внутрь области, занятой кальмарами, так что выбираться пришлось фактически из окружения. Кусто бы, наверное, всё же ушёл, но Герман здорово сомневался, что обошлось бы без потерь.
Помог, как ни странно, Лорин эр Ним, свежеиспечённый киннарский адмирал. Потом уже выяснилось, что он отправил остальных, участвовавших в налёте домой, а сам остался. До последнего сидел под маскировкой фактически на самой окраине «планетоидной сферы», и в момент, когда Кусто начали окружать, отвлёк нападающих стремительно пробив их строй, и сопровождая своё появление массивным каменным обстрелом. Последнее он очень остроумно провернул, Герману понравилось: набрал полный трюм не слишком больших камешков, чтобы встревоженные кальмары их раньше времени не засекли, и начал ими швыряться только когда ликса и так уже засекли. По сравнению с гравитационной пушкой Кусто такое швыряние выглядело, как праща против автомата, но всё равно помощь оказалась внушительная, так что настоящего боя у них так и не получилось. Начали сходиться, неожиданное нападение «из засады», отчего противник растерялся и нарушил геометрию, а дальше Кусто просто нырнул в освободившийся проход и сбежал, прикрывая своей тушкой тихохода Лорина, когда им приходилось слишком сильно приближаться к каким-то из планетоидов — чтобы бомбой с телепортом не запустили. Кальмары, впрочем, не решались использовать это оружие — видно, тоже догадались, что дело не в сбоях оборудования, а в цели.
Ушли в гипер сразу же, как только набрали достаточную скорость. Только после этого Герман решился выйти из слияния. Тиана надолго не задержалась.
— Герман, давай запомним — нам никогда нельзя разделяться! Как только мы разделяемся — оба попадаем в беду! — первым делом заявила девушка. Лежнев в тот момент пытался собрать себя с пола и встать, потому что после выхода из слияния ему снова резко поплохело. Самостоятельно так и не получилось — Тиана помогла. Хотя прикасаться к нему явно боялась — кожа красная, опухшая, местами водянистые пузыри. Герман старался делать вид, что ему не больно, но получалось, наверное, не слишком убедительно.
— Да я давно за это ратую! — прошептал парень. Без поддержки аптечки из скафандра даже говорить было тяжело. А скафандр надевать Лежнев не хотел — просто боялся, что не выдержит процесса. — Но кто ж знал, что вот так получится? И всё же, зачем ты покрасилась? — Герману правда было очень любопытно. Он как-то слабо себе представлял, что Тиана нашла время, чтобы радикально изменить внешность.
— Герман, не переживай! — несчастным голосом ответила Тиана, — Пойдём, сейчас ты полежишь в капсуле, и всё пройдёт! У тебя, видимо, галлюцинации, или какие-то нарушения зрения. Я такого же цвета, как и была!
Лежнев спорить не стал, только озадачился. В самом деле, чувствует он себя отвратительно, но почему такая странная, избирательная галлюцинация?
— Тиана, но у тебя правда изменился цвет волос! — сказал Кусто. — Они раньше были светлые, а сейчас — чёрные!
В общем, забавно получилось. Когда выяснилось, в чём дело, Герман не удержался и рассмеялся, отчего чуть не потерял сознание.
— То есть ты за обедом наблюдала за массовой оргией, а потом тебя ещё обрызгали чернилами⁈ Прекрасное развлечение. Даже завидно!
— Лицо скафандр очистил, а волосы он не трогает, — пробормотала смущённая Тиана. Ей было неловко — обвинила напарника в галлюцинациях, вместо того, чтобы разобраться, — вот и получилось так. А сама я не заметила.
Герману было весело и одновременно очень, очень паршиво. Странное сочетание, возможное, только если знаешь, что сейчас доберёшься до медицинской капсулы, и через пару часов будешь как огурчик. «У меня сейчас в кровь столько гадости заливается. Интересно, на Земле я бы с такими ожогами вообще выжил бы?» — вяло размышлял парень. В общем, до капсулы он добрался из последних сил. А через пару часов выбрался здоровым и бодрым, даже раньше Тианы, у которой, оказывается, тоже было полно травм.
— Герман, а что мы будем есть? — Тиане тоже здорово взбодрилась после лечения, и, видимо вспомнила, что не ела давным-давно.
— Я — картошки жареной! Или суп какой-нибудь овощной. Главное — без мяса, — Германа при мысли о еде, наоборот, передёрнуло. Нет, есть хотелось до невозможности, но после сценки, увиденной у кальмаров, мысль о мясе вызывала отвращение. — Вот твари! Я из-за них вегетарианцем стал!
— А я бы, наоборот, пельменей поела, — мечтательно закатив глаза протянула Тиана, — с уксусом! Или кальмара фаршированного! Я столько грозилась пленным, что теперь самой захотелось!
Германа снова передёрнуло от ужаса. Слишком живо перед глазами вставала стена над стойкой в ресторане с головами каких-то существ и настойчивые щупальца тварей, ведущие под нож к повару. «Там ведь и для моей башки свободное место было. Они вообще с глузду съехали разумных существ жрать!»
Впрочем, за время, что они провели в гиперпространстве, проблема с расстройствами пищевого поведения у Германа сгладилась, и нежно любимое прежде мясо снова начало появляться в тарелке. Все трое, и Тиана, и Герман, и Кусто, не сговариваясь избегали обсуждения будущего — ясно, что этих обсуждений и так будет больше, чем захочется, когда они доберутся до Ирса, а пока троица отдыхала морально и физически. Только разведчица, смущаясь и даже краснея, объяснила своё поведение перед тем, как сбежать:
— Я действительно считаю, что этот гипердвигатель, который ты установил на Гаврюшу, слишком опасен, — объясняла девушка. — Но убегать не должна была. На самом деле мне стало обидно, что ты не хочешь со мной время проводить. Я понимаю, что мы и так постоянно вместе, но в тот момент меня это ужасно задело!
— Я даже не знаю, возмущаться или радоваться, — фыркнул Герман, — С одной стороны — приятно, что я тебе не надоел и тебе нравится со мной быть, с другой — обидно, что ты меня заподозрила в противоположном! А этот кривой гипердвигатель…
Лежнев замер на полуслове, мгновенно потеряв мысль, которую хотел донести.
— Гипердвигатель, — повторил Герман. — Кривой. И пространство вокруг себя искажает. Кусто, Тиана, как вы думаете, может такое быть, что это поле вокруг него мешает кальмарьим телепортам?
Теперь задумались тихоход и разведчица.
— Ну, чисто теоретически… — начала девушка.
— Может, — припечатал Кусто. — И как я сам не догадался⁈ Это точно она, причина! Ну слава Императору! Я-то уж испугался, что это я такой уникальный!
— Ты, к слову, не пробовал их корабли выключать, как тогда с линкором технофанатиков, уникальный наш? — уточнил Герман.
— Я пробовал воздействовать целиком на планетоид, — ответил Кусто, — а мелкие корабли нет смысла отключать, проще так сломать. А с планетоидом ничего не получилось. Такое ощущение, что мне просто времени не хватило. Если бы я мог сосредоточиться, может быть, получилось бы, но для этого нужно, чтобы меня
