеклась, голубка. Как сериал посмотрела, — шутила старушка.

— А мне вот было совсем невесело, — обиженно призналась Веригодская.

— Ничего. Теперь всё гладко пойдёт. Раз ты в интернат не вернёшься, то я тогда попрошусь у Щуровой в вахтёры.

— Давайте ко мне в лаборанты! — предложила Веригодская, потому что с бабой Машей ей очень понравилось работать.

— Какой из меня лаборант, Оксаночка? Я тебе все колбы поразбиваю, — отмахнулась Мария Ивановна. — Нет, лучше буду звонки давать, а там, глядишь, Любаша родит мне правнука, и я в няньки уйду.

— Точно. У Любы с Сергеем ведь свадьба скоро! — постучала себя кулаком по лбу Оксана, коря за забывчивость.

— Жених, конечно, не фонтан, но Любаша его любит, а против любви не попрёшь, — вздохнула баба Маша. — Главное, чтобы не прозрела она, когда поздно будет.

— У Любы есть надёжный тыл в виде родителей и Вас, Мария Ивановна, — успокоила Оксана старушку.

— Как там твоя родительница? — живо перескочила на другую тему баба Маша.

— Всё хорошо. Мама счастлива с Николаем Николаевичем. Она его полностью подмяла под себя. Причём не только его. Брат дяди Коли купил четырёхкомнатную квартиру в нашем районе и перевёз родителей в город. Теперь все Шупеги живут рядом и просто боготворят мою маму. Я не знаю как, но она их покорила.

— Это хорошо. Поедешь в отпуск к маме?

— Всё будет зависеть от Тараса, — уклонилась от ответа Оксана.

— Леший так и сидит в лесу? — голос няньки был полон осуждения.

— Сидит, — вздохнула Веригодская.

Мария Ивановна склонила голову на бок, прижала руки к груди и трагично произнесла:

— Я слышала, что на вырубке сегодня утром что-то случилось.

— Что? — испугалась Оксана.

— Толком не знаю. Деревом спиленным кого-то то ли убило, то ли пришибло.

— Что Вы меня пугаете! — воскликнула шокированная услышанным Оксана.

— Заболталась я с тобой! Мне же к Щуровой срочно надо, — спохватилась баба Маша и проворно юркнула в кабинет директора, оставив Веригодскую в растерянности.

Оксана вытащила из кармана чёрного приталенного платья телефон, набрала номер Огарева. Звонила долго и упорно, но ей никто не ответил.

— Только бы с ним всё было хорошо, — шептала Оксана, спускаясь на первый этаж, чтобы вернуться в интернат.

На первом этаже стояли две дамы: дворник и вахтёр.

— На вырубке сегодня неприятность. Знаешь? — спрашивала дворник.

Оксана замедлила шаг, прислушиваясь к разговору.

— Да, жалко мужика. Молодой совсем, неженатый, — вздохнула вахтёр.

— Пить меньше надо! — вынесла вердикт дворник.

— С девушкой, говорят, поругался, поэтому и напился, — сочувствовала вахтёр.

— Извините, — вмешалась Оксана, — а как зовут того мужчину, что на вырубке пострадал?

— Не знаю, — отрицательно покачала головой дворник.

— Не Огарев же? — с надеждой уточнила Оксана.

— Не Огарев, но и про Тараса что-то говорили, — доверительно сообщила вахтёр и посоветовала. — Ты про Лешего у его матери спроси. Я видела, как она в больницу утром бежала.

Оксана побледнела.

— Так это правда, что Огарев тебя бросил? — осмелев, поинтересовалась дворник.

— Тихо ты, — толкнула её локтем вахтёр.

Обе женщины с любопытством наблюдали за Веригодской, которая заторопилась покинуть школу.

На улице Оксана немного помедлила, затем сделала глубокий вдох и направилась в магазин.

Глава 38

Уступи, когда надо

В магазине было только три покупателя: две старушки и молодой парень. Мать Тараса стояла за прилавком, рассчитывая парня. Старушки топтались возле полки с мукой. Оксана стала за парнем и, когда он, забрав пиво и сигареты, отошёл от прилавка, обратилась к матери Огарева:

— Раиса Максимовна, я слышала, что на вырубке что-то случилось. Скажите: с Тарасом всё хорошо?

— А тебе какое дело? — сварливо проворчала Раиса Максимовна. — Зачем заботу изображаешь? Ты когда моего сына последний раз видела?

Оксана ухватилась за прилавок, опасаясь падения: от волнения голова закружилась, а руки задрожали. Она перевела взгляд на стоявшую позади матери сестру Тараса:

— Карина, с Тарасом же всё хорошо. Правда?

Карина Огарева хотела что-то сказать, но Раиса Максимовна опередила её:

— Ой, кончай концерт разыгрывать! Тарас уже полтора месяца по выходным стирать ко мне приезжает, чтобы с тобой не встречаться. Мне он давно признался, что ты с ним расписаться хотела, чтобы жильё не снимать, а жить на халяву в его квартире весь следующий учебный год. Нахалка! Вещи сегодня же из квартиры вывези. Карьеристка хренова!