У Габи от удивления округлились глаза.
— У них есть радио? Роки, объясни мне, что происходит?
— Она сказала, что позвала доктора, и что у меня скучное имя.
— Билл нуждается в докторе, но это должен быть настоящий врач.
— Ты думаешь, я не знаю этого? — сердито прошипела в ответ Сирокко. Но, черт побери, Билл выглядит слишком плохо. Если даже у этого доктора нет ничего, кроме пилюль для лошадей, то хуже Биллу от того что он осмотрит не будет.
— Что у вас за речь? У вас респираторное расстройство? — спросила До Диез.
— Нет, мы таким образом разговариваем. Я…
— Пожалуйста, простите меня. Моя мама говорит, что я должна учиться тактичности. Я просто… — Она пропела мелодию, которую Сирокко не сумела перевести, конец фразы был: есть многое, чему надо учиться, чего невозможно получить в утробном развитии.
— Я понимаю, — пропела в ответ Сирокко, хотя поняла она далеко не все. — Мы должны казаться странными тебе. А ты, конечно, в свою очередь, нам.
— Я? — Тональность ее песни выдала, что эта мысль была для нее новостью.
— Для тех, кто никогда не видел ничего похожего.
— Должно быть, ты права. Но если вы никогда не видели титанид, то откуда вы пришли на великое колесо мира?
Сирокко запуталась из-за того, что ее сознание наверно перевело песню До Диез. Это произошло тогда, когда она услышала ноту «откуда» которую она восприняла как синоним двухнотного слова, которое До Диез употребляла как выражение вежливости, используемое в обращение более молодых к более старшим.
— Совсем не из колеса. За стенами этого мира есть еще больший мир, который ты не можешь видеть…
— О, вы с Земли !
Она не сказала слово Земля, также, как и не называла себя титанидой. Но связь этого слова с третьей планетой от солнца поразила Сирокко как никогда в жизни. Поза До Диез менялась по мере изменения темы разговора — она то следовала за Сирокко, то выступала перед Сирокко с менторской речью. Она заметно оживилась, и будь ее уши немного пошире, она бы уже взлетела в воздух.
— Я смущена, — пропела она. — Я думала, что Земля, это выдумка для подростков, болтовня около бивачного костра. И я думала, что Земляне такие же, как титаниды.
Сирокко снова прислушалась к последнему слову, задаваясь вопросом, не следует ли его перевести как «люди». Как в выражении «вы люди, вы варвары». Но шовинистического подтекста здесь не было. Она разговаривала как один из многих видов живых существ Геи.
— Мы впервые попали сюда, — пропела Сирокко. — Я удивлена, что вы знаете о нас, в то время, как мы до настоящего момента ничего не знали о вас.
— Вы не пели о наших великих делах, как мы пели о ваших?
— Боюсь, что нет.
До Диез оглянулась через плечо. На вершине утеса стояла другая титанида. Она была похожа на До Диез, хотя с некоторыми тревожащими отличиями.
— Это Си Бемоль… — пропела она с виноватым видом, снова приобретая официальный вид.
— До его прибытия я хочу задать вопрос, который жжет мою душу с первого мгновения, как я увидела тебя.
— Ты не должна обращаться ко мне как к старшей, — пропела Сирокко. Ты можешь быть старше, чем я.
— О, нет. По меркам Земли мне только три года. Что я хочу знать, надеясь, что вопрос не покажется тебе дерзким, как ты можешь так долго стоять и не опрокидываться?
Когда вторая титанида подошла к ним поближе, отличие ее от предыдущей стало очевидно и это еще больше привело Сирокко в замешательство. Между ее передних ног, в том месте, где у До Диез находился пучок волос, у Си Бемоль был настоящий человеческий пенис.
— Боже мой, — прошептала Сирокко, подталкивая Габи локтем.
— Тебя это не волнует? — спросила Сирокко. — Это заставляет меня сильно нервничать.
— Ты волнуешься? А что я могу сказать? Я ничего не понимаю, о чем вы там поете, но звучит это неплохо, Роки. Ты в самом деле хорошо понимаешь.
Не считая мужского полового органа, во всем остальном Си Бемоль была почти что копией До Диез. У обеих были высокие конические груди и бледная кожа. Лица у обеих были женские, они были большеротые и безбородые. Если бы не пенис, то их было бы трудно отличить друг от друга.
Из складки кожи на месте их отсутствующего пупка торчал конец деревянной флейты. Очевидно там был карман.
Си Бемоль сделала шаг вперед и протянула руку. Сирокко отступила назад, но Си Бемоль быстро приблизилась к Сирокко и положила ей руки на плечи. На секунду Сирокко испугалась, но потом поняла, что Си Бемоль разделяет опасения До Диез, она посчитала, что Сирокко упадет навзничь и решила поддержать ее.
— Со мной все в порядке, — нервно запела Сирокко, — я могу стоять на ногах.
Руки у него были большие, но абсолютно как человеческие. Было довольно странно ощущать их прикосновение. Одно дело видеть невероятное существо, а другое дело — ощущать теплоту его тела. Это усиливало ощущение первого контакта с чужой цивилизацией. От него исходил запах корицы и яблок.
— Скоро появится лекарь. — Он пел в одной тональности с Сирокко, хотя и в официальной форме.
— Между тем, вы уже ели?
— Мы бы должны были сами предложить вам это, — пропела Сирокко, — но, по правде говоря, у нас кончилась вся провизия.
— И моя сестра ничего не предложила вам? — Си Бемоль бросил на До Диез укоризненный взгляд, та удрученно повесила голову. — Она любопытная и импульсивная, но не внимательная. Пожалуйста, простите ее.
Слова, которые использовал Си Бемоль для описания проступка До Диез были сложными, Сирокко поняла их дословный перевод, но она не полностью поняла смысл в целом.
— Она была очень любезна.
— Ее матери будет приятно об этом узнать. Вы присоединитесь к нам? Я не знаю какой вид пищи вы предпочитаете, но если мы располагаем нечто подобным, то оно в вашем распоряжении.
Он сунул руку в сумку на поясе, это была обернутая вокруг талии полоса кожи, а не часть его тела, и вынул оттуда что-то красно-коричневое, похожее на копченую ветчину. Он держал ее как индюшачью ножку.
Легко и ловко подогнув ноги, титаниды сели, Сирокко и Габи присоединились к ним. Титаниды с нескрываемым интересом наблюдали, как они это делали.
Мясо пошло по кругу. До Диез вынула с дюжину зеленых яблок. Титаниды клали их в рот целиком. Раздавался хруст, и яблоко исчезало.
Габи, насупившись, сидела над фруктами. Она приподняла бровь, когда Сирокко надкусила одно. Вкус был зеленого яблока. Внутри яблоко было белое и сочное с маленькими коричневыми семечками.
— Наверное, мы позже все выясним, — сказала Сирокко.
— Кое-что я хотела бы узнать прямо сейчас, — возразила ей Габи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
