Читаем без скачивания Кошмарной летней ночью (сборник) - Стайн Роберт Лоуренс

– Дядя Эл убежден, что мальчишки должны уметь за себя постоять. Так что нянчиться с нами никто не будет, – повторил Колин слова Ларри.

Джей тут же соскочил со своей верхней койки и встал в важную позу посреди комнаты.

– Держитесь подальше от Запретного дома! – прогрохотал он басом, копируя дядю Эла. Я невольно рассмеялся. У него получалось очень похоже. – Мы не подходим к нему и на двадцать шагов. И не говорим про него вообще. А на фига?

Тут мы все покатились со смеху.

Все. Даже Майк.

– Надо будет сегодня туда сходить. После отбоя, когда все заснут, – с воодушевлением проговорил Колин. – Интересно же, что это за Запретный дом.

С улицы снова донесся вой – печальный, протяжный, исполненный неподдельной боли. Он действительно доносился со стороны дома. Из Запретного дома.

– Я думаю, не стоит туда ходить, – тихо высказался Майк, внимательно разглядывая свою больную руку. Потом он тряхнул головой и нерешительно направился к двери. – Пойду все-таки подержу ее под холодной водой. Может, полегче станет.

Он вышел на улицу.

Дверь за ним захлопнулась.

– По-моему, он боится. – Джей сморщил нос.

– Честно сказать, мне тоже немножечко страшновато, – признался я. – Этот вой…

Джей и Колин расхохотались.

– В любом лагере есть своя фенька типа этого Запретного дома, – сказал Колин, отсмеявшись. – Сам директор все это и выдумал. Чтобы детей пугать.

– Ага, – поддакнул Джей. – Все директора обожают пугать детей. Других развлечений у них не бывает.

Он надулся, выпятив живот, и снова принялся копировать дядю Эла.

– Гулять ночью по лагерю запрещается. Попробуйте выйти из своего коттеджа, и вас больше никто не увидит! Никогда! – выдал он громким басом и согнулся от смеха.

– Ничего там нет страшного, в этом Запретном доме, – сказал Колин. – Скорее всего, он вообще пустой. Это просто такой прикол. Ну, знаешь… типа историй про привидения. В каждом лагере есть своя история про привидение, которое пожирает несчастных детей.

– А ты откуда знаешь? – спросил я, присаживаясь на кровать Майка. – Ты же сам вроде бы говорил, что в первый раз в лагерь приехал.

– Ну да, в первый раз, – отозвался он. – Но у меня есть друзья, которые каждое лето ездят в какой-нибудь лагерь. Вот они мне и рассказали.

Колин снял свои темные зеркальные очки. В первый раз за весь день. Теперь я увидел его глаза. Они были даже не голубыми, а ярко-синими. Словно два синих камушка.

За окном раздался звук гонга. Три долгих унылых удара.

– Это, наверное, сигнал к отбою. – Я зевнул и нагнулся, чтобы расшнуровать кроссовки. Я ужасно устал, ужасно. У меня не было сил даже на то, чтобы пойти умыться. Даже раздеться и то было лень. Я решил спать в одежде, а завтра уже переодеться во все чистое.

– Давайте дождемся, пока все заснут, и сходим в этот Запретный дом, – предложил Джей. – Ну давайте. Мы будем первыми. Это же круто.

Я снова зевнул:

– Вы как хотите, а я буду спать. Устал как собака.

– Я тоже. – Колин повернулся к Джею. – Давай лучше завтра.

Джей разочарованно сморщил нос.

– Завтра, – решительно проговорил Колин. Он даже не потрудился расшнуровать кроссовки. Просто стащил их с ног и зашвырнул в дальний угол. Потом присел на кровати, чтобы снять носки.

– На вашем месте я бы туда не ходил. Ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра, – неожиданно вклинился в наш разговор новый голос.

Мы втроем аж подскочили с испугу и повернулись к окну. В окне появилась веснушчатая физиономия Ларри. Увидев, что мы все на него смотрим, он широко улыбнулся и помахал нам рукой:

– На вашем месте, ребята, я бы послушался дядю Эла.

«Интересно, – подумал я. – И долго он там стоял, под окном, и слушал, что мы говорим? Он просто случайно мимо проходил или специально за нами шпионил?»

Ларри отошел от окна, а через пару секунд дверь открылась и он вошел в комнату. Как обычно – пригнувшись, чтобы не удариться головой о косяк. Он больше не улыбался. Наоборот. Он был как-то уж слишком серьезен.

