набитым ртом ответила Ева и налила себе из кувшина. — Он хорош. И не стареет.
— А Барвинок омоложен Ламбертом… Какая интересная история с этими королями, — вслух продолжила Радка, отходя подальше от окна и садясь в кресло. — Они все молоды и полны сил. Интересно, зачем Ламберт омолодил врага? Разве не правильнее было состарить его, сделать дряхлым? Я понимаю, что с Эйрикюром это не вышло бы…
— Да, такой отличный экземпляр, — Ева наконец отодвинула тарелку и мечтательно прикрыла глаза. — Большой, сильный и красивый… А его глаза!
— Ева! — шикнула Радка. — Будь серьезнее! Мне кажется, мы вертимся и крутимся рядом с какой-то тайной, но я никак не могу уцепить её хвост.
— Хво-ост… — мечтательно протянула Ева, не открывая глаз. Радка смерила взглядом кувшин. Вино было для обеда, а значит, очень слабеньким. Не могло же магессу развести с непривычки?
— Не отвлекайся, — сурово повторила она. — Напоминаю, мы среди врагов. И нельзя просто расслабится.
— Почему? — Ева приоткрыла один глаз и уточнила. — Почему мы среди врагов? Наше королевство напрямую не воюет с драконьим островом или с Железным королем.
— Королевство может и не воюет, — нехотя согласилась Радка. — Но короли… А я… похоже, я везде буду среди врагов.
Она ссутулилась и обняла себя за плечи.
— Неправда, — Ева встала, кажется, она хотела что-то еще сказать, но вместо этого упрямо повторила. — Вот неправда и всё.
И Тадеуш толкнулся сильнее, чем обычно, словно подтверждая слова Евы. Радка едва заметно улыбнулась от этого толчка и погладила живот. Удивительное дело, Фабиуша она так не ждала, она больше думала о том, узнает ли Хенрык и как дать знать о ребенке Манфреду. А теперь, когда ситуация была не в пример страшнее, и она скрывалась среди драконов от своего же предка, она куда больше думала о детях. Поумнела или наоборот? Она не знала.
Лишь снова пожалела, что вернула Ламберта. Седым он был куда нужнее.
— Что до твоего вопроса, — Ева начала снимать доспехи, чего не делала толком уже давно. — Ты не думала, что Ламберт не старит своих врагов просто потому что… не может?
— Он же повелевает временем, — неуверенно пробормотала Радка, но сердце забилось сильнее. Как бы хорошо, окажись это правдой!
— Это он так говорит, — ухмыльнулась Ева. — Слушай больше. Короли всегда лгут.
Но Радка уже размышляла дальше.
— Фабусь упоминал, что Ламберт не видит больше будущего, поэтому не остановил нас. Что-то сломалось в его даре после превращения в дракона. Но что если раньше он мог только видеть будущее, а не менять?
— Звучит логично, — теперь оживилась и Ева. — То есть, с ним еще можно побороться, верно?
— Верно, — Радка широко зевнула и присела на кровать. Как давно она не спала на настоящей перине с хорошим одеялом! — Ради своих мальчиков я готова бороться с кем угодно.
Глаза её слипались.
Она малодушно решила, что освежится уже утром — мало что ли она болталась по этим подземным озерам, а сейчас просто поспит. Сквозь ресницы она видела, что Ева нагишом подошла к окну и уставилась куда-то вдаль.
— Так много драконов, — мечтательно произнесла Ева. — Интересно, можно как-то отличить истинных от перекидышей?
— Если и можно, то такой вопрос будет довольно странным, мы вроде как тут не за драконами, — Радка покрепче обняла подушку, укладывая на неё живот.
— Да, странно будет спросить такое, даже несмотря на нашу якобы потерю памяти, — вздохнула Ева и вдруг резко сменила тему. — Можно взять какое-нибудь твое платье?
— Бери, — у Радки не было даже сил удивиться или открыть глаза. — Но оно тебе будет широко. В груди. И бедрах.
— И в животе тоже, — беззлобно хмыкнула Ева. — Ничего, у меня есть одна безделушка по подгонке платьев.
Радка силилась открыть глаза, чтобы посмотреть на такую любопытную магию, но силы окончательно покинули её, и она провалилась в сон.
То ли события этого длинного дня и полет на Катле, то ли запахи трав, которыми был пронизан замок, но ей снова снились драконы. Радка не знала, была ли она одной из них, но она понимала их как будто они разговаривали с ней на её языке. Во сне она смеялась над шутками, понятными только драконам и ей, а потом в голос рыдала от горя, когда узнала, что у истинных драконов глаза цвета расплавленного золота. Радке показали, как это красиво. Так она узнала, что до сих пор не видела ни одного рожденного драконом. Точнее, видела только одного. Ламберт обманул их всех.
Наверное, дело было в том, что она спала, а может, в том, что она тоже была немного драконом, ведь пусть ей и было жаль всех этих людей, плакать над ними она не стала бы. Да только от собственного горького рыдания во сне она проснулась и села на кровати. Уютно ворочался под сердцем сын, от её резкого подскока толкнувшийся в бок. За окнами сонно моргали звезды. И тишина. Евы не было.
Радка занервничала.
Она убеждала себя, что Ева уже взрослая девочка и сильная магесса. Когда увидела снятую перчатку, напомнила себе, что едва заметный магический браслет, что Манфред дарил Еве на свадьбу, она тоже взяла с собой, да так и не решилась продать. К тому же она способна вызвать огонь и без перчатки или браслета, да еще и не хуже драконьего. И сама остаться целой.
Всё равно было неспокойно. Так непривычно было волноваться за кого-то настолько сильно, что нет возможности усидеть на месте, за кого-то, не вышедшего из твоей утробы.
Когда Радка накрутила себя достаточно, чтобы рискнуть выйти из комнаты и отправиться на поиски Евы, дверь наконец скрипнула, и Ева тенью проскользнула внутрь.
— Не спишь? — рассеянно спросила она и упала на свою кровать, раскинув руки. — А почему?
— За тебя переживаю, — буркнула Радка, беспокойство которой тотчас сменилось раздражением. — Неожиданное… неблагоразумие. Таскаться по ночному замку! Оно хоть того стоило?
— О да, — промурлыкала Ева. — И я не таскалась по замку, чего я не видела в пыльных переходах? Я шла в определенное место. И мне там оказались рады.
Даже в темноте, не видя выражения лица Евы, Радка почувствовала её улыбку. И
