Некто распорядитель Чуделкин применил к командующему Беркули Священное искусство «Дип фриз» и забрал Юджио. Это факты. Оглядевшись, я обнаружил во льду неподалеку от того места, где был вморожен Беркули, идеально квадратную яму до самого дна, словно вырезанную электропилой.
Юджио явно включил свои ледяные розы с твердым намерением свести бой к ничьей. Потом вмешался распорядитель, вырезал Юджио изо льда и уволок наверх, в комнату Администратора. Меня беспокоили слова командующего насчет паутины памяти. Насколько я знал Юджио, вряд ли кому-то удастся промыть ему мозги; но, с другой стороны, я даже представить себе не мог, на какие трюки способна Администратор с ее прямым доступом к Пульсветам.
Я размышлял, глядя в яму, и вдруг в самой глубине возле ровного разреза что-то блеснуло. Шагнув ближе, я вгляделся и увидел длинный меч, вонзенный в дно ванны. Его форму я не мог спутать ни с чем, даже несмотря на несколько сантиметров льда поверх. Это было бесценное оружие моего партнера, «Меч голубой розы».
Мое беспокойство усилилось многократно при виде красивого Божественного инструмента, практически части Юджио, оставленного в одиночестве подо льдом. Кинув взгляд на Алису, по-прежнему обнимающую Беркули, я достал с пояса свой черный меч и легонько ткнул им в лед точно над «Мечом голубой розы». Потом, держа его обратным хватом, резко нажал.
Раздалось громкое «дзыннь!»; от стены ямы по вертикали откололся пласт льда и рухнул на дно. Опустившись на колени, я сжал почти полностью открывшуюся рукоять «Меча голубой розы» левой рукой и медленно потянул, несмотря на то, что в мою кожу впился холод в минус несколько градусов по Цельсию. Меч немного посопротивлялся, но вскоре беззвучно выбрался из плена, лишь крохотные кусочки льда с него посыпались.
Как только я выпрямился с черным мечом в правой руке и «Мечом голубой розы» в левой, все мои суставы протестующе заскрипели. Этого следовало ожидать, раз уж я держал два Божественных инструмента высокого уровня, однако я просто не мог отказаться от этой затеи. В конце концов, наши слуги Ронье и Тиизе все изранились, чтобы принести нам эти мечи, когда нас забирали в собор.
Теперь передать «Меч голубой розы» Юджио – уже мой долг.
Еще раз как следует оглядевшись, я увидел на замерзшей поверхности знакомые белые кожаные ножны. Снова повесив черный меч на пояс слева, я поднял ножны и убрал туда «Меч голубой розы». Подумав немного, я прицепил второй меч на пояс справа, тем самым более-менее вернув себе баланс.
Сделав глубокий вдох, я развернулся и увидел Алису – она незаметно для меня успела подойти. Стерев рукавом слезы с левого глаза, она произнесла немного резковато, видимо, пытаясь скрыть смущение:
– …С двумя мечами ходят только эти надменные высшие дворяне, умеющие лишь рисоваться… Но, как ни странно, тебе идет.
– Хм? Ну уж…
Я не сдержал неловкой улыбки. Конечно, во времена SAO я был игроком-одиночкой с двумя мечами, но – видимо, из-за того, что я долгое время скрывал это мое умение, – стоя с двумя клинками перед кем-то, я чувствовал себя немного не в своей тарелке.
Нет, возможно, дело не только в этом. Возможно, где-то в глубине души у меня остался какой-то страх перед тем грандиозным вторым мной – Кирито, прошедшим смертельную игру SAO с двумя клинками… а может, даже не страх, а отвращение. Как бы кто ни пытался меня переубедить, я с радостью воздержусь от того, чтобы взять на себя эту роль еще раз.
– …Все равно махать двумя мечами сразу невозможно, – произнес я, пожав плечами. Алиса уверенно кивнула.
– Ведь если будешь держать два меча, то не сможешь применять важнейшие из секретных приемов. Да и без этого – работа двумя мечами не дает никаких преимуществ. В любом случае… если меч остался здесь, полагаю, Юджио уже увели к достопочтенной госпоже первосвященнику… Нам следует поспешить, ее поступки за гранью всего, о чем способно хотя бы подумать человеческое существо…
– …Ты с ней говорила когда-нибудь? С Администратором?
– Всего один раз, – кивнула Алиса; лицо ее напряглось. – Это было шесть лет назад… когда я очнулась ученицей Рыцаря Единства без всех своих прошлых воспоминаний, я увидела достопочтенную госпожу первосвященника, «ту, кто призвала меня», глашатая богинь Мира людей. Это была стройная, красивая женщина, выглядела она как человек, никогда ничего тяжелого в руках не державший, тем более меч… но ее глаза…
Алиса обхватила себя руками и продолжила шепотом:
– Серебряные, как зеркала, они отражали весь свет… Да, теперь я понимаю. Я тогда была в ужасе. Вот почему я никогда не шла против нее, верила всем ее словам, отдала ей всю себя – из-за всепоглощающего страха… Сейчас я в этом уверена.
– Алиса…
С некоторым беспокойством я взглянул в лицо подавленной деве-рыцарю.
Однако, будто прочтя мои мысли, Алиса сделала глубокий вдох, потом подняла голову и кивнула.
– Все нормально. Я уже твердо решила. Я буду делать то, что считаю верным, ради сестренки, которая живет далеко на севере… ради семьи, которую я никогда не видела, и ради всего народа. …Дядя знал про печать, которая у нас у всех в правом глазу. Значит, человек, который командовал Рыцарями Единства, Беркули Синтезис Ван, не мог слепо верить в то, что власть Церкви Аксиомы есть благо. То, что мы сюда спустились, не помогло нам спасти твоего напарника, но я рада, что встретилась с дядей… Теперь мое сердце колебаться не будет.
Алиса нагнулась и нежно погладила окаменевшие щеки Беркули. Впрочем, это у нее заняло лишь секунду; потом она выпрямилась, развернулась и, твердо шагая по льду, направилась туда, откуда мы пришли.
– Теперь давай поспешим. Распорядитель может встать у нас на пути, прежде чем мы встретимся с достопочтенной госпожой первосвященником.
– Э… эй, а ничего, что мы так вот оставляем командующего? – спросил я, полубегом догнав Алису. Рыцарь Единства ответила, глядя на меня горящим левым глазом:
– Все разрешится, если мы возьмем за горло распорядителя Чуделкина и заставим его снять заклинание… а может, если мы его зарубим.
Мысль, что я совершенно точно не хочу снова заиметь эту девушку своим врагом, крутилась у меня в голове, пока я шел, страдая под тяжестью двух мечей.
Мы с Алисой остановились, только когда вернулись на 95 этаж, «Наблюдательный пост утренней звезды»; иными словами, мы пробежали еще пять этажей, правда, на этот раз против силы тяжести.
В отличие от меня, запыхавшегося из-за «Меча голубой розы» на поясе, великий Рыцарь Единства сохранил безмятежное выражение лица, хотя вес нашего снаряжения не так уж сильно различался. Я почти физически ощущал холод, исходивший от ее белой кожи и горящего синего глаза, когда она смотрела на лестницу, ведущую наверх.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