– Дядя Эл не шутил, – заявил он с порога.

– Ну да. – Колин насмешливо скривил губы и, откинув одеяло, улегся в постель.

– Если мы выйдем из коттеджа после отбоя, нас тут же сцапает привидение. Оно здесь следит за порядком. Чтобы дети не шастали по ночам. – Джей замахал полотенцем, изображая взбесившееся привидение.

– Нет. Привидение не схватит, – очень тихо и очень серьезно произнес Ларри. – А вот Саблезуб точно сцапает. Да так, что мало не покажется. – Он открыл шкаф и стал что-то искать у себя на полке.

Мне вдруг расхотелось спать.

– А кто такой Саблезуб? – спросил я.

– Это не кто, а что, – загадочно ответил Ларри.

Я ждал продолжения, но его не последовало.

– Саблезуб – это такое чудище с красными глазами и зеленым хвостом. Каждую ночь он съедает по одному ребенку, который не слушался старших и гулял по ночам, – ухмыльнулся Колин. Он посмотрел на меня как на какого-то идиота. – Нет никакого Саблезуба. Ларри просто выдумывает. Очередная страшилка на ночь. Чтобы лучше спалось.

Ларри прекратил рыться в шкафу и повернулся к Колину:

– Я ничего не выдумываю. Я честно пытаюсь уберечь вас от больших неприятностей. Мне вовсе незачем вас пугать.

– Тогда скажи, кто такой Саблезуб, – попросил я.

Ларри достал из шкафа толстый шерстяной свитер и с силой захлопнул дверцу.

– Лучше вам этого не знать, – сказал он.

– Нет, ты скажи, – продолжал выпытывать я.

– Ничего он не скажет, – буркнул Колин.

– Я вам только одно скажу. Если вам повезет, то Саблезуб вам сначала открутит башку, а потом раздерет на куски. А если не повезет, то он просто раздерет вас на куски, – проговорил Ларри безо всякого выражения.

Джей хихикнул.

– Ага. И кровь выпьет.

– Я не шучу. Я серьезно. – Ларри натягивал свитер через голову и чертыхался, потому что никак не мог попасть рукой в рукав. – Вы мне не верите? Хорошо. Можете выйти сегодня ночью. Пожалуйста. Я никого не держу. Сами увидите, что это за Саблезуб. Только сначала возьмите бумагу и напишите свои адреса. Чтобы я знал, куда мне потом отослать ваши вещи.

На следующее утро началось настоящее веселье.

Мы все проснулись очень рано. Солнце только-только встало над горизонтом. Воздух был еще прохладным и влажным. За окном пели птицы.

Птичье пение напомнило мне о доме. Я спустился со своей верхней койки и потянулся, прогоняя остатки сна. Мне хотелось немедленно позвонить папе с мамой и рассказать им про лагерь. Но я решил подождать пару дней. Ведь я уже взрослый и самостоятельный. Меня отправили в лагерь на целое лето. А если я позвоню родителям на следующий день после приезда, они могут подумать, что я не такой уж и взрослый. Что мне без них плохо.

Мне не то чтобы было плохо без родичей. Наоборот, даже прикольно. Но я и вправду очень скучал по дому. Впрочем, на все эти грустные размышления у меня просто не было времени. Мы с ребятами сходили умыться, переоделись и сразу пошли на завтрак в главный корпус на холме. Как нам объяснили, это здание являлось здесь и столовой, и залом для общих собраний, и кинотеатром.

В центре огромного зала стояли длинные деревянные столы и скамейки, расставленные аккуратными рядами. Пол паркетный, из красного дерева. Стены обиты темными деревянными панелями. Тяжелые деревянные балки пересекали высокий беленый потолок. Такое я видел только в исторических фильмах. Окон было всего ничего, и в зале царил полумрак. Впечатление было такое, как будто находишься в темной громадной пещере.

Звон тарелок, ножей и вилок был просто-напросто оглушающим. Наши крики и смех отзывались звенящим эхом под потолком. Майк сидел прямо напротив меня. Он что-то крикнул мне через стол, но в таком шуме я его не расслышал.

Кое-кто из ребят выразил неудовольствие по поводу еды, но мне она показалась очень даже ничего. На завтрак нам дали яичницу с ветчиной, жареную картошку, тосты с вареньем и апельсиновый сок. Дома я никогда не ем много всего на завтрак. Но сейчас смел все подчистую – ужасно хотелось есть.