паре идет на вечеринку. Прелестно. Что же ты так страстно меня тогда целовала, Рапунцель? Неужели мажорик недотягивает?
— Твой взгляд меня пугает, Лех. Что задумал?
Вольный смотрит на то, как я пихаю и айфон в рюкзак. Внутри все клокочет от того, насколько лицемерными могут быть люди. Сегодня она шагает за мной, словно ей интересно, а потом принимает дорогие подарки от Сашеньки. Черт! Кидаю рюкзак на кровать, а Степа подрывается со стула.
— Ты чего? Остынь, Лех.
— Ничего. Звони холеному, узнай про Ангела, и где будет пати.
— Зачем? Ты же не собираешься…?
— Собираюсь. — Отрезаю его вразумительную речь. — С тобой. Или без тебя. Но я верну этой стерве ее вещи.
Степа с тяжелым вздохом достает телефон и набирает Максу. Я хожу из угла в угол, пока он с ним разговаривает. Хочется скорее попрощаться с этой мадам и вернуться к прежней жизни, где нет места мыслям о сладких губках и невинных глазках, в глубине которых я разглядел что-то напоминающее боль.
Ошибка.
С такими всегда ошибаешься. Жалкая оболочка с гнилым наполнением. От собственных чувств злюсь. Как можно ТАКУЮ хотеть?!
— Готово. — Степа бьет телефоном по ладони. — Он адрес скинул. Элитный райончик. Ты точно хочешь сегодня это сделать? Может потом около универа подкараулишь?
— Боишься мажориков? — Усмехаюсь ему в лицо, несмотря на то, что внутри самая настоящая буря.
— Нет. Просто у них тематическая вечеринка. Девчонки в черном, парни в белых костюмах. Ну и еще в этих, — он обрисовал лицо пальцами, — масках.
— Мне плевать. Я не веселиться туда иду.
— До разума не достучаться?
Смотрю на него, как на идиота. Какой разум, когда хочется всех на куски порвать от того, как внутри лопается что-то немного напоминающее надежду?!
Мысль о том, что она могла быть искренней хоть в чем-то, падает в пропасть.
И вроде все так, как и должно быть. Ледяная девочка. При деньгах. С чего бы там взяться доле искренности, когда они постоянно играют на публику?! Но от этого не легче. Зачем ей этот чертов горячий шоколад, ведь мажорики угостят чем-то дороже и вкуснее?!
Идиот.
Время проходит незаметно, и мы едем на копейке по нужному адресу. Я нервно стучу по баранке, не замечая того, что печка не особо спасает от холода сегодняшним вечером. Домики в райончике дорогие. Особнячки. Элитные высотки, среди которых находим нужный домище. Вольный присвистывает, когда видит, сколько тачек припарковано около него.
— Прикинь, сколько лаве перед твоим глазами. — Усмехается он, пока я паркуюсь подальше и глушу мотор. — И как мы туда попадем?
— Сейчас придумаю. — Рассматриваю фургончик, который сворачивает к воротам нужного особняка. — Это что?
— Вызвали клоунов. — Степа улыбается, а я хмурюсь. — Группа местная. Поют, танцуют и все такое. Вечеринка там и правда будет отпадная.
— Пойдем. — Хватаю рюкзак и иду к парадному входу.
Вольный пытается меня остановить, но я все равно жму на звонок. Охранник оценивающе смотрит на нас и выпроваживает. Дресс-код, мать его!
Отходим от входа, и я со всей дури пинаю дерево. Степа наблюдает за моими действиями, после чего переводит взгляд на фургончик, из которого вытаскивают оборудование и прочую дребедень. Он лыбится и играет бровями, раздражая меня своим гребаным оптимизмом. Вот не до смеха сейчас!
— Скажи, что подумал о том же, о чем и я. — Говорит он, а я кривлюсь.
Только когда до мозга доходит, идиотская улыбка расползается по лицу.
— Погнали. — Бросаю ему и перекидываю рюкзак через плечо.
Идем к фургончику, прячемся за деревом, ждем, когда двое ребят заберут вешалки с костюмами, и мастерски прокрадываемся на запретную территорию. Задний двор не так освещен, как парадный, поэтому нас никто не замечает.
— И что дальше? — Вольный шепчет на ухо, пока я бегаю глазами по огромному пространству и замечаю, что все, черт, все здесь в масках!
Как я должен найти среди них Рапунцель?!
Глава 25. Чудный набор качеств
Светлана
Сложно не поддаться уговорам Орлова, который был прирожденным оратором. Конечно, если сам очень хотел. Если же он был не в духе, то мог сорвать любую сделку, разговор, беседу, вечер, да что угодно. Даже у меня не было такого хорошего навыка. Максимум на что я была способна это вывести человека из себя, испортить настроение и атмосферу праздника, только стоило моей славной персоне скрыться из вида, и все снова возвращалось на свои места. После Сашиных спитчей хотелось добровольно пойти на гильотину.
— Свет, что с тобой в последнее время происходит? — Его ласковый голос врывается в сознание, пока руки ловко управляются с рулем.
Лексус мчится по городу, в котором уже правит ночь. Вокруг темно, хотя сейчас чуть больше девяти. Перевожу взгляд с пальцев на их хозяина и отмечаю, что должна радоваться такому кавалеру на вечер, но почему-то на душе лежит тяжелый камень.
— Ничего. Сестричка вернулась, но об этом ты знаешь. — Отвечаю размыто, потому что не хочу сейчас обсуждать ни Лилю, ни ее друзей, особенно одного, особо наглого и… обалденно целующегося.
Согласилась пойти на вечеринку лишь по одной причине. Хотелось перекрыть воспоминания с поцелуем, и на пати у Захара Ангела это реальнее сделать, чем сидя в комнате.
В квартире царило незримое напряжение. Мама была на нервах, потому что накрылась очередная поездка к ее любовничку. Папа хлопотал над очередным выгодным соглашением, а Лиля… Достаточно того, что она просто находилась там и портила настроение. Ничего нового. Ни капли радости. Скорбь, да и только. В пору накинуть на себя что-то траурное, что я и сделала.
Черное длинное платье с разрезом до самого не могу смотрелось на мне более, чем эффектно. Орлов оценил, издав странный звук, а после свист. Приятно, но я лишь пожала плечами, поправив накидку. В машине он вручил мне маску черного цвета, скрывающую половину лица. Волосы я распустила и слегка подвила. В общем, потратила силы на то, чтобы выглядеть красиво и не показать, какой переполох был внутри.
А там царил нереальный хаос после поцелуя с дикарем!
И я не могла этого забыть. Злилась на него и на себя, потому что не смогла оттолкнуть и отдала первый поцелуй по-взрослому этому неотесанному болвану! Чужому парню! К тому же не из нашего круга!
— Может стоило купить тебе чего-нибудь веселящего, а? Свет? — Орлов подмигнул, а я отрицательно качнула головой.
Веселящее у меня стояло под запретом, что бы не случилось. Бывало, что на вечеринках я ходила с бокальчиком, но чаще всего не прикасалась к содержимому, а делала вид,
