по-моему, все-таки готовится помереть.
А меня несет дальше ‒ в издевку и в крайности. Видать, из-за потрепанных нервишек разум требует хоть чем-то себя развлечь.
‒ У Такеши как раз встал… ‒ глотаю смешок, заметив, что по лбу врачишки скатываются крупные капли пота, ‒ … вопрос.
Моргаю, потому что на мгновение чудится, что со светом в комнате что-то не так.
И правда. Люстра под потолком принимается мигать.
‒ Кто-то не заплатил за электричество? ‒ ехидно спрашиваю я и тыкаю пальцем в потолок.
Понятно, кто тут над светом измывается. Но не ясно, с чего бы Виви злиться?
‒ Ну вот, вопрос Такеши упал, ‒ не теряя ухмылки, заявляю я и сползаю со своей жертвы. ‒ Ты испортил все веселье, Виви.
За моей спиной резво вскакивает врачишка и начинает неистово мотать головой. Свет больше не мигает, а поза Виви за все время так ни разу и не меняется. Как и выражение лица. Не знаю, как я определила, что сейчас он испытывал именно злость. Ведь силами Иммора пользуются, находясь под разными эмоциями.
Но вот этот гаденыш точно злился. Отвечаю.
‒ Иди сюда.
Э? Командовать мной, значит, удумал?!
ГЛАВА 21. СОЛНЕЧНАЯ СТОРОНА
Несокрушимое сегодня...
Уже бегу, ползу, падаю и целую императорские ножки.
Ну-ну.
Кстати, Виви босой, и мне отлично видно, насколько прекрасно ухожены ногти на пальцах его ног, которые я, скорее всего, в перспективе должна благодарно облобызать, и как эстетически великолепен он сам. Это настоящее издевательство надо мной ‒ той, кто адски пованивает лекарственными средствами, щеголяет выпирающими костями, обтянутыми нездоровой бледной кожей, и продырявлен иглами от макушки до пят.
‒ По-моему, ты забыл кое о чем упомянуть. ‒ Вопреки своим предыдущим планам я все же двигаюсь по направлению к Виви. Мне же нужно приложить его кулаком. Хоть разочек. ‒ Например, еще об одном вылезшем из меня паразите!
Примерно в полуметре от спокойного Виви тело решает спонтанно вырубить несколько моих шевелящихся конечностей, и выбор падает сразу на обе руки и левую ногу. Отключение происходит мгновенно, поэтому долетаю до братца на чистом везении.
И натыкаюсь лбом на выставленные в мою сторону пальцы. Виви придерживает меня на расстоянии вытянутой руки.
‒ Э-э-э… ‒ Такеши за моей спиной нерешительно подает голос. ‒ Снова обездвиженность. Такое по-прежнему происходит довольно часто. И, по всей видимости, сейчас все замкнуто именно на эмоциональных всплесках. Полагаю, требуется увеличить дозу крови.
Стоя в полусогнутом положении и с безвольно висящими руками, будто у остановившегося передохнуть орангутанга, могу лишь мысленно проклинать все на свете. С другой стороны, с языком-то у меня никаких проблем. Так что имеется реальная возможность проклясть Виви во всеуслышание.
Поднимаю взгляд и ловлю на себе ответный ‒ с отблеском золота и тонной невозмутимости.
‒ Значит, увеличим дозу, ‒ говорит Виви, глядя на меня ‒ открыто и без всякого стеснения.
‒ Хорошо. ‒ Такеши мнется и робко сообщает: ‒ И… У меня никакой вопрос… э-э… не стоял. Клянусь.
Виви прерывает наш зрительный контакт и мельком смотрит на врачишку поверх моей головы.
‒ К-клянусь, ‒ дрожащим голосом повторяет Такеши.
Не могу повернуться и оценить, насколько перетрусил врачишка, но представить картинку в красках ‒ вполне. Наверное, трясется сейчас, как желейка на стиральной машинке.
‒ Скажи, пусть начинают накрывать на стол, ‒ отдает распоряжение Виви.
Дважды приказывать не приходится. Такеши только и рад побыстрее покинуть давящее на его психику общество. Дверь за ним тихонько закрывается, и мы остаемся наедине.
‒ Не нужна мне твоя кровь, ‒ угрюмо бурчу я, из последних сил балансируя на оставшейся ноге.
‒ Как скажешь.
Злюсь. На все вокруг. На обстановку, дом, иллюзорный уют. И особенно на пальцы Виви на моем лбу, благодаря которым я все еще не утратила равновесие.
‒ Ты так ничего и не ответил по поводу второго паразита. ‒ Старательно выжигаю взглядом тупоугольные фигурки на его груди.
‒ Судя по всему, ты уже успела познакомиться с Лирисом.
Кашляю от возмущения. Вот же бесстрастный ублюдок.
‒ Представь себе, да! Познакомилась! ‒ рычу я. ‒ А он точно последний? В смысле, первый? В смысле, их и правда только два? Или где-то бегает целый выводок?
‒ Двое. Лирис и Эли.
‒ А чего так мало-то? Почему целую фабрику не открыл, а?! Меня еще можно было покромсать! Чего не воспользовался возможностью?..
Опора в виде пальцев вдруг исчезает. Падаю вперед и врезаюсь лицом в грудь Виви.
Унизительно. Но просто не могу не оценить твердость его грудных мышц. Что это чудовище жрало все эти годы? Как он вообще сумел вымахать в ЭТО? Я помню стройного смазливого подростка, значительно проигрывавшего мне в росте, а не рослого привлекательного красавца в самом что ни на есть отрицательном смысле.
Опорная нога окончательно подгибается, и я сползаю по Виви, нещадно сплющивая нос об его грудь. Однако через секунду чувствую давление на затылок.
Да ладно?! Взял и припечатал меня к себе!
Жмусь к нему щекой и ощущаю ритм его ровного дыхания.
‒ Так что там насчет фабрики? ‒ сварливо интересуюсь я, люто злясь на его молчание.
И снова на мой ироничный выпад в свой адрес Виви себя ответом не утруждает.
‒ Я знаю, что ты добился через суд признания меня мертвой. И для чего? Неужели именно для этого? Использовать меня в качестве биоматериала? — Не могу его ударить, как хотелось изначально, а потому просто с остервенением давлю щекой ему в грудь. — Не понимаю, Виви. Для чего тебе требовалось впасть в такие крайности? Зачем столько ухищрений? Поддерживать тело в живом состоянии, чтобы взрастить в нем детей? Слышишь? Это даже звучит жутко. А на деле — один сплошной шлак!
Меня словесно прорывает. Целый речевой водопад выплескивается из моей глотки в один
